Байки негевского бабайки - Пиня Копман

Что было дальше — все великий Гёте

В многостраничной драме описал.

Когда не жалко времени — прочтёте.

А я Вас сходу приглашу в финал:

Стал Фауст лжец, убийца и повеса,

подлец, кидала, прожектёр, зоил.

Всем обещал, не сделал ни бельмеса,

Любимых обманул и погубил.

От моря отделить собрался сушу,

Но лишь метался чёлном без ветрил.

И должен Мефистофелю был душу.

Да Дьявола Всевышний обдурил.

И хоть трудился до седьмого пота

Ни с чем остался под конец Ваал.

Отдать своё и Богу неохота:

Он слово дал, и он обратно взял.

Пусть верность слову нынче не в почете,

А душ цена и в лупу не видна,

Но людям в дар оставлен Фауст Гёте

Вам лень читать? То не моя вина!

***

Недоделанная тьма

Как знает каждый мудровед

из многих умных книг:

Творец сказал: «Да будет свет!»

И сразу свет возник.

А чтоб всё было по уму,

по графику точь-в-точь,

Творец хотел создать и тьму,

но получилась ночь.

Так кривоватым вышел мир.

Наверно неспроста

Творец наделал черных дыр

и черного кота.

Дроздов, грязищу и ворон,

смолу, пласты угля…

Но всюду проникал фотон,

Творца до плача зля.

Так всякий злобный индивид,

когда настанет ночь,

хоть мысли темные таит,

их воплотить невмочь.

И нам, товарищ, задарма

о том страдать не след

Зачем орать: «Да сгинет тьма!»?

Ведь тьмы на свете нет.

***

О душе и Боге

Словно демон в мистической драме,

преисподний покинувший мрак,

ощущаю себя в пентаграмме,

из которой не выйти никак.

Не теолог я и не философ,

отчего же — понять не могу -

пентаграмма извечных вопросов

окружает на каждом шагу.

Ну не верю я. Что здесь такого?

Но хотел бы понять не греша

Я под Богом хожу ли? Без Бога?

И на кой мне, простите, душа?

Я, живущий и здесь и сегодня,

уязвимый, как каждый из нас,

так нуждаюсь в поддержке Господней

не потом, после смерти, сейчас!

Каждый в этой юдоли скиталец.

Дом терпимости — наша Земля.

Но Творец даже палец о палец

не ударит, спасения для.

А уж если следить по обилью

войн, болезней, аварий и бед,

Бог не просто страдает бессильем,

он бездушный садист-людоед.

Но продлю рассуждение шире,

чтоб нащупать бесспорный ответ:

Если нет справедливости в мире,

то и Бога, конечно, в нем нет.

Тем, кому непонятна картина,

разъясняю на пальцах резон:

лишь один, убиенный невинно -

и, как двоечник, Бог исключен.

Не приму романтической чуши,

(хоть салат из неё приготовь):

"Бог — Добро", или "Бог в наших душах",

или хуже "Господь есть любовь"

Это даже и кошке понятно

(я уже промолчу про собак):

Бог безличностный, чисто абстрактный

не имеет значенья никак.

Так что дальше ли глядя, иль ближе,

я уверен в ответе вполне:

В этом мире я Бога не вижу.

Остальные — до ягодиц мне.

Но ответил бы кто, почему же

на душе (той, что нету) лишь мрак,

и от истин не лучше мне, — хуже.

Может я не мудрец, а дурак?

***

Эльфы уходят в Валинор

Ночь бушевала, тараща созвездий глазницы.

Грани реальности сбились осколками льда.

В полном молчаньи небес полыхали зарницы

И тераватты энергий текли в никуда.

Раньше не знали такого, не встретим и впредь мы.

Боги, наверно, вели меж собою войну.

Прятались в чащах от страха и звери и ведьмы.

Рыбы, русалки, наяды ушли в глубину.

Грома раскаты скатились от кряжей далеких.

Так в барабаны бьёт демонов царь Асмодей.

Бился и плакал, ногтями царапая щёки,

Старый шаман перед кругом эльфийских вождей.

Встали вожди, и, вскричав, разорвали одежды:

Воля Валар к упованиям эльфов глуха.

И возгласили скончание эры надежды

Ибо пришло в Средиземие семя греха.

Нас отвергают отныне Валар как орудье.

Люди заселят весь край от равнин и до гор.

Нас понесут корабли с лебединою грудью

В благословенный богами Валар Валинор

Стаей, один за другим, за струей кормовою,

Шли корабли по воде, а потом сквозь портал…

Утром проснулся разбитым, с больной головою.

Толкин! Как зря я тебя до рассвета читал!

***

Кому верить

Я не верю ни правым ни левым,

феминисткам и радужной своре,

патриотов кичливым напевам,

демократам, где урка на воре.

Я не верю жрецам и святошам

поощрять их не стану ни пенсом.

Гороскопам плохим и хорошим

Я не верю как и экстрасенсам.

Журналистам и телеканалам:

их вина в современном бедламе.

Банкам. Им не поверю и в малом.

И, конечно, не верю рекламе.

Вот собакам и птицам я верю.

Даже кошкам я верю немножко

Ветру в поле и дереву в сквере,

и дождинкам, стучащим в окошко.

Сложно жить. Как со всем разобраться?

Я неверьем своим озабочен,

потому что, признаюсь вам, братцы,

и себе доверяю не очень.

***

Время движется по кругу

Бледнокожий хрупкий клоун

В черном шелковом трико

На холодном синем склоне

выпасает мотыльков.

Блестки вьются, вторя трелям,

Словно мошки у пруда,

Грустный зов его свирели

Переливчив как вода

Рыжий клоун в желтой блузе

В бубен бьёт под ритмы дня

Суетиться, сонь мутузит,

Пляской бешенной маня,

В какофонии биенья

Ускоряя стук сердец…

Так над собственным твореньем

Издевается Творец

Мчат фотоны в волнах света,

Пляшут птицы в небесах,

Прёт по эллипсу планета,

Кружат стрелки на часах.

Смерть — всеобщий утишитель

Прячет нас в свою обитель.

Но, всего эон спустя,

Возрождается Спаситель

Беспорочное дитя.

***

Видение суда

Предзакатный румянец блестел на очках и балконах,

я на улицу вышел — отдохнуть от забот полчаса.

Вдруг слетели два ангела, все в сапогах и погонах

и, в трубу потрубив, потащили меня в небеса.

Потерялись в полете сандали, штаны и рубаха,

беспокоила мысль, что суп пригорит на огне,

и предстал я на суд и нагой, и дрожащий от страха.

И, похоже, никто из толпы не сочувствовал мне.

Зазвенел колокольчик, потом увели посторонних.

Секретарь объявил: "Встать! Всевышний, в трех лицах един!"

И возник за дубовым столом на сверкающем золотом троне

некто мудрый и лысый, с кольцом над пучками седин.

Ангелок-адвокат заиграл на расстроенной лире,

а потом прекратил, чему я, признаться, был рад.

И сказал прокурор —