Кайтусь-чародей - Януш Корчак

Но галёрка всё видит и не позволит себя надуть.

– Хватит! Нечего притворяться! – слышатся недовольные крики.

И в этот миг негр получает подряд три удара – коротких, быстрых, как молния. Все сразу затихли.

Негр сплюнул кровью. Теперь он уже осторожней защищается. А Кайтусь в нападении. Его стремительность поражает зрителей даже больше, чем сила.

– Похоже, они и вправду дерутся, – удивляется в ложе председатель боксёрского клуба.

– Да, но чёрный совсем не атакует.

– А вы хотите, чтобы он убил ребёнка?

– Я как раз этого опасаюсь. Посмотрите, негр уже разозлился. Если галёрка раздразнит его криками, дело может кончиться очень скверно.

А с галёрки кричат:

– Держись, чёрный! Молодец! Красная маска! Задай негру!

Негр уже перестал улыбаться. Уже не спускает с Кайтуся глаз. План у него такой: так оттолкнуть мальчишку, чтобы он вывихнул, а то и сломал руку. Нужно этого мальца проучить. Он завопит от боли, а рука у него безвольно повиснет.

А Кайтусь злой, что негр не атакует, дерзко прыгает вокруг и со всех сторон наносит удары. Вот только маска ему мешает, дыхания не хватает, и сердце болит всё сильней.

Но тут раздался гонг. Кайтусь падает в кресло. Массажисты разминают ему одеревеневшие руки и ноги. Директор цирка обмахивает полотенцем.

– Хватит! – кричат одни зрители.

– Продолжать! Не прекращать бой! Ещё! – кричат другие.

Негр уже стоит и ждёт. Злой как чёрт.

Начинается второй раунд.

Бах! Бах! Первый удар! Десятый! Десятый – и уже двадцатый! Удары сыплются, как дождь, как град. Негр наклонился. Получил апперкот. Пошатнулся. Назад отскочил.

Стиснул зубы. Идёт на Кайтуся.

Так тихо стало. Все замерли: что будет?

Страх охватил зрителей: сейчас убьёт. Кто нервный, закрыл глаза. Две герцогини и одна маркиза лишились чувств. Директор потом говорил, что только раз наблюдал подобное в цирке: когда лев собирался прыгнуть на укротителя. Было это пять лет назад в Лондоне. Жуткое зрелище.

Согнувшись, приплясывая, негр с налившимися кровью глазами надвигается на Кайтуся.

Кайтусь тихо произносит:

– Стоп! Повелеваю: остановись!

Негр остановился. Поднял руку.

– Пусть у меня изменится лицо. Пусть изменится лицо! – произносит Кайтусь и срывает маску.

Трещат кино– и фотоаппараты. Шипит прожектор.

Огромная чёрная рука нацелилась Кайтусю в голову. Вторая низко опущена – готова отбить удар. Зубы стиснуты, лицо искажено. Всё, пропал мальчишка.

Комиссар полиции выхватывает револьвер.

Поздно. Раздался глухой звук: негр с размаху рухнул наземь. Потому что Кайтусь вовремя отскочил.

Посыпались удары маленьких кулачков. У негра под кожей вздрагивают мышцы. Он вяло защищается: он утратил веру в свою звезду. Угасла его слава.

Нет, теперь он нисколько не притворяется. Только неловко прикрывается от ударов. Да, это действительно поединок.

Гонг. У Кайтуся темно в глазах. Он не слышит ни криков, ни аплодисментов. Бессильно сидит на табурете.

Негр подходит, ставит ногу Кайтуся себе на шею. Кайтусь открывает глаза, с трудом протягивает руки. Негр кладёт голову на колени мальчику. Кайтусь целует его, гладит жёсткие курчавые волосы.

У зрителей слёзы на глазах. Буря оваций.

Гигант негр осторожно берёт Кайтуся на руки, осторожно уносит его с арены.

Снова Кайтусь в гостинице, но уже в другой, роскошной. В княжеском номере на великолепной кровати. А перед гостиницей толпы.

– Беру его за десять тысяч долларов в Америку!

– Я даю сто тысяч! – кричит другой тучный господин.

– Я принёс поздравления от боксёрского клуба!

– Корзина цветов от маркизы!

Какой-то господин с биноклем расталкивает толпу:

– Прошу пропустить меня в номер маленького боксёра. Я из телеграфного агентства. Мне нужно сообщить в газеты, кто он такой, откуда взялся.

Швейцар низко кланяется, чуть не до земли:

– Извините, нельзя. Извините, не велено. Извините, не сегодня.

– Но мои газеты должны получить информацию! Читатели не могут ждать!

Из гостиницы выходит сам директор цирка.

– Господа, нельзя. Доктор решительно запретил. Мальчик переутомился.

– Но мне необходимо. Скажите, где вы его нашли? Я редактор. Прошу в автомобиль: поедемте поужинаем.

Идут они, беседуют.

– Так вы действительно не знаете? Скверно. Через два часа начнут печатать утренние газеты. Я должен сообщить. Так кто же он – француз, парижанин, есть у него родители или он сирота? Чем занимался до сих пор?

– Доктор запретил ему разговаривать. Понимаете, сердце. Такое напряжение.

– Плохо. Но информацию дать нужно. Я пообещал её четырём газетам. К тому же я голоден как волк.

Автомобиль остановился у ресторана.

– Закажите что-нибудь, а я на телефон.

Звонок в первую газету: «У Красной маски, победителя негра-чемпиона, отец – пьяница. Он продал мальчика цыганам, и тот выступал в бродячих цирках. В Париже впервые».

Второй звонок: «Мальчик – сын лорда. Уже в шесть лет он отличался небывалой силой и в драке убил брата. Изгнанный из дома отцом, жил в хижине у бедного рыбака. Участвовал в дальних плаваниях, охотился на китов».

Звонок в третью газету: «Маленький боксёр – из шахтёрской семьи. Родился во время пожара. Катал в шахте вагонетки с углём, содержал всю семью: мать, двух сестёр и брата».

В четвёртую: «В возрасте одного года мальчик заблудился в горах. В лесу его вскормила и воспитала бурая медведица. Его дед – Вернидуб, бабушка – Валигора. Поэтому он такой сильный. А впрочем, пишите что хотите, я голоден, хочу есть».

Бросил репортёр трубку и пошёл в ресторанный зал.

А там директор цирка сидит за столом с писателями и банкирами, ведёт с ними разговор.

Да и за остальными столами говорят только о Кайтусе.

– Ну и мальчонка. В жизни ничего подобного не видал. А ведь я был корреспондентом на трёх войнах. Участвовал в экспедициях на Северный полюс и в пустыню Гоби. Видел десять коронаций. Поднимался на вершины всех пирамид и на Вавилонскую башню. Двадцать шесть раз дрался на дуэли. Охотился в горах на орлов. Дважды был разорван на куски: один раз тигром, а второй раз снарядом. Меня топили, травили, вешали на индийской виселице, в Африке людоеды сварили меня в черепаховом бульоне. Но всё это чепуха по сравнению с сегодняшним матчем.