Диагноз: любовь - Рушель Блаво

Анализ клиента начинается задолго до того, как тот заключает договор с психотерапевтом. Раньше, чем рассказана биография. Раньше, чем сделан запрос на работу, раньше, чем озвучена проблема, для решения которой человек ко мне обращается. И даже раньше, чем человек появляется в моем кабинете.

Анализ начинается с того самого момента, когда будущий клиент решается прийти на консультацию и предпринимает какие-то шаги для воплощения этой идеи.

Важно все: что именно он делает; сколько времени вынашивает идею; как выбирает, к кому обратиться; как разговаривает по телефону, договариваясь о первой встрече; приходит ли вовремя, заранее или опаздывает, и чем это объясняет. В среде психотерапевтов бытует шутка: если клиент приходит к психотерапевту раньше назначенного времени, то это тревожность, если позже — сопротивление, если вовремя — навязчивость.

Случается, что люди, нуждающиеся в экстренной помощи, приходят ко мне без предварительной записи. Через один-два, максимум несколько сеансов они уходят, разрешив важные для себя вопросы. И очень редко человек, пришедший без записи, становится моим постоянным клиентом.

Я помню несколько таких случаев и хочу рассказать об одном из них. Завязка этой истории стала камертоном целого букета смежных психотерапевтических ситуаций, результаты которых достойны внимания. Но обо всем по порядку.

В то утро у меня было всего двое посетителей, и несколько часов оставались свободными. Я планировал просмотреть новости, почитать почту и начать работать над новой книгой, но, оставшись один, не смог сосредоточиться и погрузиться в работу.

Зеленый чай с травами должен был выручить меня, но еще до того, как он заварился, мне позвонили из приемной и сообщили, что некая женщина пришла на консультацию без предварительной записи. Сейчас я не могу точно вспомнить, почему сразу пригласил ее в кабинет. Возможно, мне очень не хотелось заниматься книгой, а может быть, сработала интуиция, велевшая мне принять эту женщину немедленно. По прошествии времени я склоняюсь ко второму варианту: интуиция — важный инструмент в работе психотерапевта. И неустанное пестование своего чутья — одна из основных задач любого практика.

Итак, клиентка вошла в мой кабинет и осторожно прикрыла за собой дверь. Чуть помедлив, села напротив меня.

— Здравствуйте, — спокойно начал я.

— Здра-авствуйте… — протянула девушка и замерла.

В ее голосе звучали одновременно азарт и неуверенность.

Пауза затянулась. Могу предположить, что посетительница ожидала от меня наводящих вопросов, однако я предпочитаю не давить на людей и не делать работу за них. Одна из основных заповедей психотерапевта — дай клиенту высказаться или помолчать, проанализируй его слова, мимику, жесты, чтобы понять его. Кроме того, расспросы часто воспринимаются как агрессия и вторжение в личное пространство. Необходимо дать человеку время собраться с мыслями, чтобы он мог сам рассказать, с чем пришел. Иногда пациент приходит именно поговорить и предоставляет терапевту откровенно мифическую информацию. Однако это тоже немаловажная тема для анализа: в чем именно клиент врет себе и психологу. В конце концов, часто бывает важно не то, что именно говорит клиент, а — зачем он это делает.

Некоторое время мы просидели в молчании. Наконец моя посетительница нарушила тишину.

— Меня зовут Наталья, и я пришла к вам… — она словно выдавливала из себя слова, — пришла к вам за помощью. Два месяца назад я видела ваше выступление по телевизору и решила, что мне… нужно к вам попасть. Что вы сможете меня понять и помочь. Да, я давно уже планировала к вам прийти. Я и на сайт ваш заходила, и книжки ваши читала. Даже вот… — Девушка замялась, опустила глаза.

У меня сразу возник вопрос, на который я еще долго не находил ответа — почему же она пришла ко мне без записи? Врет о том, что давно приметила меня как терапевта, и пришла в случайное место? Но женщина явно говорила искренне. Не подумала о том, что у меня могут быть другие клиенты и дела? По легкомыслию? Или была почему-то уверена в том, что ей не откажут? Вариантов было много, но пока я не понимал, какой из них верный. Пока Наталья не давала материала для ответов на мои вопросы. А я не торопился озвучивать их.

— Продолжайте, пожалуйста, — поддержал я клиентку.

— Ну, в общем, я не дилетант в психологии. Я читаю разные книжки об отношениях и о том, как воплощать задуманное. Только все это пока не очень помогает мне в жизни. Но вот тому, что я к вам дошла, я именно этим книгам обязана. — Она сделала паузу, явно ждала поддерживающего вопроса.

Я дал ей одержать над собой эту маленькую победу:

— И каким же образом они помогли вам прийти ко мне?

— Мне очень нравится идея визуализации желаний. — Тут Наталья явно оседлала любимого конька: ее речь стала плавной и будто отрепетированной, девушка больше не подбирала слова, а говорила как по написанному. — Желание попасть к вам на прием я тоже визуализировала. Несколько недель подряд каждый день представляла себе, как прихожу к вам, продумывала детали. И наконец это получилось.

Было видно, что Наталья довольна собой. Щеки ее раскраснелись, глаза заблестели. Я недоумевал. Она долгое время представляла себе, как приходит ко мне на прием, но при этом так и не удосужилась на него записаться? Нормальные герои всегда идут в обход? Наталья либо не слишком хорошо продумала план, либо, наоборот, хитрит.

Мне хотелось задать прямой вопрос. Я мог бы сделать это, будучи обычным знакомым Натальи, но как психотерапевт — я промолчал. Нам предстояло построить терапевтический альянс для успешной работы, что было бы невозможно, начни я с ходу уязвлять эту женщину. Без доверия нет качественной психотерапии. Наталья должна быть уверена в моем расположении, в том, что мы на одной стороне и в одной лодке.

— И что же подтолкнуло вас к тому, чтобы все-таки прийти? Что останавливало вас раньше и перестало останавливать сейчас? — осторожно спросил я.

— В моей жизни случились некоторые неприятные события. Раньше я просто думала о том, что здорово было бы прийти к вам и пообщаться, спросить совета. А вот теперь пришла просить… о помощи. Вы мне очень, очень нужны. — Наталья впервые посмотрела на меня в упор.

Уже в тот момент в ее взгляде читался какой-то вызов, аккуратно подкрашенные губы напряглись, словно готовясь отразить атаку. Совсем иной бывает мимика человека, который нуждается в помощи и просит о ней. Наталья меня боялась, опасалась быть отвергнутой, заранее защищалась и все-таки шла вперед.

Я молча продолжал слушать. Ни к чему было пугать человека, пускай успокоится.

— Вы так немногословны, доктор. Но я чувствую себя у вас так уютно… Думаю, у нас с вами будет плодотворное сотрудничество. — Моя посетительница сменила тон, так и не рассказав о своей беде.