Письма. Том III (1936) - Николай Константинович Рерих

в Америке не было? Кроме того, имея мою полную доверенность, он мог манипулировать чем угодно и как угодно, но его пресловутое действие в феврале [19]35 года показывает, что он манипулировал со всеми нашими пятью шерами, очевидно, считая их на одинаковом положении. Неужели же такое нелепое голословное заявление может кого-то смущать, мало ли что Леви еще может наболтать — злобно и корыстно. Если принимается во внимание такое голословное вранье, то тем более должны быть приняты во внимание наши формальные аффидевиты и Ваши свидетельские клятвенные показания. Надеемся, что адвокаты при таких нелепых эпизодах проявляют полную находчивость, материала у них достаточно, и неужели вся наша деятельность им ничего не говорит. Получили прекрасное письмо от Клайд — ответим на него. Ведь давно уже, принимая во внимание очень трудное положение, Брат[у] был указан Миллер как звено и адвокат. Среди тьмы много и замечательных знаков. Там, где еще недавно было алое зарево, уже брезжит пурпурово-розовый рассвет. Радуемся сведению от Петти Хилл.

Итак, гоните всякий пессимизм, ибо мудрая осторожность не есть пессимизм. Шлем самые сердечные мысли о единении и здоровье.

Сердцем и духом с Вами,

Н., Е. Р.

117

Н. К. Рерих — М. Лихтману

3 июля 1936 г.[Наггар, Кулу, Пенджаб, Британская Индия]

Родной Ав[ирах], шлю Вам копию нашего письма Клайд, чтобы Вы были в полном курсе всего происходящего. Итак, из письма Вашего и Клайд мы видим, что с ее другом все благополучно. Радуемся этому безмерно, ибо среди нападения тьмы в этом единственное вполне естественное спасение. Теперь подумаем, что можно сделать, чтобы пережить срок до декабря. Ведь что-то такое неотложно должно быть устроено. Видим из Ваших сообщений, Брат уже знает об этом обстоятельстве. Является мысль, нельзя ли через него на деловых основаниях устроить денежный заем до получения в декабре. Если Брат уже в курсе всего дела, то так же точно Вы можете поговорить с ним и посоветоваться, как бы наилучшим деловым способом сейчас выйти из сложившегося трудного положения. Кроме всего прочего, Брат является и нашим почетным советником, и потому совершенно естественно посоветоваться с ним и о таком обстоятельстве, которое сложилось лишь ввиду злостно неестественного положения. Непременно, не откладывая, устройте с Братом все, что возможно по этому поводу, и сообщите нам как можно скорее. Если Вы считаете, что Эвелин могла бы об этом поговорить с Братом, то сделайте как лучше, ибо Вы понимаете всю настоятельную неотложность дела. Когда будете производить обмеры вещей, то имейте в виду, чтобы злоумышленники не узнали об этом и не сделали из этого нечто безобразное и отвратительное, по своему обыкновению. Конечно, сторож не должен знать всего этого, ибо моментально будет донесено. Быть может, в случае нежданной необходимости Вы скажете, что делаете это для монографии-статьи, Вам из заграницы заказанной, — это было бы вполне справедливо, ибо имеются о том запросы. Теперь печатают всю библиографию, касающуюся моего искусства и книг, а также и списки произведений. Вполне понимаем соображение Клайд о том, что сейчас не следует посылать. Пусть опытные люди выяснят, где дело должно оформиться. Мэри посылает Эвелин подарочек — две вещицы. Для Вашего сведения, стоимость их по 250 ам[ериканских] долл[аров]. Сообщите нам, сохранно ли дойдет эта почтовая посылка. Как прекрасно, что Клайд и Дор[ис] так светло горят духом. Хорошо также, [что] и их сотрудница на Вас произвела хорошее впечатление. Вероятно, и другая сотрудница так же полезна, ибо она была упомянута. Как хорошо, что Миллер знает философию!

Посылаем все лучшие мысли о здоровье, о бодрости и о единении. Знаем, что огонь Вашего духа поможет победе. В радости будущего духом и сердцем с Вами.

118

Н. К. Рерих, Е. И. Рерих — З. Г. Лихтман, Ф. Грант, К. Кэмпбелл и М. Лихтману

4–6 июля 1936 г.[Наггар, Кулу, Пенджаб, Британская Индия]

№ 80

Родные Зин[а], Фр[ансис], Амр[ида] и Мор[ис], посылаю Вам мой записной лист «Знак Эры»[418]. Как видите, он тоже может пригодиться в случае нападения на философию. «Знак Эры» можно дать в русскую газету. Совершенно так же, как и «Борьба с невежеством»[419], этот лист еще раз покажет злобным невеждам, что мы широко и дружелюбно открыты всем изысканиям психической энергии. Что бы ни выдумывали злоумышленники, надо отвечать им очень твердо и ясно, показывая, что всякие невежественные против знания выпады будут ярко отражены. Когда имеете дело с такими необыкновенными преступниками, то следует озаботиться защитой всех подступов. Не хочется допускать, что наши адвокаты устремляются лишь в одну точку, упуская из виду, что все обстоятельства дела объединены и из каждого из них могут родиться как полезные, так и неполезные возможности. Как юристы, адвокаты должны быть готовы к любой атаке неприятеля. Иначе, пока дозор на многих пунктах ослабеет, неприятель может ворваться через самые неожиданные ворота. Само по себе не имеет значения письмо Кеттун[ен], посланное Вам с прошлой почтой, но и в этой маленькой подробности заключаются характерные признаки. Как Вы видели, письмо написано 6 июня, на следующий день после пресловутого самозваного заседания, а отправлено письмо было лишь 15 июня, очевидно, дождавшись еще каких-то решений или наветов. Все это показывает, что, как и в случае с Хиссом, где-то ведется большая осведомительная работа, потому еще больше противоположная осведомительная работа совершенно необходима. Постоянно появляются новые знаки к тому, что невозможно и думать о моем скором отъезде отсюда. Кроме всех прочих опасностей, о которых мы уже ранее сообщали, в случае отъезда произойдут немедленные нападения и здесь.

Очень хорошо, что Стокс так глубоко отметил письма Махона. Таким порядком и Стокс поймет, насколько присутствие М[ахона] здесь необходимо. Ведь, по обыкновению, злоумышленники могут начать с малого, а затем броситься решительно на все. До отправки этого письма, наверное, придет Ваша почта, но и без нее мы чувствуем все происходящее напряжение. Всякое доброе оповещение в самом широком размере совершенно необходимо. Со своей стороны мы оповещаем друзей, ибо факт покражи шер ясен каждому ребенку.

Считаю, что Ваша мысль об инкорпорации Р[ериховского] общества (если Вы знаете, что оно не было инкорпорировано) очень хороша. Ведь совершенно необходимо иметь в руках общественное инкорпорированное Учреждение, на которое формально трио не могло бы претендовать. Пока идут длинные судоговорения о всех прочих Учреждениях, следует иметь в руках Учреждение общественное и культурное, которое может быть в полном распоряжении истинных благородных друзей дела. Если кто-нибудь недостаточно понимает необходимость такого Учреждения, то всеми силами