Семь сестер. Сестра тени - Люсинда Райли

– Спасибо, мисс Макникол. Думаю, мы еще увидимся в Лондоне, если на то будет Божья воля. Всего вам доброго, моя дорогая. – С этими словами король поцеловал ей руку, улыбнулся на прощание и удалился.

* * *

Через два дня Флора прибыла в Хай-Уилд. Аурелия встречала ее на крыльце и тут же повела в гостиную, чтобы угостить чашечкой чая с дороги.

– Ну, рассказывай же мне про короля! – немедленно насела она на сестру. – Поверить не могу, что ты с ним встречалась!

– Он в добром здравии, энергичен, как всегда, – ответила Флора, не вдаваясь в подробности.

– Но ты же ведь и раньше с ним встречалась, да? С учетом того, что миссис Кеппел… занимает определенное положение в его жизни.

– О, да! Они очень дружны с Его Величеством.

– Понимаю, миссис Кеппел взяла с тебя слово не болтать лишнего, но…

– Никакого слова она с меня не брала.

– По словам Арабеллы, ее влияние простирается даже на правительство! Представляешь? Ты меня, конечно, Флора, прости, но ты у нас такая невинная душа… Видишь только хорошее, и в людях, и в животных… Но не буду более испытывать твою скромность. Лучше расскажу тебе обо всем, что произошло здесь с момента нашей с тобой последней встречи.

Флора молча слушала влюбленную болтовню сестры об Арчи, о том, как он заботлив и внимателен к ней в ее новом положении. Слушала и ненавидела саму себя за то, какие противоречивые чувства вызывают эти рассказы Аурелии в ее душе.

– Не могу поверить, что у меня скоро появится ребенок. Мне будет чем заняться. Все мечтают о мальчике. А лично я хочу девочку. Впрочем, не важно, кто родится, главное, чтобы был здоровеньким.

– Так Арчи рад, что у вас будет ребенок?

– О, да! Он просто счастлив. От этой новости даже у свекрови улыбка появилась на лице, что бывает с ней крайне редко. Знаешь, я порой удивляюсь, что мама с ней так дружна. – Аурелия слегка понизила голос: – Может, когда-то она была более приятной в общении, кто знает. Наверное, это на нее так подействовала гибель отца Арчи на войне. Но, если честно, она очень угрюмый человек.

– Не могу судить. За все время нашего знакомства она обмолвилась со мной не более чем парой фраз. Но я тебе верю. Бедняжка! Должно быть, не сладко жить с такой особой под одной крышей.

– Но, к счастью, ее сейчас тоже нет дома. Уехала в Лондон. Так что весь дом всецело в нашем распоряжении. У меня для тебя еще одна новость. Приятная! Поскольку мама пока не может приехать ко мне из-за сломанной лодыжки папы, она написала мне, что пару месяцев тому назад умерла мать Сары, и предложила мне написать ей письмо и пригласить к себе на постоянную работу в качестве моей личной камеристки. Чтобы Сара жила со мной постоянно. Она поможет мне и во время беременности, и потом, после рождения ребенка. К великой радости, Сара откликнулась на мое приглашение незамедлительно. Написала, что не желала бы ничего лучшего, чем работать на меня. Так вот, завтра Сара приезжает в Хай-Уилд. С ее появлением в доме я буду чувствовать себя немного увереннее. Как-никак, а хоть один человек точно будет на моей стороне.

– Как замечательно! Но ты же сама только что сказала, что Арчи очень внимателен к тебе. Разве не так?

– О, да! Он очень заботливый. Но только если не уходит с головой в свои книги по ботанике или не торчит в теплице, созерцая какое-нибудь растение. К большому сожалению, он сейчас отсутствует. Тоже отлучился по делам в Лондон. Обещал вернуться на следующей неделе. Боюсь, учитывая, что ты тоже ограничена во времени, ты с ним так и не увидишься. Жаль, конечно.

– Да, жаль, – согласилась с ней Флора, почувствовав одновременно и облегчение, и разочарование от того, что она не увидит Арчи. – Зато ты сейчас принадлежишь только мне и мне одной.

– Знаю, Флора, ты никогда не пылала к нему особыми чувствами. Но, поверь мне, он хороший человек. И так добр ко мне.

– И это главное, моя дорогая.

– Да, ты права. А сейчас, прости меня, Флора. Но мне нужно прилечь.

– Конечно-конечно. Я помогу тебе, доведу до твоей комнаты. Можно? – спросила Флора у сестры, взглянув на ее позеленевшее лицо и решительно беря за локоть, когда та поднялась с дивана.

– Да, пожалуйста. Знаешь, во второй половине дня, ближе к вечеру, мне всегда становится легче.

Флора поднялась наверх вместе с Аурелией. Та позвала служанку и попросила ее принести чай, а Флора между тем принялась расстилать постель. Сняла широченное покрывало с огромной кровати под балдахином, откинула в сторону одеяло, стараясь при этом не думать о том, что она видит перед собой супружеское ложе, на котором спят Аурелия и Арчи.

– Спасибо, – слабым голосом прошептала сестра, когда она помогла ей лечь. – Говорят, эти приступы тошноты скоро должны закончиться. Какое счастье, что ты сейчас рядом со мной.

Флора уселась в кресло рядом с кроватью, наблюдая за тем, как сестра бессильно закрыла глаза и вскоре погрузилась в сон. После чего вышла на цыпочках из комнаты и направилась к себе, чтобы немного освежиться с дороги. Но не выдержала, подошла к окну и невольно залюбовалась садом, раскинувшимся внизу. Он буквально утопал в лучах солнца. В общем-то Флора была в курсе того, что беременные женщины тяжело переносят первые два или три месяца своей беременности, но у Аурелии срок уже гораздо больше, почти четыре месяца. Дай-то бог, чтобы у сестры все было хорошо.

На следующий день обрадовало появление в доме пышнотелой Сары. Сама она, раскрасневшаяся и взволнованная, все еще находилась под впечатлением от своего долгого путешествия из Эствейта сюда, на новое место. К тому же она была безмерно рада увидеть обеих сестер, которых вынянчила с пеленок.

– Мама написала, что постарается к родам приехать ко мне, но Сара – это для меня настоящий подарок судьбы, – сказала Аурелия Флоре, когда они уселись ужинать. – И она так довольна, получив новую униформу камеристки, хотя ее придется изрядно переделывать и расширять по объему. Надеюсь, другие слуги будут обращаться с ней доброжелательно, не станут ее третировать. Они ведь здесь считают всех, кто с Севера, включая и меня, людьми второго сорта. – Аурелия негромко рассмеялась, но смех получился не очень веселым.

– Не говори глупости, Аурелия! Ты себя просто накручиваешь, дорогая моя.

– Уверяю тебя, что нет. Даже мой собственный муж время от времени говорит мне, что я веду себя словно мышка-норушка. Повторяет, что я не должна позволять слугам или свекрови командовать собой. Наверное, я просто не создана для того, чтобы быть хозяйкой такого огромного дома.

– Можно быть милой и обходительной женщиной, но это вовсе не значит, что тобой можно помыкать или не оказывать тебе должных знаков уважения. Просто сейчас, в твоем состоянии, ты, по-моему, излишне драматизируешь все эти мелочи.

– Повторяю же тебе еще раз. Ничего я не драматизирую. Знаешь, странно получается… Ты уж прости меня за откровенность, но у нас в Эствейт-Холл ты была словно тень. Не слышно тебя было и не видно… А в этом доме такой тенью стала я сама. Как же все изменилось за минувший год.