Неугомонный - Соломон Яковлевич Лурье

Уже очень скоро Архилоху пришлось показать свое умение всей семье Телесикла. Обед в этой семье, как и в других аристократических семьях, обставлялся очень пышно. У нас, если мальчик станет петь за столом во время обеда, ему сделают замечание, а может быть, даже выгонят из комнаты. У греков обедающие не сидели, а возлежали вокруг стола на ложах, а сын-мальчик должен был подойти к столу, держа в руке лавровую ветвь, и пропеть гимн в честь какого-либо бога или какую-нибудь другую песню серьезного содержания. Когда Архилох однажды пропел гимн в честь Деметры, богини плодородия, отец спросил у него:

— А ты знаешь, почему мы так чтим Деметру?

— Знаю, — ответил Архилох, — она богиня плодородия.

И он рассказал. Суровый бог подземного царства похитил ее дочь Кору и сделал ее своей женой. Безутешная мать обошла всю землю — всюду она искала свою девочку, но нигде ее не было... Однажды она увидела большую пещеру, долго шла в совершенной темноте и наконец очутилась в подземном мире. Здесь богиня Деметра нашла свою дочь и стала умолять подземного бога вернуть ей Кору, но тот разрешил только, чтобы дочь приходила повидаться с матерью каждое лето. Все остальное время Деметра плачет по дочери, и вся природа сочувствует ей: деревья перестают приносить плоды, листья осыпаются. Даже солнце скрывает свой лик, наступают холода и дожди, а иногда выпадает даже снег.[3] Но, когда наступает весна, Кора возвращается к матери, мать счастлива и улыбается дочери — от этой улыбки во всем мире становится тепло и радостно, расцветают деревья, на них появляются плоды, домашний скот приносит приплод.

Сын Деметры, Триптолем, объездил весь мир на воздушной колеснице и впервые научил людей земледелию; с тех пор люди стали есть хлеб и плоды садовых деревьев, а до этого времени они питались только ягодами да кислыми дикими смоквами, яблоками и грушами.

— Все это так, — ответил Телесикл, — но в этом доме есть еще особая причина чтить Деметру.

— Да, я знаю, — ответил мальчик, твой отец и ты — жрецы этой богини.

— И не только в этом дело. Триптолем — основатель нашего рода, а мы прямые потомки богини Деметры.

— Так, значит, — спросил Архилох, — мы в отличие от других людей божьи дети?

— Нет, это не так. И другие благородные жители Пароса — потомки богов и героев. Вот, например, наш сосед Ликамб — потомок Аполлона, Археанактид, жених твоей сестры, потомок Археанакта, сражавшегося под Троей, а этот Археанакт был потомком самого Зевса.

— Неужели же, — удивленно воскликнул Архилох, — все люди -потомки богов?

— Ничуть не бывало! — сурово ответил отец. — Только знатные люди — потомки богов. Крестьяне же, ремесленники и торговцы, а тем более варвары-рабы не имеют божественной крови: их предков вылепил когда-то бог Гефест из простой глины.

— Гефест? — спросил мальчик. — Это же хромой бог — кузнец, замечательный мастер, о котором Гомер рассказывает в «Илиаде». Он бог огня и карает преступных людей, насылая на них пожары. А ты говоришь, что он создал людей... Об этом я ничего не читал у Гомера...

— А все же это так. Он вылепил только простых людей, но своего огня им не дал. Они не могли готовить вареную и жареную пищу, греться у огня. Жизнь их была очень жалкой, и от бедности и нужды они стали совершать преступления и убивать друг друга. Зевс рассердился на них и обрек их на смерть. Но друг людей Прометей пожалел их: он украл у Зевса огонь и отдал его людям. Жизнь людей стала легче и радостнее, и они не погибли. За это Зевс наказал Прометея и приказал Гефесту приковать его цепями к Кавказской скале...

— Этого не может быть! — воскликнул Архилох. — Зевс добр и милостив, он любит людей!

— Не тебе судить богов! — сурово ответил Телесикл. — Разве может ребенок понять, как мудро боги устроили мир? Зевс любит людей, но не всех людей, а знатных, потомков богов. Тебе бы следовало прочитать поэмы недавно умершего поэта Геосида. В поэме «Феогония» он рассказывает о происхождении богов, а в поэме «Перечень женщин» он говорит о смертных женщинах, которые стали женами богов и родили предков всех знатных греческих родов.

— Этот Геосид был беотийцем? — спросил Архилох. — Значит, и в Беотии живут знатные люди, потомки богов?

— Разумеется, всюду есть потомки богов, даже на проклятом соседнем острове Наксосе, чтоб ему провалиться в море! Ведь наксосцы постоянно нападают на нас и разоряют нашу страну.

Обед окончился, и Архилох пошел к своей матери рассказать ей обо всем, что он слышал. Мать сказала сыну:

— И среди потомков богов бывают злые люди, обидчики и насильники, а простые крестьяне часто бывают добрыми и хорошими людьми. А мы, фракийцы, верим, что всякий человек после смерти становится богом, а потому все люди — потомки богов. Тем более что все люди произошли от Великой Матери Богов и Людей. Может быть, божественные предки греческих знатных родов были красивее и богаче наших, но и среди варваров-фракийцев столько мужественных и великодушных людей!

А когда Архилох обратился с тем же сомнением к своему учителю, тот сказал ему:

— Бывают разные варвары. Фракийцы и фригийцы грубы и неотесанны, египтяне и вавилоняне знают много такого, чего не знаем мы, греки, вавилоняне хорошо изучили небесные светила и звезды.

Архилоху не приходилось видеть «варваров» на Паросе, но с «проклятыми» наксосцами ему пришлось через некоторое время познакомиться.

Прошло не больше трех лет со времени этой беседы Архилоха с отцом и матерью, как город облетела страшная весть: на остров Парос высадились наксосцы.

Парос и Наксос — соседние острова: пролив между обоими островами имеет всего шесть километров в ширину. Однако в