«Веселая» неделька - Александр Воронецкий

«Понятия не имею», – пожал я плечами, – «В последние дни из партии исчез только Иван Лопатин, с драгоценностями из ювелирного. Но ведь и приезжие всегда есть, кто работу ищет, а кто и …стянуть, что под руку попадет. Из этих кто-то в скважину и отправился».

«Пораспрашивать ребят надо», – тут же нашелся Дока, – «Может, кто-то что-то и видел».

«Пораспрашивай», – не стал отговаривать, – «только не сегодня. Расчлененку достанут, в морге сложат – глядишь, и определится, кого судьба–злодейка не пощадила».

«Мы что, сложа руки сидеть будем?» – с его характером это было невозможным. Найти труп, и просто передать его ментам? И не попробовать понять, чей он и как в скважине очутился в разобранном виде?

Я подвинул лист бумаги к себе, и терзаемому жаждой действий улыбнулся:

«Есть еще одно», – ниже написанного на бумаге добавил – «Пятница»; слева под ним нарисовал облако и заштриховал его показать, что с высокой концентрацией вонизма, и мешок рядом, похожий на пробный, что нашел по пути от вонючей скважины в партию.

«Это что?» – торнул Дока в мешок пальцем.

«Валялся рядом с дорогой. Кажется, в таких расчлененку к скважине и носили – кровь на нем есть, а шерстинок зайца или сайги – нет».

«А сейчас где?»

«Там же», – и понимая, что тут же получу предложение за этим мешком смотаться, погрозил пальцем, – «Только не сейчас! Он от скважины метрах в двухстах, у ментов на виду! Зачем нам светиться?»

Продемонстрировал мне сожаление, а может и возмущение мешающими ментам. Потолкался со столом рядом:

«Вечером съездим! Не будут же они (менты, то-есть) до ночи ковыряться!» – и с твердым убеждением, что обязательно это сделаем, посмотрел мне в глаза.

Не стал возражать, а кивнул на бутылку на столе. Дока жест понял, остатки водки по стаканам разлил.

А вечером съездить за мешком не получилось: в партии появился на Уазике Михаил, нас с Докой отловил, и устроил прямо в кабине совещание. Начал его с потрясающей новости!

«Все что лежало в скважине – мы подняли. В морге что можно – врач сложил. Получился Иван Лопатин».

«Как Лопатин?» – крикнули мы с Докой разом. А дальше уже я один добавил:

«Он же в ювелирном наследил, а расчлененка в скважине появилась на два дня раньше!»

«То-то и оно», Михаил полез за сигаретой, – «врач мне это же самое сказал.

«Может, и не Лопатин это?» – влез Дока.

«Точно Лопатин», – Михаил глубоко затянулся и долго выпускал из легких отраву, – «я, когда ориентировку составлял, всех его знакомых в партии пораспрашивал. Так вот: на левой руке половина большого пальца отхвачена, топором. Рубил мясо, ну и отчекрыжил, может по пьяни. У трупака – тоже пол пальца нет. Да и другие детали сходятся, так что Лопатин точно».

«А как тогда в ювелирном мог наследить?» – поинтересовался Дока от себя, и от меня тоже.

«В этом вся и заковырка», – Михаил усмехнулся, – «правой кисти Лопатина в скважине не оказалось, и чьи отпечатки пальцев в магазине – под вопросом».

«А следы ботинок в траншее?» – не мог успокоиться Дока.

«Ботинки Лопатина, но получается, что в траншее если он и топтался, то уже трупом. Значит, был кто-то другой». Дальше Владимир внимательно нас с Докой по очереди оглядел, и новость выдал совсем запредельную:

«В черепушке Лопатина две дыры – входное и выходное отверстия от ружейной пули шестнадцатого калибра. Стреляли со спины».

Нифига себе! Получается, что в ювелирном Лопатина кто-то талантливо подставил. И отпечатки в траншее – его ботинок, и отпечатки пальчиков в магазине – его тоже, только оставлены предварительно отрубленной правой кистью, которая в скважине отсутствовала. Жестоким оказался настоящий преступник! Не пожалел человека, с которым знаком был точно!

«Настоящий преступник – у вас в партии», – Михаил не успел договорить, а мы с Докой уже головами кивали, – «Думаю, один из ваших канавщиков, раз про Лопатина многое знал, и даже его ботинками смог воспользоваться, а потом к его же вещам в общаге подбросить. И с кистью…это ж надо додуматься: отрубить, и наследить ею в магазине!»

«А чем мы помочь можем?» – Дока не сдержался предложить наше участие в расследовании. Михаил усмехнулся, отлично понимая его устремления, и повернулся ко мне:

«Все о Лопатине: с кем дружил, с кем выпивал , к кому ходил в гости, кто помогал выходить их запоев. Кто, наконец, чаще других приходил к нему на канавы. Ну и подумать о месте, где могли прострелить голову: возле его канав в поле, в самом поселке, или рядом с ним. Дерзайте, в общем, и мне в случае чего звоните».

«Попробуем», – ответил я, показав неуверенность.

«Сделаем!» – бодро отрапортовал Дока, в некоторой мере неуверенность мою компенсировав. А дальше Михаил нас предупредил:

«Насчет расчлененки в скважине – уже не скроешь, несколько человек к нам подходило, когда из скважины доставали. Так что и вы можете не молчать. Но никому ни слова, что там оказался Лопатин! Говорите, что мужик, а кто – понять невозможно: голова разрублена, лицо расквашено, пальцы правой руки отсутствуют, одежда тоже», – посмотрел на Доку, – «Понимаешь, зачем это?»

«Что б настоящего преступника не спугнуть!» – бодро отрапортовал тот.

«Почти правильно», – отметил Михаил и повернулся ко мне, – А ты как думаешь?»

«Что бы спугнуть в нужный момент, когда вы все дороги и железку перекроете!»

«Вот это полный ответ», – похвалил меня опер, и из машины нас выставил. После чего Дока не замедлил с вопросом ко мне:

«Что завтра будем делать?»

«Ты – что хочешь. А меня с женой в гостях ждут», – и отвернулся в стороны, вроде как что-то там увидел. Дока в удивлении от моей пассивности – место искать надо, где канавщика грохнули, а не по гостям шляться» – замер столбом, на пол минуты, потом наоборот, задергался в ускоренном темпе:

«Тогда я один вокруг скважины побегаю, может, кисть где-то рядом валяется!»

«Побегай. Только с чего бы преступнику – если он Лопатина недалеко от скважины застрелил – ее вначале в ювелирный тащить, а потом к месту убийства возвращать?» – это я говорил, уже вспомнив, что, когда ездили с Игорем Георгиевичем выставлять скважины, недалеко от рудного гнезда вился дымок. Может, костерком не пацаны развлекались, а горела в нем одежда убиенного Ивана Лопатина? А рядом, может, его и на куски разрезали? Тут же принял решение:

«Утром за мной заедешь!» – Дока бросил на меня взгляд победителя. Его взяла!

Поваляться в кровати, по случаю субботы подольше, Андрею не пришлось. Жена разбудила, раньше времени, даже погладить под ночнушкой ей спинку не успел, что уж говорить о более существенном. Спрыгнула с кровати, и на его глазах меняя ночнушку на трусики и халат, затрещала со скоростью пулемета: