Хрустальное сердце - Татьяна Маликова

– Неужели?! – обрадовалась Анхен. – И долго туда идти?

– Можно несколько дней или всего несколько минут, – загадочно ответил тот.

– А так бывает? – растерялась Анхен.

– Всё бывает. – улыбнулся господин Ноэль. – Когда-то очень давно Аскольда заказывала мне витраж для своего дворца, – начал он. – А я всегда делаю копии таких сложных заказов. И, видишь ли, мои витражи не простые, а немного волшебные, все они связаны между собой. Идём, я тебе покажу…

Старый мастер подвел девушку к высокому витражу, укрытому тёмным шёлком, в самом дальнем углу лавки. Он осторожно снял ткань, и синие розы на стекле вспыхнули и засияли холодным голубым светом. При первом же взгляде на них Арчибальд наморщил лоб, – где-то совсем недавно он видел похожие…

– Смотри внимательно, Анхен, – проговорил господин Ноэль.

Девушка вгляделась в стеклянную мозаику… И вдруг увидела Мартина. Он находился в огромном ледяном зале и о чём-то увлечённо беседовал с неприятным белым филином.

– Это Мартин! – закричала она. – Он жив! Мы должны торопиться!

– Анхен, я уже видел такой витраж! – бросился к ней Арчибальд, снова роняя что-то на бегу. – Сквозь него Мартин и ушёл с той ледяной ведьмой! Скорее туда!

Олень попытался пройти сквозь стекло, но только больно ударился лбом. – Не понял?! – неприятно удивился он.

Арчибальд повторил попытку ещё раз и ещё – всё было безрезультатно. – Да почему он не работает?!

– Анхен, я могу открыть для тебя эту волшебную дверь, – проговорил мастер. – И вы попадёте прямо ко дворцу Аскольды. Но ты же понимаешь, что мне потребуется кое-что взамен?

– Да, конечно! – ответила девушка, доставая кошелек. – Я заплачу, сколько нужно! Только, пожалуйста, откройте нам дверь поскорее!

– Деньги мне не нужны, – возразил господин Ноэль. – Бездушные бумажки! А вот твой кулон «Хрустальное Сердце» – другое дело. Такая тонкая работа… И мне кажется, он волшебный… Скажи-ка, я прав?

– Как он узнал? – удивился Арчибальд.

– Пожалуй, это была бы достойная плата за мою услугу, – продолжал витражный мастер.

Но Анхен только крепко прижала кулон к груди.

– Нет-нет! – проговорила она. – Я не могу отдать вам кулон. Это счастливый талисман Мартина. Если бы не «Хрустальное Сердце», я бы никогда не узнала, что с ним случилось. Я верю, «Хрустальное Сердце» поможет мне найти его!

– Как знаешь, – пожал плечами господин Ноэль и, как ни в чём не бывало, вернулся к своей работе. – Не спеши с ответом. Я дам тебе время подумать.

– Что тут думать?! – воскликнул Арчибальд. – Анхен, давай отдадим ему кулон и пойдём скорее!

– Нет, – твёрдо проговорила девушка. – Должен быть другой способ попасть во дворец Аскольды, и мы найдём его обязательно. И Мартина спасём. Но «Хрустальное Сердце» я не отдам никому. Пойдём, Арчибальд…

Они решительно повернули к двери, когда витражный мастер их всё-таки остановил.

– Подожди, – сказал он. – Анхен, ты сделала верный выбор. Когда в твои руки попадает волшебная вещь, обязательно жди проверку – а достойна ли ты владеть ею… Конечно, я помогу вам. Мне надо было лишь убедиться в твоей решимости и в силе вашей с Мартином любви. Кто знает, может именно о тебе говорилось в древнем пророчестве…

– Почему сразу о ней?! – возмутился Арчибальд. – Может, как раз обо мне! Нас тут двое вообще-то…

– А что за пророчество? – удивилась Анхен.

Витражный Мастер улыбнулся и прочёл:

В час, когда беда придёт, — Встретятся хрусталь и лёд: Слабый силу обретёт. Сердце к сердцу путь найдёт. И хрусталь…

– И что?! Что хрусталь? – не выдержал слишком долгой паузы Арчибальд.

– Что же случится? – подхватила Анхен.

– Не знаю, – покачал головой господин Ноэль. – Последние слова были стёрты. Но, думаю, мы скоро это выясним…

– Да по-любому в пророчестве говорилось обо мне! – уверенно заявил Арчибальд. – Ух, это даже круче, чем сказка Мартина! Не волнуйся, Анхен! Я с тобой – значит, у нас всё получится!

Но витражный мастер смотрел только на девушку.

– Решилась? Тогда я открываю портал. Смелее! Слушай своё сердце, Анхен, и береги доброе волшебство в твоих руках…

Шагнуть в засверкавший разноцветными огнями витраж из синих роз было даже не страшно…

* * *

А тем временем в ледяном дворце Филипп проводил для Мартина экскурсию по величественным залам Аскольды.

– Как тут красиво! – восхищался Мартин, слегка поёживаясь. – И, что удивительно, совсем не холодно… Только немного однообразно, не находишь? Всё такое ледяное, торжественное… А хочется ярких красок, чего-то весёлого… И почему у вас до сих пор нет наряженной ёлки?! Скоро ведь Рождество!

– Мы не празднуем Рождество, – сухо проворчал филин. – А что касается красок, госпожа Аскольда предпочитает чистые цвета – белый, голубой, синий. Они дарят ясность ума и не отвлекают от главного.

– И что же для неё главное? – заинтересовался Мартин.

– Идеальный порядок и гармония, – важно ответил Филипп.

Мартин рассмеялся. – Порядок – это не про меня! Анхен всё время меня ругает: «Мартин, твоя комната похожа на бермудский треугольник!». Ну и что! А мне так легче думается. Вот представь, был бы я чашкой… Какая скука всю жизнь провести на одном месте, в каком-нибудь закрытом шкафу. А как же путешествия, приключения, сказки? Кстати, о сказках – какие истории нравятся Аскольде? Про принцесс и рыцарей, про драконов, или, может, про волшебство?

– Её Ледяное Всевластие предпочитают сказки про снег и лёд, – пояснил Филипп.

– Необычно, – отметил Мартин. – Я ещё ни разу не писал сказку про снег. Как бы она начиналась… Жил-был снег… Нет, лучше так – жила-была снежная туча. Однажды зимой она полетела гулять без шапки, простыла и ужасно заболела…

– Тучи не носят шапок, – недовольно возразил Филипп.

– Да ладно! – беспечно отмахнулся Мартин. – Откуда ты знаешь?! Ещё как носят. Просто они уж очень забывчивые… Наша простывшая туча жутко волновалась! – продолжал он. – Это понятно – она не хотела заражать других туч… или тучей… тучищ… короче, своих друзей. Она держалась, держалась, а потом кааааааак чихнёт! – Мартин громко рассмеялся. – И пошёл снег! И началась снегочихательная эпидемия!

– Не вижу здесь ничего смешного, Мартин… – строго оборвал его Филипп. – Ваша сказка должна быть строгой и величественной.

– Строгой? Ты, наверное, шутишь? – удивился сказочник. – Кому понравится строгая сказка?