Руби - Вирджиния Клео Эндрюс

Я вскочила, вырвала лист из тетради, уселась за стол и принялась писать. Слезы застилали мне глаза, и приходилось постоянно вытирать их, чтобы не закапать письмо.

Дорогой Пол!

Прошло уже немало времени с тех пор, как я покинула нашу бухту, но каждый день я вспоминаю о тебе. Прежде всего хочу попросить прощения, что уехала, не простившись с тобой. У меня одно-единственное оправдание: я боялась, что прощание окажется для нас слишком болезненным. Уверена, что тягостные открытия, которые нам пришлось пережить, стали для тебя таким же сильным потрясением, как и для меня. Жизнь обошлась с нами несправедливо, но мы не в состоянии что-либо изменить. Все, что нам остается, – покориться воле судьбы.

Наверное, мой внезапный отъезд удивил и расстроил тебя. Поверь, у меня не было другого выбора. Дедушка Джек задумал выдать меня замуж за Бастера Трахау. Ты знаешь, я скорее умерла бы, чем стала женой этого жуткого типа. Но имелись и другие, тайные причины, заставившие меня уехать. Перед смертью бабушки Кэтрин я дала ей обещание – во что бы то ни стало отыскать своего отца и начать новую жизнь.

Мне удалось сдержать слово. Теперь я живу в Новом Орлеане, и нынешняя моя жизнь не имеет ничего общего с прежней. Мой отец богат. Мы живем в роскошном особняке со множеством слуг. Отец искренне обрадовался, узнав, что у него есть еще одна дочь. Он очень добр и заботится обо мне. Узнав, что я хочу стать художницей, он оборудовал для меня прекрасную студию и пригласил профессора из художественного колледжа давать мне уроки. Но в Новом Орлеане я нашла не только отца. У меня есть сестра-двойняшка. Представляю, как ты будешь изумлен, когда прочтешь эти строки!

Мне бы хотелось написать, что все складывается прекрасно и теперь, обретя новую семью, я чувствую себя счастливой. Но это не так.

Жизнь моего отца тоже далеко не безоблачна. В молодости он пережил трагедию, потеряв горячо любимого младшего брата. Это печальное происшествие и прочие испытания, выпавшие на его долю, привели к частым приступам уныния. Прежде я надеялась, что со временем мне удастся помочь ему воспрянуть духом и вернуть утраченную жизнерадостность. Но признаюсь честно, пока особых успехов нет, и сомневаюсь, что когда-нибудь они будут. Откровенно говоря, сейчас мне ужасно хочется вновь оказаться в нашей бухте. Если бы время могло повернуться вспять! Если бы можно было возвратиться в те дни, когда бабушка Кэтрин была жива, а мы с тобой еще не знали, что наша любовь обречена. Увы, возврата к прошлому нет. От судьбы не уйдешь. Бороться с ней не имеет смысла. Даже если мы недовольны своей участью, мы должны с ней смириться.

Прошу, не держи на меня зла и обиды. Если ты вспомнишь обо мне, в церкви или же в другом месте, помолись за меня.

Скучаю по тебе.

Да благословит тебя Бог.

С любовью,

Руби

На следующее утро по пути в школу я опустила письмо в почтовый ящик. Новый школьный день мало чем отличался от предыдущего. Разве что любопытных взглядов стало поменьше, а возбужденный шепот за моей спиной раздавался реже. Можно было надеяться, что вскоре я перестану быть героиней школьных сплетен и пересудов. Как известно, ни один товар не портится так быстро, как новости. Но я понимала: вряд ли можно рассчитывать, что через несколько дней прежние мои друзья будут общаться со мной как ни в чем не бывало. Эхо скандала звучит долго; потребуется немало усилий, чтобы его заглушить. Пока что на меня смотрели как на пустое место.

Всякий раз, когда мы встречались глазами с Бо, на лице его появлялось выражение стыда и сожаления. Полагаю, я сочувствовала ему куда больше, чем он мне. Не желая усугублять неприятное положение, в котором он оказался, я старалась держаться от него подальше. Если бы он открыто встал на мою сторону, многие наши одноклассники поспешили бы сообщить об этом своим родителям. Уже вечером телефон в доме Бо раскалился бы от звонков, и родители задали бы сыну хорошую головомойку.

После занятий я вышла со школьного двора в пол ном одиночестве. Удивлению моему не было предела, когда у кромки тротуара затормозила машина, в которой сидели Мартин и Жизель. Передняя дверь распахнулась.

– Что вам нужно?

– Хочешь поехать с нами? – с видом принцессы, подающей щедрую милостыню, осведомилась Жизель. – Мартин раздобыл отличные косяки. Его родителей сейчас нет дома, так что мы едем к нему хорошенько расслабиться.

Судя по тому, что из машины несло марихуаной, расслабляться они уже начали.

– Нет, спасибо.

– Если ты сейчас откажешься, я больше никогда не буду тебя приглашать, – пригрозила Жизель. – Будешь сидеть дома одна, как болотный сыч.

– Я очень устала. И сегодня нам задали написать сочинение.

– Ох, какая ты зануда! – ухмыльнулась Жизель.

Мартин выпустил колечко сладкого дыма и улыбнулся:

– Помнишь, как ты плакала и смеялась? Неужели не хочется оттянуться снова?

Оба заржали как лошади. Я захлопнула дверцу и пошла прочь. Машина резко сорвалась с места и, завизжав тормозами, свернула за угол.

Дома я сразу поднялась в свою комнату и принялась за сочинение. Примерно через час внизу раздался шум. Я вышла на лестничную площадку и увидела двух полицейских. Потом в холл вбежала Дафна, за ней спешила горничная с пальто в руках. Я спустилась на несколько ступенек вниз и спросила:

– Что случилось?

Дафна повернула голову.

– Твоя сестра! – простонала она. – Они с Мартином попали в аварию. Сейчас оба в больнице. Мы с твоим отцом встретимся там.

– Я с вами! – крикнула я, сбегая по ступенькам.

– Что это была за авария? – спросила я уже в машине.

– Полиция сказала, что Мартин курил… эту гадость… в общем, какой-то наркотик. Он не справился с управлением и врезался в городской автобус.

– Какой кошмар!

Сердце мое сжалось. За всю свою жизнь я была свидетельницей одной-единственной дорожной аварии. Пьяный водитель грузовика врезался в ограждение на набережной, и машина рухнула в воду. Я видела, как из кабины доставали окровавленное тело с безжизненно свесившейся головой.

– Не понимаю, что происходит с молодежью, – бормотала Дафна. – У вас есть все, о чем только можно мечтать! Но вам этого мало, и вы творите всякие сумасбродства! Почему вы такие? – возвысила она голос. – Почему?

Когда у человека есть все, о чем только можно мечтать, ему становится скучно, хотела ответить я, но сдержалась. Ситуация была не самой подходящей для споров. Впрочем, с Дафной не имело смысла спорить в любой ситуации.

– Полицейские сообщили, насколько сильно они пострадали?

– Сильно, – вздохнула Дафна. – Очень сильно.

Отец уже ждал нас в вестибюле больницы. Вид у него был растерянный и несчастный. За несколько часов он, казалось, постарел на несколько лет.