"Кит плывёт на север" - Анастасия Строкина

— Однажды на моем острове жил тюлень Акиба. И он был очень большой и очень неповоротливый. И жил на берегу. У него ничего не было, и он ничего не умел, а только лежал на берегу и мечтал. Особенно он любил редкие солнечные дни. Тогда он поворачивал к солнцу то один бок, то другой и представлял себя на далеком южном острове, где растут пальмы и летают большие розовые птицы с длинными шеями. Иногда он все же нырял в океан за рыбой, хотя и это ему было лень.

Сам он зла никому не делал, и против него никто зла не замышлял. Но всю свою жизнь он был для всего Острова примером лени и праздности.

— Чивик-чивик, — наставлял Топорок своего птенца, — не будешь таскать сухую траву для гнезда, не будешь хлопотать и суетиться — пропадешь! Станешь похожим на Акибу!

— Вот, — нашептывал Акчинук своему щенку, — не привыкнешь воровать еду у людей — будешь, как тюлень Акиба! Так и состаришься, не попробовав ничего вкусного!

— Слушай, сынок, — говорил Охотник сыну, — не научишься охотиться, превратишься в Акибу! А что может быть хуже!

И маленький Топорок прилежно таскал сухую траву для гнезда, и маленький Акчикук охотно воровал еду у людей. И только сын человека, Игаасих, никак не хотел охотиться, а хотел собирать на берегу камни и вырезать на них — все, что видел, все, что ему нравилось.

Охотник считал, что такое занятие — удел бездельников:

— Смотри, — говорил он сыну, — ты целый день ничего не делаешь, кроме своих камешков! Какой от них толк? И сказал Охотник, что Акиба — самый ленивый из животных, что лежит он целый день на черном песке и мечтает. — Игаасих, если ты не займешься делом, не сдобровать тебе! Станешь таким же, как Акиба!

— А разве он не счастлив? — спросил Игаасих Охотника.

— Конечно нет! — ответил тот, — как любой бездельник! И даже холодные рыбы над ним смеются!

Но Игаасих не верил отцу и по-прежнему не хотел учиться охоте.

Тогда отец сказал ему:

— Ну хорошо. Иди вечером на берег и спроси Акибу, как прошел его день. Вот он тебе и расскажет, вот ты и узнаешь, что плохо живется бездельникам!

С заходом солнца отправился Игаасих на берег черного песка. Видит, лежит на песке Акиба, звезды считает.

— Здравствуй, Акиба, — сказал Игаасих. — Как прошел твой день?

Акиба перевернулся с бока на бок и ответил:

— Мой день не прошел, мой день остался тут, со мной, — и он один раз ударил хвостом по черному песку. — Утром я увидел, как Топорок носится с травинками туда-сюда, помогает родителям достроить гнездо. А я ему снизу, с берега кричу: «Топорок-красный клюв! Спустись, поговорить надо!».

Спустился он, следит по песку, смотрит на меня.

«Я тоже хочу такой дом построить, — сказал я, — научи меня! Помоги мне!»

Он и отвечает: «Тут одно только усердие поможет. Таскай, как я, травинку за травинкой— день за днем — вот и будет тебе дом!». И улетел. Что мне оставалось делать? Решил я насобирать сухой травы. По совету Топорка. Но он летуч и прыгуч, а я с боку на бок перевернулся, а потом еще раз, а потом прополз в сторону холма с травой. Но так и не дополз. Устал и уснул.

— Уснул? — переспросил Игаасих. — А как же дом?

— Все есть, Игаасих, — ответил Акиба. — Все есть.

И он рассказал, какой прекрасный дом появился у него во сне.

— Я долго-долго бродил по берегу, а потом пошел дальше и еще дальше. И я совсем не замечал, что у меня нет лап — я двигался быстро, и каждый зверь мне улыбался, и каждая птица насвистывала веселую мелодию. И вот за песчаным берегом, за каменной аркой, за лососевой речкой я увидел холм, а в том холме — вход, а за тем входом я нашел свой дом. Я зашел туда и увидел, что в моем доме — праздник. И внутри моего дома растут деревья с большими листьями, а на деревьях сидят птицы, о которых здесь никто не слышал — с разноцветными перьями, длинными хвостами и широкими крыльями. А под деревьями — звери, о которых здесь никто не знает — ловкие, с сильными лапами и длинными усами. Звери радуются, машут хвостами. Праздник.

Акиба улыбнулся и посмотрел в сторону холма — туда, где был его дом.

— Только ты никому не говори про мой дом! Нельзя этого никому говорить!

Игаасих пообещал молчать. Однако по пути домой он подобрал камень и вырезал все, что рассказал ему Акиба.

— Ну что, Игаасих, — спросил Охотник сына, — убедился, что нет ничего хуже, чем жизнь бездельника Акибы?

— Нет, — ответил Игаасих, — не убедился.

— Так что же он тебе сказал? — разволновался Охотник.

— Что сказал, то сказал. А только он велел никому не передавать его слов.

На это Охотник разозлился и пригрозил, что если Игаасих не расскажет ему все, как есть, то утром же он пойдет на берег и убьет Акибу, и из шкуры сделает мешок.

Игаасих расстроился и протянул Охотнику свой камень:

— Вот. Больше я ничего не могу сказать.

Охотник посмотрел на рисунок и топнул правой ногой:

— Иди, — говорит, — спать.

А сам отправился на поиски холма, который нарисовал Игаасих. И пошел за песчаный берег, за каменную арку, за лососевую речку и нашел этот холм. Внутри холма тепло и уютно — лучше дома и пожелать нельзя! Только нет в доме праздника, и деревья с большими листьями не растут, и не сидят на деревьях птицы, и не радуются под деревьями животные, не машут хвостами.

— Так даже лучше! — подумал Охотник. — Ни к чему мне все это в доме. Дом это дом. Не должно там быть деревьев и животных! А как все мне будут завидовать! А как все будут говорить: «Вот ведь разжился Охотник таким большим теплым домом!»

Утром он показал Игаасиху новый дом.

— Но это же дом Акибы! — воскликнул Игаасих.

— Нет, — ответил Охотник. — Дом принадлежит тому, кто его занял, а не тому, кто его придумал! Акиба — лентяй и бездельник! Вот пойди к нему вечером, спроси, как прошел его день, и убедишься, что нет жизни хуже, чем у него!

Делать нечего, пришел Игаасих вечером на берег черного песка к тюленю Акибе:

— Здравствуй, Акиба! Как прошел твой день?

— Этот день не прошел. Этот день остался со мной, — сказал Акиба, ударил хвостом по песку и перевернулся с боку на бок. — Утром я был таким голодным, каким еще никогда не был ни один тюлень. Смотрю — Акчинук бежит, вкусное жует. Я его остановил:

— Акчинук, — говорю, — так вкусно пахнет твоя еда! Я такой ни разу не пробовал, а очень хочется. Помоги мне найти такую же, научи меня!

— Да все просто, — ответил мне Акчинук. — Подкрадываешься к жилищу людей и так тихонько — клац — в зубы еду и бежать!

— Как же я побегу! — удивился я. — У меня и лап-то нет!