Чудовище - Марси Кейт Коннолли

– Мне нужно идти, – я делаю движение в сторону деревьев, но он хватает меня за запястье, разворачивая меня обратно. Мне понадобилось целых пять секунд, чтобы понять, что мой хвост развернулся и ужалил мужчину в центр его груди. После этого его тело с грохотом упало на землю, и улыбка ушла с его лица. Мои руки сильно тряслись, и я никак не могла втянуть когти. Когда я успела их выпустить?

Позади меня раздались шаги. Я зашипела и развернулась, припадая к земле.

Это Отец. Я выпрямляюсь, и мой пульс приходит в норму.

– Я не хотела жалить его. Так получилось, – я в изумлении смотрю на свои руки. – Я даже не уверена как.

Он тянет меня, чтобы обнять, и я вдыхаю его медовый запах. Тяжесть легла мне на плечи.

– Я провалила свое испытание? – Отец отодвигает меня и берет руками мое лицо.

– Ты справилась идеально.

Я потрясенно смотрю на неподвижное тело на земле.

– Правда?

– Да, дитя мое. Этот человек являлся угрозой, и ты ее нейтрализовала, – он бросает быстрый взгляд вниз. – Довольно эффективно, я бы сказал.

– Как я узнала, что нужно делать?

– Это и есть инстинкт, моя дорогая.

Инстинкт это странная вещь. Я уверена, что скоро буду на короткой ноге с ними, но пока не могу понять, что я чувствую, по поводу того, что мое тело реагирует на что-то без моего согласия. Мужчина больше не смотрит на меня тем неприятным взглядом, и мне его жаль. Если бы он знал, на что я способна, то не подошел бы ко мне. Вот что значит быть незаметной: добраться до чего-то, так, чтобы тебя не обнаружили, и оставаться незаметной у всех на виду, как я это делала сегодня. У меня начинает болеть голова.

– Помоги мне перенести его в сторону от дороги.

Я поворачиваю голову.

– Зачем?

Отец хмурится.

– Так если кто-то будет проезжать по этой дороге до того, как он проснется, они просто подумают что он тупой пьяница. Пока никому не стоит знать, на что ты способна.

Я хватаю его за ноги, а Отец берет его руки, и мы тащим обмякшее тело в тень деревьев. Земля под моими ногами дрожит, и когда я опускаю мужчину на землю, я направляюсь обратно. По дороге несутся две черные лошади, от их тяжелых копыт поднимаются облака пыли.

Позади них мужчина в телеге пытается удержать вожжи. Раздается треск, и лошади бегут еще быстрей. Я смотрю, открыв рот, от шока застыв на месте, в то время как они несутся прямо на меня.

– Ким! – кричит Отец, выдергивая меня с дороги. Мое сердце бешено стучит в груди, в то время как огромные животные проносятся мимо нас. Мой плащ развевается порывом воздуха от пробежавшей лошади. Отец прижимает меня к себе, пока меня не перестает трясти.

– В следующий раз, – он шепчет, – когда что-то такое большое надвигается на тебя, беги. Обещай мне.

– Хорошо, я побегу, – говорю я, взволнованно. – Разве инстинкт не должен был подсказать мне, что делать? Почему он подвел меня?

На самом деле, все, что я чувствовала это то, что я не могу пошевелиться.

– Иногда, нас застают врасплох, это может заглушить наш природный инстинкт. Вот почему, моя дорогая, ты должна всегда обращаться внимание на то, что происходит вокруг тебя. Всегда будь бдительной.

– Обещаю, – серьезно говорю я. Для того, чтобы передвигаться по этому незнакомому миру за пределами нашего дома, нужно быть крайне внимательным, и я уверена, что справлюсь.

Я слышу приглушенные крики и отодвигаюсь от Отца. Повозка опрокинулась, но извозчика нигде не видно. Прежде, чем я успеваю хоть что-то сказать, Отец бросается к повозке, бормоча что-то себе под нос. У меня до сих пор трясутся ноги, но спотыкаясь, я следую за ним. Этот бедняга, должно быть, застрял под повозкой. Ему нужна наша помощь. Отец подходит к повозке раньше меня и с трудом пытается поднять ее. Я хватаюсь за края деревянного короба и вместе мы ставим ее обратно на колеса. Мне она не показалась очень тяжелой, но Отцу пришлось применить усилие. Теперь, когда солнце снова освещает его, мужчина вздыхает с облегчением.

– Спасибо, спасибо, – говорит он, когда Отец помогает ему подняться на ноги.

– Ваши лошади убежали в сторону гор. Мне кажется, Вам понадобится еще несколько человек, чтобы поймать их.

– Да, конечно, – мужчина выглядит потрясенным. Он снова благодарит Отца, затем прихрамывая, направляется обратно в сторону города, крепко прижимая одну руку. Меня распирает от гордости. Отец спас этого человека, а мне предстоит спасти остальных несчастных людей Брайера. Рука об руку, мы возвращаемся назад по дороге в сторону нашего леса.

– Ты думаешь, он вернет своих лошадей?

Отец смеется.

– Рано или поздно вернет

– Я справилась сегодня? – спрашиваю я.

– О, да. Ты превзошла все мои ожидания.

У меня неожиданно полегчало на душе. Отец счастлив за меня. Разве может быть чувство лучше, чем счастье?

– Сегодня ты мне расскажешь мою цель?

Он сжимает мне плечо и гладит по руке.

– Да, моя дорогая. Сегодня ты узнаешь, для чего я тебя создал.

Я улыбаюсь так широко, что чувствую солнце на своих зубах.

Наконец-то я готова.

Вечером, после того, как рагу съедено, а тарелки отмыты, Отец садится рядом с камином. Пиппа лежит у его ног, внимательно следя за каждым моим движением. Я подозреваю, что сперьер спит, оставив один глаз открытым, боясь, что я ее съем. Больше я не представляю для нее опасность, хотя мне нравится ее дразнить. По мне, так она слишком жилистая. До сих пор, по вечерам, мы с Отцом вместе читали сказки у огня. Но этим вечером я не беру потертую книгу с полки. Сегодня, мне интересно другое. Моя миссия, моя цель. Я сижу рядом с камином у ног Отца, подобрав под себя ноги. Мне сложно перестать размахивать хвостом. Отец смотрит на меня с обожанием. Он также как и я с нетерпением ждет, когда я начну свою работу.

– Кимера, ты помнишь то, что я тебе раньше рассказывал про колдуна?

– Он убил меня и Маму. Он убивает дочерей других людей.

Отец кивает.

– Он проклял город Брайер, с помощью магии наслав на него заразное, смертельное заболевание, передающееся как инфекция. Оно поражает только молодых девочек, обходя стороной взрослых и мальчиков, которые могут быть только переносчиками. Колдуну понадобилось наслать проклятье только на одного простого путешественника, направляющегося в город, чтобы начать распространять это заболевание дальше. У жителей Брайера нет другого выхода, кроме как поместить всех зараженных на карантин.

– А я могу заразиться? – спрашиваю я.

– Нет, – говорит Отец, улыбаясь. – Я поступил хитро, создавая тебя. Ты не просто молодая девочка. Ты еще и птица, змея и кошка. Проклятье не затронет тебя.