О девочке Васюшке и её снах - Алена Бессонова

– Алька, там приехала твоя мама, она опоздала, – беспокойно проговорила девочка. – Не может войти в школу!

Алька заметался:

– Моя мама в зале, я её видел! Сейчас мой выход!

– Ты ошибаешься, она на улице, её не пускают! – торопила Лиза. – Иди, ты успеешь!

Алька выскочил из кулис, помчался к входной двери школы.

– Ты не успеешь, принц! – загадочно улыбнулась Лиза. Она закрыла дверь в кулисы на ключ, ключ положила в сумочку. – Эта выскочка Василиса опозорится! Будет одна торчать на сцене, как соляной столб! Я победила!

– Снежинки, на выход! Пошли, пошли… – скомандовал режиссёр. Лиза вместе со всеми выпорхнула на сцену.

На сцене зазвучали фанфары. Фанфары трубили. Они оповещали превращение Щелкунчика в прекрасного принца. Василиса положила Щелкунчика под ёлку, сейчас из-под неё должен выбежать Алька в красивом костюме принца. Но Алька не вышел. Фанфары прозвучали ещё раз. Альки не было. Василиса в отчаянии схватила деревянную куклу, повернулась лицом к зрителям. В её растерянных, удивлённых глазах стояли слезы. Музыка затихла. Зрители в зале замерли. Наступила полная тишина. В этой беспокойной тишине, неведомо откуда прозвучал густой, уверенный голос:

– Принц Кешью Пятый!

На глазах зрителей деревянная кукла превращалась в попугая. Попугай выпорхнул из рук девочки и уселся на пол сцены. Но и в облике птицы он был недолго. Превращение продолжалось. Попугай становился прекрасным юношей.

– Кешка?! – прошептала Василиса, – Ты?

– Почему, я? Не слышала что ли? – прошептал в ответ Кешка – Принц Кешью Пятый. Только я танцевать не умею. Я хоть и крас-с-савец, но всё равно птица! Что делать будем?

– Как, что делать? – Василиса озорно подмигнула Кешке – Танцевать не умеешь? А летать? Летать-то ты умеешь! Полетели!

Принц Кешка почтительно склонился перед Васюшкой. Девочка положила руки юноше на плечи.

Кешка подхватил Васюшку, взлетел и понёс её в воздухе под звуки новогоднего вальса. Их танец был похож на танец двух снежинок, попавших в водоворот вьюги. Вьюга кружила пару по залу, вызывая восторг зрителей. Музыка закончилась, танцоры плавно приземлились в центр сцены. А в зрительном зале ликовали мама, бабушка и Дед Мороз Лёша. Не зря они гордились своей девочкой.

Оглушительные аплодисменты плавно перешли в тревожный звук будильника.

– Васюшка, вставай! – мама присела на край кровати.

– Ой, мамочка, – воскликнула Василиса и сразу открыла глаза, как будто не спала, – какой непонятный сон я видела в эту ночь…

– Неприятный? – уточнила мама.

– Непонятный! Сначала неприятный, а потом очень даже приятный, – вспоминая сон, улыбнулась дочка.

– Ну-ка ка расскажи, – попросила мама.

Василиса подробно рассказала маме сон.

– Что ты по этому поводу думаешь, мамочка? – сверкнула ямочками на щёчках Василиса

– Я думаю его надо рассказать Альке.

Василиса так и сделала. Она позвонила другу, и весь сон протараторила в трубку.

– Ну-ну, – ухмыльнулась трубка Алькиным голосом, – Забудь, и спокойно готовься к празднику. Встретимся в школе.

– Как забудь?! Делать-то, что будем? – всполошилась Василиса.

– Танцевать! И не о чем не беспокоиться, – спокойно сказал Алька и повесил трубку.

– Фу, какой недотёпа! – фыркнула Василиса и пошла гладить праздничное платье.

– Фы-р-р! – отозвалась Мадрюки.

– Тяф-ф-ф! – прорычала Сайда.

Только Кешка и две красноухие черепахи хранили молчание.

Новогодний концерт начался, как обещало объявление ровно в пять часов вечера. Маленькие артисты старались изо всех сил. Они пели, танцевали, декламировали стихи. Каждый номер получил одобрение зала, а его участники подарки.

Заключительный танец Королевского бала, Васюшка, как и задумал режиссёр, начинала одна.

Она кружилась, прижимая к себе деревянного Щелкунчика. Скоро, скоро он превратится в прекрасного принца!

