Самый лучший папа - Мейв Бинчи

Дез Рэйвен окружил своих новообретенных сводных сестер вниманием и заботой. С Ади он разговорился о проблемах преподавания; Линде признался, что его знакомая пара усыновила мальчика-китайца; о своей жизни в Австралии он рассказывал легко и с юмором.

Клара попросила у Антона совета относительно того, что им лучше заказать.

— У нас есть очень хорошие бифштексы и почки в тесте, — предложил владелец.

— Да, такой выбор сделали бы мужчины, а что прикажете делать остальным? — осведомилась она.

Она обратила внимание, что он выглядит усталым и взвинченным. Должно быть, нелегко управлять рестораном, дела которого идут все хуже и хуже.

— Небольшие элегантные порции бифштекса и почек в тесте? — обаятельно улыбнувшись, предложил он, наконец.

Клара поняла, что жалеть его не стоит. С такой улыбкой он прорвется. Перед ней стоял человек, способный выжить в любых обстоятельствах.

Фрэнк Эннис надел по такому случаю новый костюм. Он с готовностью подливал всем вина и предлагал заказать устриц, чтобы разнообразить меню.

— Я всем рассказываю о своем сыне, — с гордостью сообщил он Дезу.

— Отлично. А о Кларе ты тоже всем рассказываешь? — поинтересовался тот.

— Да, причем с трепетом и уважением, — ответил Фрэнк.

— Отлично, — вмешалась Клара, — потому что она хочет вам сказать, что ее центру требуется дополнительное финансирование, причем немаленькое…

— Об этом и речи быть не может.

— Данные анализа крови поступают к нам из главного корпуса с непозволительной задержкой. Нам нужна собственная лаборатория.

— Я постараюсь ускорить проведение и доставку ваших анализов крови, — пообещал Эннис.

— У тебя есть шесть недель, чтобы мы заметили разницу, иначе мы начнем наступление по всем фронтам, — предостерегла его Клара. — В обычной жизни он потрясающе щедр, — прошептала она Дервле. — И только в больнице проявляется его насквозь прогнившая скаредность.

— Он без ума от тебя, — сказала Дервла. — Сегодня за ужином он уже раз тридцать назвал тебя «моя Клара».

— Что ж, я сохранила свое имя, свою работу, свою клинику и свой дом, так что можно сказать, что я извлекаю из этого максимальную выгоду, — отшутилась Клара.

— Продолжай и дальше в том же духе — играй крутую птичку, потому что ты втрескалась в него так же, как он в тебя. Это драматическое представление забавляет и доставляет удовольствие. Я очень рада за тебя, Клара. Надеюсь, вы будете счастливы вместе.

— Непременно будем.

Клара все тщательно продумала. Минимальные неудобства для обоих. В конце концов, они были состоявшимися взрослыми людьми.

Лиза изрядно удивилась, когда Кевин пригласил ее на ланч.

Она занимала должность младшего специалиста в студии и никак не рассчитывала, что босс выделит ее среди прочих сотрудников. Оказавшись в ресторане «У Квентина», она удивилась еще сильнее, когда он заказал бутылку вина. Кевин обычно пил только водку, и то немного.

Похоже, намечалось нечто серьезное. Она надеялась, что он не собирается увольнять ее. В конце концов, не для того же он пригласил ее на ланч, чтобы указать на дверь?

— Не хмурься, Лиза. У нас будет большой и обстоятельный ланч, — сказал Кевин.

— В чем дело? Не томи душу.

— Собственно, у меня две новости. Антон заплатил тебе? Заплатил вообще что-нибудь?

— Слушай, к чему этот разговор? Я же сказала тебе, что сама виновата во всем. Я уходила туда с открытыми глазами.

— Нет, неправда. Твои глаза застилала слепая, безумная страсть и, надо отдать тебе должное, ты не преисполнилась горечи и злобы, но мне действительно нужно знать правду.

— Нет, он не заплатил ничего, но я была частью его команды, частью мечты. Я работала для нас, а не для него. Во всяком случае, так я думала. Не заставляй повторять все сначала. Я знаю, чем занималась несколько месяцев… но мне от этого не легче.

— Все дело в том, что сегодня он начинает процедуру принудительной ликвидации своего ресторана в связи с банкротством, и я хочу быть уверен в том, что ты предъявишь свои претензии. В конце концов, ты серьезно пострадала от его действий. Ради всего святого, ты работала на него бесплатно. Соответственно, ты являешься его основным кредитором.

— У меня нет ни малейшего желания требовать что-либо от него. Мне жаль, что у него ничего не вышло. И я не собираюсь умножать список его несчастий.

— Это — всего лишь бизнес, Лиза. Он поймет. Людям следует платить за работу. Это произойдет автоматически. Будет произведена оценка его активов и имущества — не знаю, что ему принадлежит, а что находится в аренде или заложено, но людям необходимо заплатить — и тебе в том числе.

— Нет, Кевин. Но все равно, большое спасибо за заботу.

— Ты любишь красиво одеваться, Лиза. И у тебя должен быть великолепный гардероб.

— Я недостаточно хороша для твоей конторы, ты это хочешь сказать?

Она была уязвлена, но попыталась перевести все в шутку.

— Нет, ты слишком хороша. Понимаешь? Я не могу держать тебя у себя. У меня есть приятель в Лондоне. Ему нужна светлая голова. Я рассказал ему о тебе. Он оплатит тебе дорогу. Переночуешь в шикарном отеле. Ты даже не представляешь, какую зарплату он тебе предлагает!

— Ты действительно хочешь избавиться от меня и просто делаешь вид, что это повышение, — убитым голосом заявила она.

— Еще никогда мои мотивы не были столь превратно истолкованы! Я бы предпочел, чтобы ты осталась, и тогда через годик-другой я мог бы повысить тебя в должности, но та должность слишком хороша, чтобы упускать ее. Кроме того, я подумал, что так тебе будет легче.

— Легче?

— Ну, ты же понимаешь, что сейчас начнутся досужие разговоры о ресторане «У Антона». Всякие домыслы, статьи в газетах.

— Да, наверное, ты прав. Бедный Антон.

— О Боже, только не говори мне, что хочешь вернуться к нему.

— Нет, мне не к чему возвращаться. И никогда не было.

— Да ладно тебе, Лиза. Я уверен, что по-своему он любил тебя.

Она покачала головой.

— Но в некотором смысле ты прав. Мне будет неприятно оставаться в Дублине, когда на него набросятся стервятники.

— Ты поедешь на собеседование? — Он был явно доволен.

— Поеду, — решилась Лиза.

Саймон заявил, что пришло время серьезно поговорить о Нью-Джерси. Неожиданное наследство, полученное от Матти, означало, что Мод и Марко могут внести первый взнос за собственный ресторан, а Саймон может приобрести у них долю.

— Я буду скучать по тебе, — сказала Мод.