Крикса - Александр Александрович Матюхин

– Наверное, потому, что криксе нужны дети, а игрушки – их защитники с самого детства, – вставил Марк. – Это же из сказок и мифологии. Игрушки изначально служили оберегами и защитой от нечистой силы.

Юлия продолжила рассказ:

– Это, как видите, помогает. А потом я сварила крепкий отвар из трав. На нескольких сайтах мельком упоминается, что специальный травяной отвар хорошо очищает от влияния криксы. Нужно пить и париться. Люди в старые времена целые бани на таких отварах растапливали и всех мыли, включая грудничков. Тогда ни одна тварь к ним и близко не подселится. Нигде нет никаких подробностей или рецептов, да и было бы странно откопать подобное в нашем интернете, но я делала всё наугад. Сорвала травы, до которых смогла добраться. Вскипятила, процедила, несколько раз заварила и слила. Пропарила все комнаты в доме. И потом искупала ребёнка. Он сразу же уснул, представляешь? До этого сильно ныл, плакал, возился, не слезал с рук моих, а после купания крепко уснул.

Галка увидела, насколько сильно Юлия устала от этой бессонницы и стресса. Но сейчас она выглядела… оживающей, что ли. Как будто действительно очнулась от долгого страшного сна. У неё похоже, появилась цель в жизни – защитить ребёнка от нечисти.

– Как нам её прогнать навсегда?

Юлия снова пожала плечами:

– Я не успела этого прочитать.

– Нужно дождаться утра и воплотить наш план в жизнь! – подал голос Добрыня. Он налегал на печенье «Юбилейное», пачка которого одиноко лежала на столе. – Галка ищет в интернете информацию, как нам обезвредить криксу. Мы её обезвреживаем, все взрослые наконец-то просыпаются, победа!

– Дождаться утра, вот наша ключевая задача, – сказал Марк. – Сейчас половина двенадцатого. До рассвета ещё осталось часа четыре с половиной. Как бы нам тут не вырубиться всем. Я уже третий день не сплю, и меня, если что, очень сильно тянет поспать. Если бы не спор, я бы давно уже уснул.

– Всё равно ты проиграешь, – зевнул Добрыня. – В этой битве против сна сопротивляются только самые сильные и выносливые.

– Например, кто? – усмехнулся Марк. – Покажите-ка мне этих силачей? Они есть в этой комнате? Костлявых задавак в расчёт мы не берём.

– Сколько ни распинайся, а уснёшь ты всё равно первым. Сначала ты, а потом уже все остальные. Ну я-то точно позже тебя.

Галка растёрла глаза ладонями. Десяти минут ей точно не хватило отдохнуть, голова была тяжёлая, кости ломило, вдобавок уют и теплота внутри домика так и располагали лечь обратно в кровать и завернуться во что-нибудь мягкое.

– Покрывало! – вспомнила она. – Мы его донесли, не потеряли?

Юлия приложила указательный палец к губам, чтобы Галка так сильно не шумела. Сказала:

– В другой комнате, сушится.

– Это важная вещь. За ней охотится старик.

– Старик? Прадед хозяина?

– Ага. А ещё он швырял в нас пластинки и в итоге оказался предателем. – Галка быстро пересказала Юлии всё, что с ней произошло.

– Много-много лет… – сказала ей Юлия, выслушав. – Представляете, это происходило здесь лет сорок, наверное, не меньше. Сколько же детей старик отправил на остров за это прошедшее время? Сколько жизней погубил, прежде чем здесь появилась я и крикса смогла запихнуть меня в свой подменный сон. А ведь становится только хуже. Думаю, что это покрывало нужно было для ритуала оживления криксы. Сейчас она ведь обычный бесплотный дух, которому нужно много сил и энергии, чтобы материализоваться. Но как только ритуал будет проведён, ведьма вернется к полноценной жизни, и тогда уже может произойти всё, что угодно.

– Ничего не понятно, но всё ещё страшновато, – подал голос Добрыня. Он собирал подушечкой пальца оставшиеся крошки от печенья, рассыпавшиеся по столу, и отправлял их в рот. – Хуже всего, что мы с вами оказались в центре всего это беспредела. А ведь ещё и крикса прийти может. Мы не знаем наверняка, отпугнут ли её ваши фигурки и игрушки, да?

В этот момент в дверь постучали. В наступившем внезапно безмолвии вдруг раздался скрипучий тонкий голос:

– Ребятушки, зверятушки, отопритеся, отворитеся. Ваша мама пришла, молока принесла…

– Что? – пробормотал Марк едва слышно.

Не он один удивился.

– Я же говорил, что кто-нибудь обязательно заявится, – шепнул Добрыня. – Ночное время. Нечисть повылазила.

– Ребятушки! – затянул голосок из-за входной двери. – Отворитеся, гха-ха, отопритеся, гха-гха, ваша мама пришла и это, гха-ха, молока принесла!

Он то и дело срывался на грубый ломаный кашель, будто ему было сложно сдерживаться. В дверь постучали снова, требовательно, несколько раз.

Галка узнала. Вспомнила. Страх снова вонзил коготки прямо в затылок и позвоночник. Близнецы, не сговариваясь, соскользнули со стульев и бесшумно подошли к окну возле двери. Чуть отодвинули в сторону занавеску и немного высунулись из-за ушей плюшевого зайца.

– Отворяйте! – рявкнул изменившийся голос. Теперь он был хриплый и басовитый. – Немедленно отворяйте дверь! Иначе как наберу воздуха полную глотку, как дуну! Развалится ваша хижина, гха-ха!

В дверь заколотили с такой силой, что зазвенели дверные петли. Братья отпрянули от окна, подбежали к кровати, где сидела Галка, и забрались на неё с ногами.

– Там утопленник, настоящий мертвец! – шепнул Добрыня, выпучив глаза и надув щеки. – Вот такой. Очень страшный старик!

– На водяного похож! – добавил Марк. – Из фильма какого-то. Кожа синюшная с зеленым, мешки под глазами. Борода из настоящих водорослей.

– Мертвый!

Галка беспомощно посмотрела на Юлию. Взрослый человек обязан был решать взрослые проблемы, а Галке захотелось стать снова маленькой девочкой и ни о чём ужасном не думать.

– Пришла беда – отворяй ворота! – кричал мертвец из-за двери, продолжая тарабанить. В щель на порог просочилась небольшая и бледноватая лужица. – Открывай ворота! Открывай ворота!

Юлия наконец вышла из оцепенения, побежала на кухню, вернулась обратно с половой тряпкой и стала судорожно растирать лужу. Спящий младенец болтался в её слинге, посапывая. Как он ещё не проснулся от всего происходящего вокруг?

Стук внезапно прекратился. Несколько секунд было тихо, потом в окно, где на подоконнике сидел большой заяц, заскреблись. Звук вышел противный, как будто пенопластом по стеклу много раз провели. Галка поморщилась.

– Отворитеся, гха-ха, отопритеся, гха-ха! – Теперь голос доносился из-за окна. – Ваша мама пришла… чего уставился, ушастый? Забрать надо кое-что у вас, милые! Забрать надо!

– Он вообще живой, интересно? – спросил шёпотом Добрыня.

– Видел же, он покойник-утопленник.

– Тогда почему он старик? Разве мертвецы со временем стареют? Он же должен был остаться в том же самом возрасте, когда и умер? Вдруг он живой, но заколдованный?

– Может, он и умер недавно, откуда мы знаем?

– Тшшш! – зашипела на братьев