Днем и ночью хорошая погода - Франсуаза Саган

Слабо освещенный женский будуар, откуда доносятся сладострастные вздохи, затем кокетливый женский голос.

Адель: Боже мой, что я наделала?! Что вы подумаете обо мне, сударь? Ангел мой!

Фридрих: Что у вас прелестная грудь и что я из несчастнейшего стал счастливейшим из мужчин!

Адель: Как это?

Фридрих: Сударыня, мой полк уже неделю стоит в Вене, и уже неделю я сплю и живу один. Наша встреча — это чудо, сударыня! Честное слово!

Адель: Вы здесь всего десять дней? Ах вот, значит, почему!..

Фридрих: Что — почему?

Адель (торопливо): Почему я вас нигде не видела.

Фридрих: Кроме как вчера, у баронессы Вёльнер, которую завтра утром я осыплю цветами. Такими же прекрасными, как и те, что пошлю вам.

Адель: Ах нет! Не посылайте мне цветов! Прошу вас! Я замужняя женщина!

Фридрих: Вы мне уже поведали об этом. А еще вы сказали, что ваш муж на охоте.

Адель: Да, и вернется к концу недели. К сожалению, в Пруссии идут дожди, и все утки попрятались. Вы знаете, мой муж — прекрасный стрелок!

Фридрих: Призна́юсь, я не большой любитель этого вида спорта. Обожаю зверушек!

Адель: А вот мой муж каждый год побеждает на турнире по стрельбе из ружья и пистолета в Мюнхене…

Фридрих: Ого! Это же лучший конкурс! Увы, я мало знаком с Мюнхеном!

Адель: А откуда вы родом?

Фридрих: Из Саксонии, сударыня. Из старинной саксонской семьи. Впрочем, от моего имени так и веет провинцией.

Адель: Ах да, я что-то смутно припоминаю… Комбург? Ведь так?

Фридрих: Да, сударыня. Фридрих фон Комбург! К вашим услугам, сегодня, завтра и когда вам будет угодно.

Пауза.

Адель: А меня зовут Адель.

Фридрих: Да? Прелестно — Адель!

Адель: Вы находите? Фридрих тоже очень красиво звучит.

Фридрих (учтиво): Да, но, может быть, все же более обыкновенно…

Адель: Вы находите? (Пауза.) Так, значит, вы лейтенант уланского полка, Фридрих… Хотя нет, я не могу сказать «Фридрих». Мне никак не решиться…

Фридрих: Нет-нет! Решайтесь! Решайтесь! Решайтесь на все, Адель! Уверяю вас, после того, что мы сделали, вы просто обязаны звать меня по имени.

Адель: Господи, да замолчите же вы! О небо! Вы меня в краску вогнали! Да! Да! Да! Хоть здесь и темно, но я вся красная. Кто вы? Кто ты? Кто тот, из-за кого я так дурно поступила со своим мужем?

Фридрих: Я же говорил вам: я Фридрих фон Комбург, лейтенант Третьего уланского полка из Саксонии, мне двадцать пять лет, почти двадцать пять. Я единственный сын моего отца Вильфрида фон Комбурга и — увы! — единственный наследник всех его имений.

Адель: Почему же «увы»? Единственный наследник огромного имения? Что заставляет вас говорить «увы»?

Фридрих: Мой отец возлагал на своего единственного наследника большие надежды, сударыня! Простите — Адель! Он хотел оставить все, что имел, кому-то… более достойному, именно так. А достоинства такого рода не мой конек. Я предпочел бы быть младшим сыном, иметь старшего брата, достойного и умного, который распоряжался бы нашим имением и давал бы мне немного денег, ровно столько, чтобы я мог жить своей жизнью, весело и без особых излишеств, именно так.

Пауза.

Адель: Впервые слышу, чтобы двадцатипятилетний юноша сетовал на то, что он богатый наследник!

Фридрих: Это правда: люди чаще сетуют на бедность.

Адель: К деньгам все относятся одинаково, друг мой! У меня были подруги, которые приходили в возбуждение от калек, извращенцев, коротышек, стариков, умалишенных, школьников, священников, ученых, святых, воров, не знаю от кого еще… Но, уверяю вас, ни разу ни от одной женщины я не слышала, чтобы на нее так подействовал бедняк!

Фридрих: А ведь и правда! Я как-то не думал об этом…

Адель: Тише! Молчите! Боже, что это? Вы слышали? Господи!

Неподалеку слышится мужской голос.

Корнелиус: Адель, дорогая! Вы еще спите? Я скакал во весь опор ночь напролет. Даже не ожидал от себя такой прыти, честное слово! В этой чертовой Пруссии не оказалось ни единой утки, ни даже вороны! Зато какой дождь! Язон, славный мой Язон, сними с меня сапоги. Адель, дорогая, еще мгновение — и я приду к вам! Вы были на балу у Вёльнеров в мое отсутствие? Ну и как, все прекрасные юноши нашего города ушли оттуда, лишившись всякой надежды?

Пока он говорит, Фридрих поспешно натягивает на себя одежду. Он уже почти оделся, но тут барон без стука входит в комнату. Они смотрят друг на друга.

Как я вижу, не все.

Адель (в панике): Что? Что? Что — не все?

Корнелиус: Не все прекрасные юноши нашего города лишились надежды.

Входит Язон, вскрикивает и убегает прочь.

Фридрих: Сударь… Э-э-э-э… Я… Я… Я…

Корнелиус: Барон! Барон Корнелиус фон Бельдт.

Фридрих: Э-э-э-э… Э-э-э-э… Граф Фридрих фон Комбург.

Корнелиус: Из саксонских Комбургов?

Фридрих (запинаясь): Да. Вы знакомы с… э-э-э-э… с… моей семьей?

Корнелиус: Я хорошо знал вашего дядю Голлута фон Комбурга. Милейший человек. Жаль-жаль! Я охотно сам пригласил бы вас сюда, к себе, если бы жена меня не опередила.

Адель: Корнелиус! Это совсем не то, что вы думаете!

Фридрих: Нет! Нет! Совсем не… Совершенно не… не… не… (Запинается и замолкает.)

Корнелиус: Я ничего не думаю! Я просто вижу! Итак, когда, сударь?

Фридрих: Но… Как это… Что… Что — когда?