Пока бьют часы - Софья Прокофьева

Татти бежала к Чёрной башне. Она перепрыгнула через пёстрые клумбы, прямиком промчалась по шёлковому газону. С досадой обогнула круглый бассейн.

Тень от Чёрной башни упала на Татти, и она невольно замедлила шаги. Башня стояла мрачная, неприступная, от неё веяло угрюмым молчанием. Ни одной двери, всюду шершавый, грубо отесанный камень.

«Какая же я дурёха, — Татти почувствовала себя беспомощной, маленькой. — Ведь говорила мне тётушка Пивная Кружка: в Чёрную башню ведет подземный ход. По-другому туда не попа-дёшь. Значит, надо сначала пробраться во дворец. Но как я туда попаду?»

Татти уже гораздо медленней пошла по жёлтой дорожке к королевскому дворцу.

Дворец словно вырастал из густой зелени, тяжело поднимая вверх украшенные позолотой башни и острые шпили.

Татти поставила ногу на нижнюю ступеньку мраморной лестницы, но дальше не пошла. С каким-то тоскливым чувством она посмотрела вверх на высокие стрельчатые двери.

Вдруг Татти услышала чьи-то голоса. Она обогнула кусты подстриженных роз и тихо ахнула от удивления.

На круглой зелёной лужайке, словно на зелёном островке, стояла толпа людей. Но не это удивило Татти. Совсем не это. Дело в том, что все, кто собрались здесь, на этой лужайке, были удивительно, необыкновенно красивы.

Красивые девушки стояли, опустив лучистые ресницы. Красивые парни смущённо посмеивались и толкали друг друга плечами. Кудрявые нежные девочки жались к матерям.

— Ну, улыбнись же, доченька! — сказала одна из женщин печальной напуганной девочке. — Ты такая хорошенькая, когда улыбаешься!

Но девочка вдруг горько заплакала. Она прижалась к матери и обняла её руками.

— Пойдем домой, матушка, — сквозь слёзы проговорила она. — Я не хочу… туда!

«Куда — туда?» — подумала Татти.

Она никак не могла решить, какая же из девушек красивее всех? Эта? Или вот эта, с розой в чёрных кудрях?

Нет, вот самая красивая! Спору нет! Глаза такие прозрачные, как горный ручей. А в глубине что-то светится, будто россыпь мелких драгоценных камней. От бледно-розового румянца веет теплом. Длинная коса словно сплетена из лучей закатного солнца. Ноги босые, видно, пришла издалека.

Неожиданно распахнулась небольшая дверь. Вышел человек в тёмной бархатной одежде. Глаза у него были маленькие и колючие, а голос вкрадчивый, сладкий.

— Ах вы мои миленькие красавчики! Пришли измерить свою красоту? — человек в чёрном оглядел всех острыми глазами, прищурился, голос его стал еще слаще. — Справедливость и истина! Истина и великодушие! Вот что правит нашим королевством. Тот, кто окажется красивее короля, уже сегодня станет нашим королём! Та, кто окажется красивее королевы, уже сегодня станет нашей королевой! Вот так-то, мои красивенькие. Спешите измерить вашу красоту! В нашем королевстве каждую пятницу от двенадцати до трех любой бедняк может стать королём!

Часы на городской башне протяжно и гулко пробили двенадцать раз.

Человек в чёрном протянул руку. Все, притихнув, стали подниматься по ступенькам. Татти тоже поднялась вместе со всеми.

Все вошли в пустой зал. Человек в чёрном незаметно исчез.

Посреди зала на столе, покрытом бархатом, Татти увидела золотую корону. Корона сверкала, разбрызгивая слепящие цветные лучи.

— Внести королевский аршин красоты! — раздался надменный повелительный голос.

Татти вздрогнула от неожиданности. Оказывается, в кресле с украшенной позолотой спинкой сидит невидимка. Кто-то тоже невидимый зашевелился рядом с Татти.

— Аршин красоты уже здесь, Ваша Прекрасность! Справа от короны. Вам достаточно только протянуть руку!

Татти тихонько ахнула. Вон оно что! Оказывается, аршин красоты невидимый. Но, может быть, так и надо?

— Ну-с, кто первый? — послышался презрительный, скрипучий голос. — Кто хочет, чтобы мы измерили его красоту? Кто считает себя достойным стать нашим королем или королевой? А?

В скрипучем голосе прозвучала угроза.

К столу нерешительно подошла босая девушка с длинными косами и прозрачными, сияющими глазами.

Татти затаила дыхание. Она была уверена, что невидимка тут же предложит красавице стать королевой. Иначе и быть не может!

— Подойди поближе, — снова проговорил все тот же надменный голос. — Сейчас я возьму королевский аршин красоты и узнаю, насколько ты красива!

Девушка сделала несколько робких шагов и остановилась.

— Так-так-так! Стой ровнее. Надо же, какая неуклюжая. Так-так. Теперь я тебя измерю сбоку. Тут еще хуже. Теперь повернись ко мне лицом. Величина глаз… Ай-яй-яй, нехорошо. Длина носа… Так. Ну, все ясно. Всего вместе двенадцать аршин красоты. Всего-навсего. Ну так чтобы ты знала: у нашей королевы девяносто девять аршин красоты, а у короля ровно сто! Ты, моя милая, просто урод! И теперь это сама прекрасно видишь.

— Урод… — тихо повторила красавица. На глазах у неё выступили слезы. Они были прозрачнее хрусталя. Одна из них скатилась по щеке. Татти послышался тихий звон, будто что-то разбилось.

Послышались злорадные насмешливые голоса.

— Урод, урод!

— Обыкновенная лягушка!

— Чучело! Пугало!

Красавица, всхлипывая, повернулась к двери.

И тут Татти не выдержала.

— Неправда! Нет! — крикнула Татти своим ясным звонким голосом. — Она красивая! Одна такая красивая!

Что тут началось! Поднялся невообразимый шум.

— Кто сказал: «Неправда»?

— Измена!

— Эй, стражники, гоните их всех вон!

Невидимые стражники начали выталкивать всех на лестницу. Татти прижалась к стене.

— А вы покажите нам аршин красоты! — крикнул высокий плечистый парень.