В это время за кулисами Лиза в костюме снежинки крутилась вокруг Альки. Он ждал своего выхода. Лиза была одной из снежинок на Королевском балу.

– Алька, там приехала твоя мама, она опоздала, – беспокойно проговорила девочка – Не может войти в школу!

Алька улыбнулся:

– Ты ошибаешься, Лиза, моя мама в зале, я её видел!

– Нет, не ошибаюсь, – настаивала Лиза, – она на улице. Дверь школы захлопнулась, и она не может войти.

– Ты хорошо подумала, Лиза? – Алька пристально посмотрел в глаза девочки, – Ты точно знаешь, что мамы в зале нет?

– Я бы и сама открыла ей дверь, но в вестибюле холодно. Беги скорее! Помоги ей! Мне кажется, она огорчится, если не увидит твой с Васюшкой танец, – не отводя взгляда, продолжала настаивать Лиза.

Алька выскочил из кулис.

– Вот уж огорчится, мамуля, так огорчится! – усмехнулась Лиза. Она закрыла дверь в кулисы на ключ, и ключ положила в сумочку. – Выскочка, Василиса, опозорится! Я победила!

– Снежинки на выход! – скомандовал режиссёр. Лиза выпорхнула на сцену.

На сцене зазвучали фанфары. Фанфары трубили. Они оповещали превращение Щелкунчика в прекрасного принца. Василиса положила фигурку Щелкунчика под ёлку, из под которой должен выбежать Алька в костюме принца. Но Алька не вышел.

Фанфары прозвучали ещё раз. И тут зрители ахнули! С самой вершины ёлки, оттуда, где горела звезда, по сверкающему канату на сцену спускался принц! Это был Алька. Он подошёл к Василисе. Протянул ей обе руки, подхватил и закружил в вальсе. Танец удался. Он вызвал восторг зала и бурные аплодисменты.

Дома все дружно обсуждали успех Василисы и Альки, рассматривали подарки. Никто даже не вспомнил, какое лицо было у Лизы, когда она увидела появившегося на сцене Альку. Никто не вспомнил о Лизе и потом, когда закончились зимние каникулы и ученики вернулись в классы. Позже, кто-то спросил: почему Лиза не ходит в школу? Учительница пояснила, что по настоятельной просьбе Лизы и её родителей девочку перевели в другую школу

– Чем-то мы ей не понравились, – сказала она, недоумевая.

Глава седьмая. Жёлтый сон

Минула зима, прощебетала весна. Лёгкой поступью на землю пришло лето. Алька и Василиса, как и прежде, часто проводили свободное время вместе, только теперь у них появились свои почти взрослые увлечения. Василиса всерьёз занялась рисованием и лепкой, а Алька, продолжая учиться в музыкальной школе, увлёкся игрой на свирели. У него это хорошо получалось. Так хорошо, что его пригласили стажёром во взрослый симфонический оркестр. Иногда Алька на свирели исполнял подруге музыку собственного сочинения. Мама Альки любила, когда Василиса приходила к ним в гости, всегда старалась к её приходу приготовить что-нибудь вкусненькое. Стряпала она, как никто вкусно, всё ей удавалось отменно. Особенно пельмени. Пельмени у мамы Альки получались маленькие кругленькие, густо политые сметаной и в любое время года были приправлены зелёным молодым укропом. Укроп Алькина мама выращивала на подоконниках в красивых расписных горшочках. Там же выращивалась петрушка и другие пряные травы. А всё почему? Потому что кормить вкусно, сытно, с выдумкой, было маминым увлечением. Любимым её в доме была кухня. Кухня выглядела необыкновенно красивой, уютной. В ней всё имело своё место. Чашечки с блюдцами звенели от чистоты и стояли на самой видной полочке. Кастрюльки, разнообразные по величине и объёму, отражали в своих бочках солнце и тоже были видны отовсюду. Мама уважительно относилась к посуде, не прятала её по тёмным углам. Когда Алька занимался музыкальными уроками, Василиса, чтобы не мешать другу, уходила в кухню. Василисе нравилось наблюдать, как весело играют солнечные зайчики на стенках кастрюль. Однажды девочка заметила, что крышечки от кастрюлек были похожи друг на друга, как сестры – близнецы. Все, кроме одной. Если все сестры – крышечки сияли былым металлом и подходили по цвету к своим кастрюлькам, то эта была красновато-медного цвета и отличалась от всей металлической посуды.