Мар. Червивое сердце - Наталья Маркелова

«Я думаю, что кровь добыть было не слишком сложно, а вот зачем? На этот вопрос я ответить, увы, не могу. Возможно, она предвидела, что ты должен исполнить нечто, что не дано сделать ей самой, — отозвалась Дэмон. — Некоторые маги видят будущее».

«Возможно, и так», — согласился я.

— Малышка наделена магией, она маг, раз сотворена из силы? — забеспокоилась королева, покачивая младенца в своих руках. Ребёнок не кричал: он внимательно смотрел на королеву, словно стараясь запомнить её лицо как можно лучше.

— Нет, — усмехнулась Дэмон, — она сотворена из магической силы, но в ней нет крови мага.

За дверью послышался шум толпы.

— О, маги пришли в себя, — рассмеялась Дэмон и вышла из моего сердца.

Маги не ожидали, что кто-то может не только разгадать их замысел, но и лишить силы, потому что такого не было никогда. И вдруг в одно мгновение они стали беспомощны, сделавшись обычными людьми. Даже хуже, чем обычными. Если свободной птице обрезать крылья, она не станет домашней курицей.

Королева сдёрнула с зеркала мой плащ и завернула в него свою дочь.

— Возьми ребёнка, Шут, иди за мной следом и постарайся, чтобы маги не заметили девочку раньше времени.

Я нежно прижал малышку к себе, уже любя её всем сердцем.

— Теперь пора. Стража!!! — рявкнула королева, выходя из комнаты. Рядом тут же оказались двое в доспехах. — Пару десятков бойцов в залу приёмов и собрать всех магов до единого.

Мятежных магов искать не пришлось — они явились как один, жалкие, беспомощные, нелепые. Они двигались так, словно заново учились ходить. Королевский маг стоял у трона бледный, точно обескровленный, — должно быть он боялся, что с ним вот-вот случится то же, что и с остальными.

— Королева, — зашумели все разом, — произошло неслыханное, мы не знаем как, но наша магия иссякла.

— Молчать, — приказала королева, опускаясь на трон.

Я впервые не сел к её ногам, а занял место за спиной, рядом с королевским магом.

— То, что случилось с вами, называется болезнью, — начала королева свою речь.

Все разом замолчали, доверчиво глядя на неё, словно дети. Мне даже стало жаль их.

— Эта болезнь, что поразила вас всех, называется предательством.

Они попятились, сбились в кучу. Теперь заговорщики смотрели на королевского мага, но тот старательно прятал глаза.

— Вы предали свою королеву. Я отняла вашу магию.

— Вы не имели права!!! — закричали маги.

— Я королева!!! — вдруг перешла она на крик. — У меня есть право!!! Я прошла ваш безумный Лабиринт!!! И теперь у меня на всё есть право!!! Хотели обескровить королевскую ветвь, хотели власти?! Я сделала с вами лишь то, что вы сделали с нашим родом. Моя кровь стала гуще, теперь я сделаю гуще силу тех, кто предан этой крови. И вот доказательство того, что мой род не зачахнет.

Я сделал шаг вперёд, поднял вверх ребёнка — плащ соскользнул к моим ногам, и девочка недовольно захныкала, почувствовав холод. Я тут же закутал её вновь, отступая за трон.

Маги молчали — они поняли своё поражение. И вдруг какой-то мальчишка выбрался из толпы и упал на колени перед троном:

— Простите нас, умоляю — верните магию!!!

— Этого не будет, — холодно ответила королева. — Я оставляю вам жизнь, проживите её честно.

— Лучше убейте!!! — закричал кто-то.

— Стража!!! — приказала королева. — Выставите прочь этих попрошаек. Их место на улице.

Когда зала опустела и вопли стихли, королева посмотрела на своего мага. Тот, пошатываясь, вышел вперёд и опустился на колени.

— Меня вы оставили напоследок? — спросил он.

— Нет, я не лишу тебя магии, пока. Но я могу сделать это в любой момент, как только ты споткнёшься.

— Я буду ходить осторожно. — Маг склонил голову, и я заметил, как поседели его некогда чёрные волосы.

Королева поднялась, собираясь уйти.

— Помилуйте Хазера, — попросил я.

— Он будет казнён. Сегодня я выучила один урок, Шут, важный урок.

— Я прошу вас.

— Нет!!! — Она забрала ребёнка и направилась к выходу, а я остался стоять рядом с троном. Маг поднялся с колен, и я увидел его глаза, полные ненависти.

— Это же ты, — сказал он, — это всё ты.

Затем он выбежал из залы.

Я же остался, прижимая к себе пустой плащ и не зная, что предпринять. Меня самого вдруг словно лишили чего-то очень важного. Потом я понял, что со мной нет лютни. Когда я взял ребёнка на руки, то отложил, а потом и забыл прихватить инструмент, как это делал всегда. И теперь без проклятой лютни я сам походил на магов, лишённых силы. И всё же сейчас, здесь, я был свободен. Я мог самолично принять решение. И я его принял.