Сколько стоит счастье, или приключения взбалмошных ведьм - Анна Панкратова

— Лица я не видела. Но, думаю, можно догадаться, кто это был.

— Грета? — спросила Елена. — Думаешь, мстит?

— Не знаю, — ответила Ева и взмахнула рукой, в руках разу же появился стакан с водой. — Как же вовремя-то магия вернулась…

Елена села рядом с Евой и сжала ее в объятиях. Ева от неожиданности, не удержав в руке стакан, пролила все на себя. Она быстро все высушила с помощью магии.

— Прости меня, — зашептала Елена. — Прошу, я так виновата. Я бы не пережила, если бы с тобой что-то случилось.

— Все в порядке, — ответила Ева. — Ты хотела, как лучше.

Дверь в квартиру распахнулась, в комнату влетела разъяренная Грета. Ее волосы были все в земле, одежда грязная. Лицо же было жутким, казалось, что она сейчас всех просто убьет.

Ева и Елена перестали обниматься.

— Кто это сделал? — прошипела Грета.

Потом девушка все же огляделась кругом. Только увидев обнимающихся Еву и Елену в слезах, расхаживающего из стороны в сторону мальчишку с прической в виде ежа, Грета поняла, что что-то они не похожи на тех, кто закопал ее заживо.

— Тебя тоже под землю? — спросила Грета, понемногу успокаиваюсь. — Как ты выжила? Магия же…

— Елена спасла, — перебили Ева.

В комнате повисла тишины. Все пытались сообразить, кому же это могло понадобиться: закопать их заживо? То, что это был маг или ведьма, уверены были все: ведь их отключили именно заклинанием. Но вот кто?

— Согласитесь, — заговорили Ева, — нас не хотели убить. Любому ясно, что ведьма сумеет выбираться их гроба.

— А как же ты? — спросила Елена.

— Просто не знали, что я временно лишена способностей.

— Значит, — заговорила Грета, — это была Великая Ведьма?

— Вот только почему просто напугала? Не убила?

— Не хотела, чтобы вы продолжали поиски, — вмешался Макс в разговор. — А потому предупредила.

— Тогда едем, — сказала Ева и резко вскочила с дивана. Елена хотела усадить девушку обратно, но та не далась. — Линет сказала мне, где видела мою бабушку пятнадцать лет назад. Нужно съездить туда. Пора бы нам уже поговорить с этой Великой Стервой.

— Согласна, — ответила Грета. — Едем.

Однако остались и несогласные.

— Ева, ты уверенна…

— Прекрасно себя чувствую, — ответила ведьма и схватила куртку.

Грета тоже магией привела свой внешний вид в порядок.

Елена заметно запаниковала. Было что-то, что она не желала говорить. Она судорожно стала придумывать, что сказать, как на выручку пришел Макс.

— Вы поедите вдвоем. А мы с Еленой проверим Веронику. Что если ее тоже закопали?

Еву мало прельщала поездка в одной машине с Гретой, но, вспомнив про Веронику, она поняла, что выбора нет. Велик шанс, что она тоже могла попасть под землю.

— Идет, — сказала Ева.

Ева и Грета вышли из квартиры. Когда Елена осталась наедине с Максом, она бессильно упала на диван. Девушка едва могла сдержать слезы.

— Теперь мы точно знаем, кто Великая Ведьма.

Оказавшись в одной машине друг с другом, Ева и Грета поначалу немного струхнули. Грета, сверившись с картой, объявила, что ехать им часа три в лучшем случае. Еве оставалось только понурить голову. Теперь она все больше задумывалась, а правильно ли они поступают? С чего вдруг она вообще решила снова так плотно заняться поисками Великой Ведьмы?

Видимо Грета думала в этом же направлении, а потому спросила Еву:

— Почему ты так хочешь найти её?

Ева недовольно встряхнула головой. Еще чего не хватало: со врагом беседовать.

— Неужто отомстить решила? — не успокаивалась Грета.

— Просто устала, — ответила Ева, нехотя. — И все должны знать правду.

Грета вздохнула, а потом быстро заговорила. Скорость, с которой она выплескивала из себя слова, была настолько быстрой, что Еве удавалось уловить лишь общий смысл.

— Я понимаю, почему ты меня ненавидишь. И правильно это, — тараторила Грета. — Не буду говорить, что теперь я другая, изменилась. Нет, это не так. И мы обе это прекрасно знаем. Но знаешь, у нас есть общая цель, мы обе хотим мести. Я за потерю матери, ты — за испорченную юность. Знаешь, я потеряла мать, когда была совсем маленькой, в тот самым момент, как к нам пришла та ведьма. С тех пор у меня не было мамы, у меня был босс, который велел мне, что делать. И все это из-за этой стервы. Она возомнила себя самой главной, вершит наши судьбы, как только может. Даже сейчас она не убила нас, а лишь припугнула. И знаешь, меня это бесит. Ну же, признайся, Ева, что тебя это бесит! Мы ведь одинаковые.

— Мы не одинаковые, Грета, — спокойно заметила Ева.

— Не забывай, я чувствую, когда мне лгут, — ответила Грета и слегка улыбнулась. — Когда ты сказала, что устала, это было правдой. Но ты что-то не договорила. А только что, ты соврала. Потому что и сама видишь, что я говорю правду.

Ева отвернулась к окошку. Она была слишком уставшей, потрясенной, шокированной. Впервые в жизни, она вдруг поняла, что рано или поздно её жизнь может оборваться. Что «потом» может не настать никогда. Наверно, именно в такие моменты начинаешь ценить все, что имеешь.

— Ну же! — не успокаивалась Грета.

— Хорошо, — отозвалась Ева. — Я хочу посмотреть в её глаза и спросить какого это управлять ведьмами, как марионетками. Какого это, когда ты имеешь такую власть. Спрошу хорошо ли ей спиться по ночам, не вспоминает ли она о том, как обманывает каждый день столько ведьм.

Грета присвистнула. Такого ответа от Евы она почему-то не ожидала.

— И я правда устала так жить, — вновь заговорила Ева. — Постоянный страх, какие-то секреты, тайны. Наверно, впервые в жизни я хочу быть обычным человеком… Я устала быть ведьмой. Пока я жила в Тае я была обычной девчонкой… Но знаешь, я была счастлива.

Грета нехотя кивнула. Она считала так же, просто боялась себе в этом признаться. На самом деле, еще в детстве она начала ненавидеть то, что она ведьма. Еще тогда, будучи маленьким ребенком, она молилась богу, чтобы она и её мама были обычными людьми. Ей так хотелось, чтобы мама стала прежней.

— Я тебя понимаю, — сказала Грета. — Вот найдем её и выскажем все претензии. Мы ее победим. Мы же сильнее её. Правда?

— Мы слабее, — ответила Ева. — И ты это знаешь.

Грета неуверенно кивнула. А что еще остается в такой ситуации? Ева сказала правду, и не было смысла это отрицать и оспаривать.

Ева и Грета стояли