Блог добрых дел - Кэрри Берк

– А! – Эмма поняла, что опять мешает ему пройти, на этот раз преградив выход в вестибюль. – Извини!

– Надеюсь, ты устранила глюк, – сказал он, когда она наконец отошла в сторону.

– Глюк?

– У тебя в телефоне, помнишь? Ты ещё швырнула его на пол. Боюсь даже представить, как ты обращаешься со своим ноутом. – Он вышел в вестибюль, даже не оглянувшись.

Эмма смотрела ему вслед.

– Эм, – Иззи, потрепала её по плечу. – Ты уже пять минут стоишь тут, глядя в пространство. Ты на что смотришь?

– Смотрю? Ни на что, – пожала плечами Эмма, подбирая телефон. К счастью, падение прошло для него без последствий. – Я проверяла блог, когда меня отвлёк этот новый…

– Ух ты! Что, уже куча вопросов? – оживилась Иззи. – Дай взглянуть! – И она через плечо Эммы посмотрела на её экран.

– Ни одного, – вздохнула Эмма. – Думаю, что никто его ещё не прочитал.

– А вот здесь отметка, что у тебя есть письмо, – сказала Иззи.

– Где? – Эмма, прищурившись, вгляделась в экран. – Правда! О боже! У меня есть читатель! Читатель! – Она обрадованно заплясала вокруг Иззи. – Погоди, – сказала она, внезапно остановившись. – Это что, ты? Это ты прислала мне имейл?

– Нет, – вздохнула подруга. – То есть я помню, что ты просила меня и Хэрриет написать тебе в блог, но у меня этот гигантский проект по социальным наукам – диорама агоры Древней Греции…

Эмма остановила её, подняв руку:

– Постой. То есть ты хочешь сказать, что у меня есть самый настоящий вопрос к блогу «Спросите Эмму» от настоящего читателя-семиклассника средней школы имени Остин?

Иззи пожала плечами:

– Похоже на то.

Эмма глубоко вдохнула. Это серьёзный момент – её самый первый вопрос в блоге «Спросите Эмму». Она щёлкнула на значок почты и открыла письмо. «Что было раньше – курица или яйцо?»

У Эммы упало сердце. Это шутка. Обычная дурацкая шутка.

– А может, кто-то и вправду обдумывает этот вопрос, – попыталась подбодрить её Иззи. – В смысле ты разве никогда не задумывалась об этом? Курица – потом яйцо или яйцо – потом курица? Какая-то путаница…

В этот момент звякнул телефон, и в почте появилось новое письмо: «Если вилка сделана из золота, можно ли назвать её столовым серебром?»

– Они надо мной смеются! – воскликнула Эмма.

– Ну точно мы этого не знаем, – возразила Иззи. – Может, это действительно любознательные люди, которые на самом деле хотят это знать? Ты же сама написала «Спрашивайте у меня обо всём»!

– Посмотри на это! – Эмма указала на третье письмо, в котором спрашивалось: «Почему тарелка стоит на столе, а вилка – лежит?»

– Ой, и правда! Забавно! – хихикнула Иззи.

– Они думают, что мой блог – это какая-то шутка!

Эмма выключила телефон и сунула его в карман худи. Совсем не такой реакции она ожидала от одноклассников. Она вложила всё своё сердце в этот пост в блоге и думала, что и другие ответят тем же.

– Уверена, ты скоро получишь и настоящие вопросы, – Иззи обняла подругу за плечи. – Я напишу тебе один, если хочешь. Я много чего хочу узнать: например, как подбодрить лучшую подругу, которая огорчается из-за блога?

Эмма закатила глаза. Когда она просила Хэрриет и Иззи написать ей письма, она не предполагала, что эти письма окажутся единственными.

– Ничего, – вздохнула она, – может, нужно дать людям несколько дней, чтобы они сообразили, что им делать.

– Именно! – сказала Иззи. – Ты же знаешь, как бывает, когда сталкиваешься с чем-то новым. Они просто не знают, как им поступать.

Краем глаза Эмма заметила, как Джексон покупает протеиновый батончик в вендинговом автомате. Новичок в школе, он совсем не переживал, что его никто не знает. Кажется, ему это даже нравилось.

– Хорошо. Я не буду проверять свой блог целых двое суток, – пообещала Эмма. – Дам ему шанс у наших одноклассников.

Но Иззи прекрасно знала свою подругу:

– Ты что, ничего не собираешься делать в течение сорока восьми часов?!

– Я этого не говорила, – ответила Эмма.

Джексон, увидев, что она смотрит на него, подмигнул ей.

– Кто это? – спросила Иззи, заметив это.

– Не уверена, что знаю, – ответила Эмма, – но собираюсь это выяснить!

Глава 4

Новенький

Если Эмма принимала решение, остановить её было уже невозможно, а Джексон Найт по-настоящему её заинтересовал.

На следующее утро до начала уроков она поджидала его у шкафчиков. Первый урок начинался в 8:30, на часах было уже 8:20, а его не было видно.

«Ладно, – решила она, – он не слишком пунктуален, значит, не думает о том, чтобы показать себя в школе в лучшем свете. Если бы ему было не всё равно, он бы, конечно, пришёл вовремя, а то и на несколько минут раньше».

Когда новенький прошёл мимо неё, небрежно закинув рюкзак на одно плечо, Эмма тут же вскочила:

– Вообще-то уже давно пора!

– Ты что – коридорный полицейский? – усмехнулся он. – Я пока не слышал звонка на первый урок.

Эмма посмотрела на часы на стене. 8:22.

– У тебя осталось восемь минут.

– Да, я ранняя пташка, – кивнул он.

– Я думала… – начала было Эмма.

– Ты думала обо мне? – перебил её Джексон, напомнив ей их пса Джегера, играющего с косичкой, – так же, как Джегер не мог перестать тянуть игрушку, Джексон не мог остановиться, её поддразнивая.

– Я думала, – настойчиво продолжила Эмма. И почему он постоянно перевирает её слова?! – Почему ты не присоединишься к какому-нибудь школьному клубу? Не заведёшь друзей? Я могу предложить тебе целую кучу интересного, например общество любителей скейта – они очень крутые.

– Не сомневаюсь, – ответил Джексон. – Но я не хочу вступать ни в какой клуб, и мне не нужна помощь для того, чтобы найти друзей. Я не вчера оказался в Нью-Хоуп, моя семья родом отсюда.

– А, так у тебя здесь семья! – тут же зацепилась она за небольшую кроху информации, которой он только что поделился. Средняя школа имени Остин была самой лучшей в Нью-Хоуп в штате Пенсильвания. Может, он из Филадельфии? Или из Роуз-Вэли… или из Гаррисберга?

– Моя мама выросла здесь, но я родился в Нью-Йорке, – сообщил он.

– Да? Прямо в самом городе? – настойчиво допытывалась Эмма. Она несколько раз была в Нью-Йорке на рождественских каникулах