Девочка и ветер - Драган Мияилович

Через два года после появления на свет Ангелины Мария Савич приехала в Швецию навестить дочь и увидеть внучку. Уже после двух недель пребывания в Гетеборге ей все было ясно, а яснее всего то, что она очень нужна и одной, и другой. Она должна спасти то, что еще можно спасти.

Золотоволосая девочка приворожила ее, они не расставались ни на минуту. Стоило ей сесть отдохнуть, малышка тотчас находила возможность занять место у нее на коленях. Она гладила ее нежными малюсенькими пальчиками и с любопытством задавала сотню вопросов:

– Бабушка, а ты – мамина мама?

– Да, радость моя, – отвечала та, разнежившись, качая внучку на коленях.

– А почему вы не живете вместе?

– Мы жили вместе, пока она была маленькая, а потом она выросла и улетела.

– Как это улетела? У нее нет крыльев.

– Так говорят. Выросла и ушла.

Наивными вопросами Ангелина разбудила в ней воспоминания о днях, когда Ивана была приблизительно ее возраста, когда она была милым, смышленым ребенком, сообразительности которого все удивлялись, как купила ей первый школьный портфель и, заплетя две косы с красными бантами, проводила в школу. Из дали лет перед ней возник силуэт дочери в синих джинсах и облегающем оранжевом пуловере без рукавов, под ним уже обрисовывалась формирующаяся грудь. Как она ликуя сообщает, что ее приняли в Первую белградскую гимназию, как сама она была встревожена в ту ночь, когда пропала Ивана, уехавшая в Швецию… За несколько секунд перед ее глазами промелькнул огромный кусок их жизни, все это напоминало ситуацию, когда отрезают огромный кусок торта и вместо того, чтобы выложить его на фарфоровую тарелку, как задумала хозяйка, он оказывается на полу, под ногами.

– Боже, где я ошиблась? – задавала она себе вопрос, обращаясь к Богу.

– Бабушка, пойдем играть на улицу. – Внучка тащила ее за руку, возвращая на солнечную сторону жизни.

С приездом матери Иване стало как будто легче, поэтому она все чаще выходила куда-нибудь с компанией и возвращалась из города поздно, после полуночи, заметно хмельная и пахнущая алкоголем.

– Ивана, что с тобой происходит? – спрашивала мать тихо и обеспокоенно.

– Ничего. Немного развлеклась с друзьями. Я же не баба, чтобы сидеть дома.

– Но ты и не девчонка. У тебя есть ребенок, ты несешь за него ответственность.

– Понимаешь, мама, я почти год никуда не выходила из дома. А мне всего двадцать три года!

– Я вышла замуж в девятнадцать.

– Только не говори мне, что ты никуда не ходила!

– Честное слово, никуда. Я растила тебя, готовила, убирала, стирала твоему отцу трусы и рубашки. А он бросил нас, как последний подонок!

– Значит, было слишком рано. Тебе сейчас надо бы выйти замуж. Давай тебе кого-нибудь подыщем здесь?

– Брось говорить глупости и иди спать!

И хотя никогда раньше Мария не задумывалась об этом, эта идея ей вдруг понравилась. Она могла бы быть рядом с дочерью и внучкой и заботиться о них.

Помимо всего прочего, на зарплату, которую получала в Белграде, она едва сводила концы с концами да и чувствовала себя там страшно одиноко.

Недалеко от квартиры дочери, в их дворе, но в другом доме жила их землячка Ева, которая еще в шестидесятые годы приехала сюда из Нови Сада[19], тогда это называлось «на временные работы», и свой житейский баркас поставила на якорь на окраине Гетеборга. Они познакомились здесь, во дворе, гуляя с внучками. Мария часто заглядывала к ней на кофе, а та регулярно наносила ответные визиты. Не зная шведского, у нее была возможность с кем-нибудь поговорить и подружиться. Так, под знаком строгой секретности она узнала много подробностей о безумной и несчастной жизни дочери, и это еще больше убедило ее в решимости остаться и жить тут, рядом с ней. Но как?

Впрочем, и Ева не сидела сложа руки и на одну из вечеринок позвала Свена Карлсона, своего приятеля, жившего по соседству. Свен уже четыре года был вдовцом и жил один. Его супруга четыре года назад внезапно умерла от инсульта, а он, уйдя в прошлом году на пенсию, всеми силами старался не впасть в тоску и бессмысленность будней, поэтому занимался всем подряд (в положительном смысле слова), чтобы заполнить время, которого у него было с лихвой.

Добровольно и бесплатно он заботился о домашних животных в ближайшем местном парке, куда приводили детей из детских садов и яслей посмотреть, как выглядят овцы, козы, пони, конь, курица или гусь. Этому делу Свен отдавался с таким удовольствием и любовью, что его питомцы, и пернатые, и мохнатые, сразу его узнавали, приветствуя дружным гоготаньем, кудахтаньем, блеянием и ржанием. После обеда он продавал лотерею «Бинго» перед ближайшим супермаркетом, что позволяло ему заработать кое-какую мелочь и увеличить домашний бюджет. Часто приносил старым и немощным соседям продукты из магазина, счастливый, что может быть полезным.