Удар Орла - Энтони Горовиц

уберут с его курса. В конце концов, самолёт же принадлежит президенту Соединённых Штатов Америки. Начальники аэропорта Хитроу уже сейчас наверняка орут друг на друга по телефону, опасаясь не только аварии, но и серьёзного дипломатического происшествия. Потом они сообщат на Даунинг-стрит. Чиновники и госслужащие по всему Лондону будут отчаянно задаваться одним и тем же вопросом: «Что, чёрт возьми, вообще происходит?»

В ста километрах над их головой восемь ракет «Пискипер» приближались к границе, отделяющей атмосферу от космоса. Две ступени уже сожгли своё топливо и отделились, и осталась лишь головная часть, в которой размещались ступень наведения и средства преодоления противоракетной обороны. «Минитмены» и другие ракеты, выпущенные Крэем, тоже не отставали. На всех них были установлены совершенно секретные и невероятно продвинутые навигационные системы. Бортовые компьютеры уже рассчитывали траектории и вносили поправки. Вскоре ракеты повернут и наведутся на свои цели.

А через восемьдесят минут – упадут обратно на Землю.

Борт номер один двигался всё быстрее, выруливая на главную взлётную полосу. Вскоре он уже сделает резкий поворот, и начнутся предполётные проверки.

Сабина смотрела на Крэя, словно видя его в первый раз. Её лицо выражало только презрение.

– Интересно, что с вами сделают, когда вы долетите до России, – сказала она.

– Ты о чём? – спросил Крэй.

– Как именно от вас избавятся: схватят и отправят обратно в Англию или просто расстреляют на месте?

Крэй уставился на неё, словно ему только что отвесили пощёчину. Алекс вздрогнул, ожидая худшего. И худшее действительно случилось.

– Мне надоели эти сопляки, – рявкнул Крэй. – Они меня больше не забавляют. – Он повернулся к Ясену: – Убейте их.

Ясен притворился, что не расслышал.

– Что? – спросил он.

– Вы меня слышали. Они мне надоели. Убейте их немедленно!

Самолёт остановился. Они добрались до места разгона. Хенрик услышал приказ, отданный в главном салоне, но не обратил на него внимания. Он сосредоточился на последних процедурах: поднял и опустил закрылки, повернул элероны. До взлёта оставались секунды. Убедившись, что самолёт готов, он нажмёт на четыре рычага, включающие двигатели, и самолёт понесётся вперёд, словно ракета. Он проверил рулевые педали и носовое колесо. Всё было готово.

– Я не убиваю детей, – ответил Ясен. Те же самые слова Алекс слышал и на борту яхты на юге Франции. Тогда он им не поверил, но сейчас не понимал, что же на уме у русского.

Сабина напряжённо разглядывала Алекса, ожидая, что он сделает хоть что-нибудь. Но сейчас, запертый в самолёте с ревущими всё громче двигателями, он не мог ничего сделать. По крайней мере, прямо сейчас…

– Что вы сказали? – гневно спросил Крэй.

– В этом нет необходимости, – сказал Ясен. – Возьмём их с собой. Они никак не смогут нам навредить.

– Зачем мне их вообще везти с собой в Россию?

– Можно запереть их в одной из кают. Вы их даже не увидите.

– Мистер Григорович… – Крэй тяжело дышал. На лбу выступила капелька пота, он ещё сильнее сжал рукоятку пистолета. – Если вы их не убьёте, это сделаю я.

Ясен не двинулся.

– Ну хорошо! Отлично! – Крэй вздохнул. – Я-то думал, что я здесь главный, но, похоже, мне вообще всё придётся делать самому.

Крэй поднял пистолет. Алекс вскочил на ноги.

– Нет! – закричала Сабина.

Крэй выстрелил.

Но он целился не в Сабину и даже не в Алекса. Пуля ударила в грудь Ясена, тот покачнулся и свалился на пол.

– Простите, мистер Григорович, – проговорил Крэй. – Вы уволены.

А потом он прицелился в Алекса.

– Ты следующий, – сказал он и снова выстрелил.

Сабина вскрикнула в ужасе. Крэй прицелился Алексу в самое сердце, и на таком расстоянии промахнуться он вряд ли мог. Пуля сбила Алекса с ног и отбросила к стене. Он рухнул на пол и остался лежать неподвижно.

Сабина бросилась на Крэя. Алекс мёртв. Самолёт взлетает. Ей было всё равно. Крэй выстрелил, но промахнулся, и вот она уже совсем рядом с ним и пытается выцарапать ему глаза, что-то крича. Но Крэй всё же был слишком силён для неё. Он схватил Сабину и с силой оттолкнул её. Она ударилась о дверь и упала, оглушённая и беспомощная. Крэй поднял пистолет.

– Прощай, милая девочка, – сказал он.

Крэй прицелился, но прежде, чем успел выстрелить, его вдруг схватили за руку. Сабина изумлённо распахнула глаза. Алекс стоял на ногах. Он не был ранен. Невозможно! Но, как и Крэй, она не знала, что на нём надета пуленепробиваемая велосипедная рубашка, которую прислал Смитерс вместе с велосипедом. Пуля ранила его – возможно, даже сломала ребро. Но хотя пуля и сбила Алекса с ног, но он уцелел.

Алекс накинулся на Крэя. Тот был невысоким – буквально чуть выше самого Алекса, – но кряжистым и неожиданно сильным. Алекс сумел схватить Крэя за руку, державшую пистолет. Но свободной рукой Крэй ухватил Алекса за горло и начал сжимать пальцы.

– Сабина! Беги! – успел крикнуть Алекс, пока у него ещё был воздух. До пистолета он добраться не смог. Он изо всех сил не давал Крэю прицелиться, но не знал, насколько ему ещё хватит сил. Сабина бросилась к главной двери и дёрнула белый рычаг, чтобы открыть её.

В этот самый момент Хенрик в кабине выжал до отказа рычаги управления всех четырёх двигателей. Перед ним была свободная взлётная полоса, разгону ничто не мешало. Борт номер один качнулся вперёд и начал взлёт.

Главная дверь с громким шипением распахнулась. Она была настроена на автоматическое управление ещё до того, как самолёт пришёл в движение, и, как только Сабина открыла её, заработала пневматическая система. Из-под двери, словно гигантский язык, высунулось что-то оранжевое, больше всего похожее на детскую горку, и начало надуваться. Спасательный трап.

Снаружи ворвались ветер и пыль, и по салону понеслось безумное миниатюрное торнадо. Крэй сумел всё же прицелиться в голову Алекса, но сила ветра застала его врасплох. Журналы на столе взлетели в воздух и по очереди врезались ему в лицо, словно гигантские мотыльки. Тележка с напитками сорвалась с креплений и, грохоча, поехала по ковру; бутылки и бокалы посыпались вниз.

Лицо Крэя было перекошено, идеальные зубы ощерены в зверином оскале, глаза навыкате. Он выругался, но двигатели ревели настолько громко, что полностью его заглушили. Сабина, прижавшись к стене, беспомощно смотрела через открытую дверь, как мимо несутся трава и асфальт, сливаясь в зелёно-серое пятно. Ясен не двигался, по его рубашке медленно расплывалось пятно крови. Алекса покидали последние силы. Он разжал руку, и тут же прозвучал выстрел. Сабина закричала. Пуля разбила лампу в нескольких дюймах от её лица. Алекс ударил Крэя по запястью, надеясь выбить пистолет из его руки.