Королевство Семи озер - Софья Прокофьева

Алёшка вздрогнул и проснулся. Рот ему зажала косматая, пахнущая сырой шерстью лапа.

Он попытался крикнуть и не смог. Тут вторая лапа сгребла его, стащила с постели и поволокла к распахнутой двери, полной лунного света. Алёшка увидел над собой громадную медвежью голову с оскаленной пастью. Блеснули и погасли кроваво-красные глаза.

Медведь перекинул его повыше на плечо. Теперь Алёшка мог крикнуть, позвать на помощь, но дома уже не было видно.

Трещали и хрустели кусты. Алёшка разглядел когтистую лапу. Кривые когти, казалось, были сделаны из янтаря. На одном из них блеснуло кольцо, сплетённое из тонких золотых нитей.

«Откуда у медведя такое кольцо? — мельком подумал Алёшка. — Такое же, как у Елены и у меня…»

Медведь выбрался на поляну, окружённую тёмными деревьями.

«От него не вырвешься», — в отчаянии подумал Алёшка.

— Такая вот вышла история! — послышался знакомый пустой голос.

Над поляной летел Выворотень. Серебрилась его рубаха, волосы торчали, как пучки лунных лучей.

— Оборвал все белые розы! Белые, белые, белые! — кривляясь, выкрикнул Выворотень. — Нет больше белых роз. Хорошо это или плохо? Мне всё равно!..

На Алёшку, на медведя посыпались тяжёлые, полные ночной росы белые розы. Перезрелые розы рассыпались, белые лепестки мешались с медвежьей шерстью.

— Плачут эльфы! Больше нет белых роз! — Выворотень, дурашливо хихикая, скрылся в гуще теней. — Эльфы любят белые розы…

Медведь пересекал поляны, похожие на чаши, полные лунного света. Алёшка мельком видел холмы, внизу — распахнутые полукруглые двери. Возле них на траве сидели медведи, скалили зубы, подкидывали и ловили слитки золота.

Медведь вломился в непролазную тёмную чащу. И всё дальше оставался тёплый дом на берегу озера, где беззаботно спала Елена.

«Всё, пропал… Елена меня теперь не найдёт…» — слёзы текли у Алёшки по щекам. Он чувствовал на лице тяжёлое, кислое дыхание медведя.

Луна осветила высокий холм, заросший травой. С протяжным скрипом отворились полукруглые двери, и Алёшка очутился в просторной пещере. Пол был усыпан золотым песком. Сверху была пробита дыра, и чёрные корни деревьев переплетались, дробя лунный свет. Медведь сбросил Алёшку на песок, накрепко стянул руки и ноги жёсткой берестой. Довольно урча, обошёл вокруг мальчика и скрылся за другой дверью в глубине пещеры.

Алёшка попробовал шевельнуться, но куда там, медведь связал его накрепко.

В отчаянии Алёшка посмотрел на круглое отверстие у себя над головой, откуда лился слабый, бледный свет. Вдруг там, высоко наверху, мелькнуло белое платье, две тонкие руки раздвинули корни.

«Елена!..» — обмирая, догадался Алёшка.

Девочка осторожно пролезла между корней. Ухватилась за самый толстый корень, повисла, поболтала ногами и бесшумно спрыгнула вниз.

— Тсс!.. — прижала пальчик к губам.

Она опустилась на колени рядом с Алёшкой. В руке холодно блеснул тонкий кинжал. Постанывая сквозь стиснутые зубы, начала с усилием перепиливать тугие узлы.

Наконец-то свободен! Алёшка потёр онемевшие руки.

— Тише ты! — Елена приблизила к нему лицо. Алёшка почувствовал слабый запах роз. — Бежим!

Отворяясь, потаённо скрипнула дверь. Их окатил с ног до головы лунный свет.

Они миновали несколько полян. Медведи спали на траве, привалившись друг к другу возле своих берлог. Вокруг них поблескивало золото.

«И правда, Медвежье царство, — подумал Алёшка. — Только бы не проснулись. А Еленка-то! Девчонка, а у неё кинжал…»

Алёшка, задыхаясь, остановился.

— Скорее, скорее! — Елена схватила его за руку, да так крепко, что скрипнули золотые кольца на Алёшкином пальце и на пальце Елены.

— У медведя на когте было точно такое же кольцо, из золотых волосков! — еле дыша, сказал Алёшка.

— А-а! — небрежно откликнулась Елена. — Тут у многих такие. Гномы что хочешь сделают, а золота тут навалом…

Небо стало бело-прозрачным. Лунный свет померк, уступая робко розовеющим облакам над ещё не проснувшимся лесом.

— Ты меня спасла. Ты такая… Если бы не ты… — Алёшка замолчал, ему ещё так много хотелось сказать ей.

— Да ладно, мы же друзья! — Елена близко и нежно улыбнулась ему, вся в розовом свете.

Вот и их дом на взгорье. Он казался тёмным, нежилым и словно ушёл глубже в землю.

— Здесь нельзя оставаться, — Елена с опаской оглянулась на глухой, ещё не проснувшийся лес. — Медведи скоро хватятся, что тебя нет. А в доме не спрячешься, не запрёшься. У, Выворотень противный! И мой ключ украл, такой ключик… Ну, да это, может, даже к лучшему…