День счастья - сегодня! - Кирилл Сафонов

1

– Черт возьми, Илюха, ты – гений! Я так и не понял, как тебе это удалось?! – В голосе коллеги чувствовалось настоящее восхищение.

Алексей был моим давним другом и партнером по бизнесу. Вместе мы были соучредителями крупнейшей в столице лизинговой компании «Корсо». Вот и получается вроде как коллеги. По крайней мере откусить пытаемся уж точно от одного пирога. И так уж случилось, что как раз сегодня этот «пирог» подали на стол со всеми свечами.

– Дело техники, дружище, – сказал я. Это все, что нужно знать Алексею. Про размер отката, вытребованный клиентом, а также про мою в нем долю я, естественно, умолчал. – Ладно, я поехал. Сначала домой заскочу – забыл кое-что. А потом к логистам. Их если не дернуть, то ничего вовремя не получим. А ты давай бди! Родина смотрит на тебя! Давай до завтра, – сказал я и затушил в пепельнице сигарету.

– Секунду, Илюх. Это… – Лешка все еще не мог поверить. – Я, значит, заказ подтверждаю… Точно?

– Леш… – Я перевел дыхание. – Ты уже должен был сто раз заказ подтвердить. Контракт подписан и обладает огромной… просто абсолютной… юридической силой. Копия в сейфе лежит.

– Ладно, – улыбнулся Лешка. – Давай до завтра.

– Бывай, брат! И… не волнуйся ты, Леха, все будет отлично. Я сказал! – победоносно улыбнулся я и вышел из кабинета.

2

Я ехал домой. Настроение было отличным. Я мурлыкал себе под нос квиновскую «We are the champions», и все было прекрасно. Мимо проносился город со всеми его домами, улицами, светофорами, и мне казалось впервые в жизни, что вот теперь он существует для меня, а не я для него.

Все, к чему я так долго стремился, увенчалось успехом: контракт подписан – и какой контракт! И ведь не так много времени прошло. Да, сначала сидели лапу сосали. Вспомнить смешно, честное слово, со шмоток начинали. Хотя что здесь смешного? Половина олигархов с этого начинала. Главное, что все получается. Помню, всю жизнь хотел хорошую машину, не какой-нибудь «жигуленок» гнилой, а иномарку, и чтобы не из дешевых.

И что? Пожалуйста! Как раз с тех шмоток и получилась. Жена, конечно, все мозги проела: «Нет, чтобы о квартире думать – он эту чертову машину купил». Но извини, родная, я зарабатываю – мне и решать, что и как тратить. Так было и так будет. К тому же с квартирой-то вопрос все-таки решили. Живем-то не где-нибудь, а на Кутузовском проспекте. Да половина москвичей полжизни бы не задумываясь отдала за такую возможность, а здесь всего пару лет еще пришлось в съемной однокомнатной квартирке пожить. Конечно, повезло, что говорить, удачно крутанулись во время дефолта, но везение – частный случай закономерности, а это уже кое-что. Так держать, как говорится.

Так, встали. Пробка. Есть возможность осмотреться, достать сигареты и вдоволь насладиться переключениями с одной радиостанции на другую, дабы подобрать мелодию, наиболее подходящую твоему настроению. А настроение, надо сказать, отличное. Я счастлив. Да, причем это ответ не только самому себе, но и дурацкому слогану какой-то компании, чей босс додумался воспользоваться рекламой на автотранспорте. «Вы счастливы?» – было выведено огромными буквами на идеально белом боку большого рейсового автобуса. Кому только в голову пришло? Что это? Очередной рекламный трюк какого-нибудь раскрученного бренда а-ля Coca-Cola? Ага, праздник к нам приходит. Не знаю. К сожалению, невозможно было хорошенько рассмотреть всю экспозицию. Автобус стоял в соседнем ряду, на пару автомобильных корпусов впереди, исходя из чего хорошо просматривалась только одна его половина. То есть я хорошо видел знак вопроса, а далее с конца надписи по убывающей. Что там сообщалось в головной части, возможно, название компании и контакты, увидеть я не мог. Да и черт с этим со всем. Но тем не менее спасибо за вопрос. А ответ я уже имел честь сообщить. Да, я счастлив. Как никогда в жизни.

3

– Что-то ты сегодня рано, – удивилась Татьяна, открывая мне дверь. – Не похоже на тебя. Там снег не пошел?

– Да я на секунду, – сказал я, снимая ботинки. – Бумаги кое-какие нужно забрать, забыл утром. – Сооруди быстренько поесть что-нибудь, а то у меня встреча через час.

– А, – выдохнула она. – Я-то дура обрадовалась.

– Да я не надолго, а потом сразу домой. Вот увидишь.

– Мой руки, – донеслось с кухни.

Я вошел в ванную. В царство плитки и хрома.

– Тань! – крикнул я, пытаясь перекричать струю воды, вырвавшуюся из хобота смесителя. – Тюменские-то контракт подписали. Уломал все-таки.

Секунда, и жена, вся сияющая, влетела в ванную и повисла у меня на шее.

– Согласились? Правда? На хороших условиях?

– Более чем, – освобождаясь из ее объятий и беря в руки полотенце, сказал я. – Пакуй чемоданы. Думаю, пора задуматься о собственном домике.

– О ребенке, Илюш. Прошу тебя, – взмолилась она. – Мы же много раз говорили на эту тему. Мне уже скоро тридцать. Сколько можно тянуть?

– Тань, – произнес я и посмотрел на нее взглядом «я все решил».

– Ладно, я поняла, – сказала Татьяна, и ее глаза наполнились слезами. Она отвернулась и вышла из ванной.

– Тань, ну что ты опять начинаешь? – бросил я ей вслед.

– Я? – обернулась она. – Что я начинаю, Илья? Я ничего не начинаю. Это ты продолжаешь. Тебе всего мало. Может, пора уже остановиться? И подумать о семье? Обо мне?

– А я не думаю? – Я был возмущен подобным вопросом. – О ком же я, по-твоему, думаю?

– О себе! И только о себе! Что ты мне обещал? Вспомни!

– Ничего я не обещал. Просто я не считаю, что мы готовы завести ребенка, если ты об этом.

– Конечно, об этом. О чем же еще? – закричала она. – Я как дура постоянно верю во все твои отговорки. «Еще не время», «Мы недостаточно богаты, а я хочу, чтобы у ребенка было все самое лучшее», «Все очень нестабильно». Хотя прекрасно понимаю, что если бы все рожали по твоим условиям, то человечество давно бы вымерло, как динозавры.

– Таня, послушай…

– Все, Илья! – вновь отрубила она. – Не хочу я ничего слушать. Ты решил – прекрасно. Только знай: никакой собственный домик я смотреть не собираюсь. Выбирай сам. Как всегда ты и делал. Сначала машина. Потом квартира. Я уже не говорю о всяких там путевках и ресторанах. Даже мой день рождения мы умудрялись праздновать в твоих любимых ресторанах, – закончила свою речь Татьяна, сделав ударение на слове «твоих».

Я больше не стал ничего говорить. Черт с ней. Просто вышел из ванной, забрал нужные бумаги из кабинета, оделся и вышел из квартиры, плотно закрыв за собой дверь. Что ж, родная, за все в жизни нужно платить. Подобные разговоры я просто так прощать не намерен. Сегодня домой я приду поздно. Если вообще приду.