Любовь челкаря - Ангелина Репенева

Глава 5: Начало поиска

Лия как всегда сидела на качелях около дома. Рассвет уже начал помахивать ласковыми ладонями золотистых лучей из-за простирающихся куда ни посмотри однотипных крыш и одинаково-унылых кирпичных стен многоэтажек, разукрашенных всевозможными граффити. Сонный сосед с низу уже вышел из подъезда и сев в свой автомобиль выехал со двора и растворился в густом утреннем тумане. Лия не выпускала нож из рук, тщательно ощупывая выгравированную надпись своими миниатюрными бледными пальчиками с длинными черными ногтями. Внезапно она вытащила из кармана своей черной толстовки телефон и отправила сообщение. Ждать долго не пришлось, уже спустя секунду собеседник принялся печатать ответ.

– Рома, у меня есть идея по поводу ножа. Давай сегодня в школу пойдем вместе и все обсудим?

– Хорошо, где ты сейчас, я могу подойти.

– Я у дома.

– Сейчас подойду.

Лия повесила на плечо свой клетчатый рюкзак и уставилась на подъезд из которого с минуты на минуту должен был выйти Руби. Через несколько минут ожидания, девушка услышала быстрый стук шагов по лестничной клетке. Затем тяжелая металлическая дверь с противным ржавым скрипом распахнулась и Руби тут же подбежал к Лие.

– Привет. Ты хотела поговорить?

– Ты догадлив. – Лия махнула рукой и устремилась к выходу со двора. Руби, окинув взглядом ее симпатичную невероятно притягательную походку поторопился нагнать подругу. – Я придумала как нам найти владельца. Нам нужно найти дружков того парня и разузнать детали появления у него этого ножа. – Руби увел взгляд и состроив непонимание продолжил разговор.

– Какого парня?

– А, точняк, ты же не в курсе. Короче, как-то гуляя с соседским папильоном я наткнулась на какого-то странного гоповатого придурка. Он начал ко мне подкатывать, ну а под конец разговора подарил нож. Его вроде Алекс звали. Не знаешь никакого Алекса?

Руби сделал вид что задумался, после чего выдал:

– Я же уже говорил тебе, я не коммуникабельный человек. Спрашивать меня о конкретных людях, все равно что пытаться узнать у слепого застегнут ли у тебя рюкзак.

– Ну мало ли.

– Ты хоть опиши его я не знаю. Может я его в лицо видел, просто не знал что это он.

– Ну…-Лия задумалась. Именно сейчас она поняла что сильно не вглядывалась в особые черты внешности Алекса, но вот его холодные глаза, подчеркнутые жутковатой улыбкой, она запомнила очень хорошо.-Он высокий, коротко стриженный… И… У него будто мертвые глаза. Он был в широких джинсах и помню в арафатке. У него из кармана, из которого он нож достал еще сигареты торчали и зажигалка какая-то, видимо тоже отжатая. Еще он в берцах был.

– В двух словах портрет классического быдла. – с интонацией высокомерного ботаника подытожил Руби. Видимо он так сильно боялся раскрыться, что не мог контролировать себя, и поступал так, как не поступил бы будучи в здравом уме. Воспоминания о том вечере, выскочившие из глубин памяти, смешавшись со стыдом и волнением окрасили и без того вампирически-бледное лицо юноши в еще более мертвенный оттенок. Руби нервно поправлял челку, закрывающую свежеполученный фонарь, светящийся темно фиолетовым светом, боясь что самая желанная девушка в мире, идущая рядом заметит его. Но Лия шла, не обращая внимания на странности в поведении своего ново приобретенного друга.

– «Как же все таки мне повезло что она тоже эмо и челка ей периферийное зрение отрубает!» – подумал юноша, слегка встряхнув растрепанными волосами, должно быть надеясь показаться более привлекательным.

– Ну зачем так грубо. Я бы не стала называть его быдлом. Но и отрицать бы тоже не стала. Неважно. Главное что нам необходимо узнать у кого он нож забрал, а уже конкретного человека не так уж и сложно найти.

– Слушай, Ли, вот зачем тебе нужен лишний геморрой? Я все понять никак не могу. Зачем ты в принципе ищешь этого человека? – собрав в кучу все свое спокойствие и сдержанность спросил Руби.

– Ром, ты не поймешь.

– Ну вот опять, ты даже не знаешь пойму я или нет, но даже попробовать мне объяснить не хочешь.

– Да ладно тебе, не кипятись. – Лия шумно выдохнула и свернула за угол, направляясь в школу. – Как ты думаешь, можно влюбиться в человека, зная только его прозвище?

Руби растерялся. Он прекрасно понимал к чему идет их диалог, и возможные итоги его явно не устраивали. Надо было срочно что-то делать, а потому он сделал задумчивый вид и пожал костлявыми плечами, намекая, что не знает ответ.

– Вот и я не знаю. Но что-то необъяснимое со мной происходит, ничего не понятно. Поэтому я и хочу найти этого человека. Да и потом мне нравиться думать о том, что я сделала кого-то счастливым.

– А если этот человек редкий козел? Да и потом, если бы этот нож реально был кому-то дорог его как минимум искали бы. Да и ктому же как тебе вариант, что Алекс этот нож попросту где-нибудь нашел?

– Ну козел то тут причем? Если ты не понял мы ищем человека. А если он и будет не очень хороший, в любом случае это только его проблемы, что он не хочет что-то менять в этой жизни и прожить ее счастливо. По поводу поисков владельцем. Большая часть заявлений о пропаже недорогих вещей таких как этот нож, попросту не рассматриваются, а потому не находится. Это же последнему ежу понятно!

– Ну вот тем более. Значит этот кто-то уже смирился с потерей, а значит нож можно кому-нибудь отдать.

– Слушай, вот какая тебе разница куда я хочу его деть? Он что, твой что ли?

Руби замолчал, проиграв в диспуте он недовольно хмыкнул и явно не собирался продолжать его. Лия, шедшая рядом, довольная признанным поражением оппонента хотела было выслушать его версию, но вот на горизонте уже показалась школа и им обоим пора отправляться усиленно грызть твердый гранит науки, готовясь к предстоящим экзаменам.

***

– Да не так надо! Всему тебя учить! – Алекс сделал пару шагов и выхватив из рук Макса балончик вырвиглазной зеленой краски, хорошенько встряхнул содержимое. После чего принялся писать на гаражной стене огромными буквами текст: «Здесь был царь!»

Макс, оглядев написанное так же бесчувственно и холодно как и обычно процедил:

– «Здесь» через «з» пишется.

– Не учи ученого! – огрызнулся Алекс, резко положив баллончик в его руку.-Мне скучно! Руки чешутся.– констатировал Алекс,