Тринкет - Ольга Батлер

Мальчик занес ногу, чтобы переступить через порог, и ему показалось, что дом качнулся. До чего же заброшенным был он внутри, как будто в нем не жили несколько лет. Одно из окон маленькие пауки так плотно оплели паутиной, что мухам и комарам был наглухо закрыт путь в комнату. На кухне торчала водопроводная труба, из нее капала вода. А в углу, где в доме Скидморов стояла этажерка с кулинарными книгами, располагались всякие приборы со стрелками и рация, — как в рубке корабля, — и валялся раскрытый навигационный журнал.

На стене висел телефонный аппарат. Джордж снял трубку, но гудков не услышал — поврежденную мышами линию так и не починили.

Мальчик побежал наверх, попал в спальню с двухъярусной кроватью, забрался по лесенке на второй ярус:

— Ничего себе!

После всех случившихся чудес и странностей — что еще могло его удивить?

Перед ним открылся забросанный цветными подушками целый этаж, и Джордж увидел огромного спящего кота. Тот явно собирался проснуться — сладко потягивался, распускал веером когти, не открывая глаз. Наконец он встал, подошел к окну, и Джордж подумал, что по ошибке принял человека за кота. Но второго взгляда хватило, чтобы узнать знакомую фигуру.

Да-да. У окна стоял тот самый господин, который — великий маг «с ассистенткой Ав», он же — мороженщик, он же — декламатор стихов и исполнитель песен, изобретатель закона тяготения, магистр превращений и исчезновений.

— Господин Кот, — окликнул его Джордж.

— Слушаю вас, — вальяжно ответил тот.

— Я пришел.

— Это очевидно. Но, прошу прощения, разве мы знакомы?

Джордж потерял дар речи.

— Ладно, молодой мистер, заходи, — пригласил Кот, насладившись его замешательством. — Сейчас поговорим, только подожди немного, прилив начинается.

Какой такой прилив?

Из круглого окна открывался неожиданный и прекрасный вид на море. Между домом и морем не было ни соседских крыш, ни лавок, торгующих только что пойманными моллюсками, ни автомобильных дорог — ничто не портило красоты. Да и само море было на удивление свободным от лодок и кораблей.

— Хорошо иметь свой собственный кусок морского пейзажа, — сказал Кот.

— Да, — ответил Джордж, вспомнив отца и его мечты.

Вода тем временем прибывала — действительно, настал час морского прилива.

— Мое любимое время дня, — сказал Кот, расслабленно положив обе ладони на стекло. — Лина-Лина, что за балерина, — застучал он по нему.

Море поднималось все выше, дошло до окон, и не остановилось.

Это как наводнение в Корнуолле, мелькнуло в голове у Джорджа. Но Кот не запаниковал. Судя по всему, здесь такое происходило ежедневно.

Когда вода закрыла весь вид из окна, мимо, словно в аквариуме, поплыли рыбы. Среди них были маленькие и красные с разноцветными хохолками всех цветов. Но попадались настоящие морские чудовища, с чешуей, как броня, и хищно раскрытыми ртами. Одно такое ткнулось губами в стекло, посмотрело в комнату и беззвучно сказало: «Как бы до вас добраться». Кот тоже следил за рыбами и скреб рукой по стеклу — он сам был не прочь их поймать.

Коты могут часами сидеть у аквариума. Неужели забыл про Джорджа? Или опять комедию ломает, как будто голубя не он отправил.

— Гм-гм, — напомнил о своем присутствии Джордж.

— Внимательно слушаю, молодой мистер, — не оборачиваясь, сказал Кот. Он присел к столу и быстро запечатал на шумной машинке.

Заглянув через его плечо, Джордж обнаружил на листе бесконечную строчку-«колоколоколоколоколокол».

— Вы по какому вопросу? — спросил толстяк.

— Все по тому же, — ответил Джордж.

— Зря ко мне обращаетесь, я больше не играю, — недружелюбно сказал Кот и огляделся по сторонам. Что-то его пугало.

Он приблизил своё усатое лицо к самому уху Джорджа:

— Пш-пш-пш.

— Что? — переспросил Джордж.

— Пш-пш-пш, — опять прошипел Кот в самое ухо, пощекотав его усами. — Пройдемте-ка на кухню, здесь слишком… официально.

Он запер дверь своего кабинета с табличкой «Гл. Пр.» и провел мальчика вниз — по подушкам, через второй этаж кровати, вниз по деревянной лесенке, и снова вниз.

Дом вздыхал и раскачивался, словно готов был рухнуть хоть сейчас. Скрипели дряхлые двери и рамы, гудела водопроводная труба. И в то же время пахло вкусной едой. На кухне пыхтели кастрюли, шипели сковородки. Джордж увидел Августину в переднике: принцесса помешивала деревянной лопаточкой соус, и по спине ее было видно — она знала, что мальчик здесь.

— Обед готов, — будничным голосом сказала она.

На столе, в стеклянных цветных вазочках, вспыхнули свечи. Перед Котом и Джорджем появились расписные тарелки. На них лежало по живому цветку. Каждый смог найти свое имя на лепестке. Салфетки были перевязаны пучками сухой травы и плющом.

— Будет праздничный обед, — промурлыкал Кот, потирая руки. — Суп и каша из конфет.

Он заткнул салфетку за воротник, в одну руку схватил ложку, в другую — меню с золотыми буквами, наклеенное на грубую гофрированную картонку.

— Я на очковой диете, — сообщил он важно. — Так, «Пикник в лесу»… Сколько там калорий сегодня?

Августина молча ставила на стол все новые мисочки и тарелки с едой. Здесь были овощи в салатнице изо льда, с замороженными в ее прозрачных стенках цветками душицы и медуницы. И «ежик» с кусочками всякой вкуснятины на иголках — это Августина утыкала баклажан деревянными палочками, на которые нанизала сыр, ветчину, креветки. Во всем она проявила выдумку. Маленькие картофелины вырезала в виде грибов и зажарила их, а гороховое пюре уложила в виде старинного автомобильчика.

Джордж уже привык к тому, что дом вздыхал и раскачивался, но когда он наклонился набок, мальчик схватил свои уползавшие в сторону тарелки и встревоженно посмотрел на Августину и Кота.