Превращение - Эмили Уитмен

Но и брег, и волны гребень

Стали для шелки даром Луны.

День пролетел, как птица,

Сложил свои крыла.

Луна нежно убаюкает тебя,

Спи крепко, позабудь дела.

Я в сумерках проплывал мимо какого-то острова, когда услышал фырканье. Вдоль линии пролива развалилась стая тюленей. Я подплыл ближе и наблюдал за ними с мелководья. Глупые тупообразные существа, и всё же…

Их шкуры были серые, чёрные и рыжевато-коричневые, пятнистые, как береговая галька. Тюлени приподнялись, чтобы посмотреть на меня, их головы и хвосты образовали такой знакомый изгиб!.. Они покрутили усами, лениво почесали полные животы ластами. Поняв, что я не представляю для них опасности, тюлени вновь растянулись на гальке.

Я подобрался ещё ближе. Проскользнул на берег и лёг рядом с ними, вытянувшись во весь рост, мои ноги были опущены в воду, как их хвосты. Я слушал их дыхание.

Притворялся.

* * *

Мои мысли были о клане. Несмотря на слова Джека о том, что меня бросили, несмотря на то, что Луна меня не видела и у меня всё ещё не было шкуры, я так сильно хотел их увидеть, что мне было почти физически больно. Где они сейчас? Добрались ли до дальнего севера? Где Лир и бабушка, Кормак, Мойра и Мист? Где мама? Где?

Я расспрашивал птиц – гагарок, чаек, гусей:

– Куда несёт вас ветер?

А затем сразу же – ведь у многих птиц так быстро переключается внимание! – спрашивал:

– Видеть шелки?

Однажды один кулик прокричал о клане на востоке. Я плыл туда полдня, но, достигнув места, увидел стаю дельфинов среди водорослей. Эта тупая птица дельфина от шелки отличить не может, что ли?

Я почти перестал расспрашивать птиц. Каждый раз мои надежды не сбывались, и я чувствовал себя ещё более одиноким.

Нужно было найти такую же умную птицу, как тот буревестник с острова Спиндл. У птиц, с которыми я разговаривал, все мысли были только о еде, спаривании и гнёздах.

Я находил их гнёзда. Ел их яйца.

Днём я стрался разглядеть в волнах свой клан: их гладкие спины, изгибы голов. Я напрягал слух, чтобы услышать их голоса. А ночью…

Ночью сны предавали меня. Вместо клана мне снилась Нелли, прыгающая по камням, как лань, машущая мне и зовущая меня весёлым чистым голосом. Мы спускались по холму, сидели в нашей «пещере», солнечные лучи пробивались сквозь ветви и пятнали наши руки. И Мэгги… в моих снах она всегда выходила из дома и садилась рядом со мной на скале, её рука накрывала сверху мою ладонь.

Луна росла и убывала…

Одна рука за другой…

Глава 54

Бухта

Я плыл по воде, залитой солнцем. Пятна света двигались мимо меня, превращаясь в длинные серебристые полосы. А затем полосы взмахнули хвостами.

Лосось!

Рыбы были большими, жирными, длиной с мою руку. Какой обед меня ждёт! Но рыбы были слишком большими для моей сети, поэтому я изучил их направление и скорость. Затем поплыл в поисках суши. При удачном стечении обстоятельств я сразу же найду палку, наточу кончик и вернусь раньше, чем лосось уйдёт. Я уже чувствовал вкус розового и сладкого мяса.

На горизонте появилась суша. Меня подхватило течение, и суша по мере моего приближения увеличивалась в размерах, пока не превратилась в остров. Я плыл вдоль скал в поисках лежбища. В скалах были щели, пробитые ветром и дождём. Спокойные воды бухты переливались на солнце.

Я оплыл мыс и остановился ошеломлённый. Этот пляж с его плоским валуном, огромным, как трон, – это был тот самый остров, где я впервые увидел человека! А вот эта щель в камнях – через неё я наблюдал приближение лодки с кроваво-красным клювом.

Я вылез на берег и побежал к валуну, легко запрыгнул на него. Здесь я выкладывал спираль из камней и ракушек с золотым хвостом. У меня закружилась голова. Прошлое и настоящее сплелись, как пятна света с лососем, когда я не мог определить, что было светом, а что – рыбой.

Я спрыгнул с камня и понёсся к скале. Один выступ, другой – мне понадобилась секунда, чтобы добраться до расщелины, где я прятался от человека. Я пригнулся, чтобы протиснуться в неё, но мои плечи стали слишком широкими. Расщелина всегда была такой маленькой?

Я сел на выступ, свесив ноги. Вспомнил, как увидел головы мамы и других членов клана. Тогда они все вернулись за мной.

Лосось тем утром уплывал, как и теперь.

Я почти слышал голос Лира: «Нет. Сегодня мы поплывём слишком далеко для тебя».

«Нет», – подумал я, сжав челюсти, спрыгнул и начал перебирать плавающие ветки. Это всё-таки не так далеко.

Я нашёл длинную прямую палку и заострил кончик камнями, привязал её к ноге, поплыл и отыскал то течение. Лосось был именно там, где я и предполагал. Я скользнул в серебристый поток, имитируя движения лосося. Оказавшись достаточно близко, напал – это было легко. Сложнее дотащить рыбу до берега.

Какой пир я устроил в тот день! Набил живот до отказа и поделился остатками с чайками.

Я остался на острове на следующий день, последующий… Лосось ушёл, а я всё ещё был здесь. Убеждал себя, что это из-за удачной охоты, да и бухта была ограждённой, а скала – отличным наблюдательным пунктом. Но дело не в этом.

В течение одиннадцати лет после каждого долгого путешествия мой клан