Лейла, снег и Людмила - Кафа аль-Зооби

Если бы время двинулось назад, он бы снова упустил шанс. Он понимал это, несмотря на душившие его слезы. Да, несомненно. Потому что Лейла не была и не станет его собственностью, – она отдалась другим.

А Андрея это никогда не волновало и не будет волновать. Поэтому он получит Лейлу. Андрей добился ее, а удел Рашида – страдание до последних дней жизни.

«Как? – спрашивал он себя, словно утопающий. – Как мне спастись?»

* * *

В Петербург он приехал ночью. И, словно путник в пустыне, мучимый жаждой и следующий за миражом, отправился к Лейле. Ее не было дома. Он прождал ее два часа и ушел в полночь, покачиваясь, измученный горечью, отчаянием и усталостью.

На второй день он приехал к восьми вечера к спортивному центру, где она работала. Увидев ее выходящей из здания, вышел из машины. Лейла остановилась, застигнутая врасплох, не имея ни малейшей возможности к побегу. Он настоял на том, чтобы довезти ее до дома. По пути она не проронила ни слова. Молчал и он. Когда подъехали к дому, Рашид тоже вышел из машины. Лейла остановилась:

– Извини, но я устала и не могу пригласить тебя к себе.

Но он, будто не слыша ее, пошел впереди и остановился у подъезда. Она прошла внутрь, и он последовал за ней в лифт.

– Ты должна выслушать меня, – сказал он.

Лейла пыталась по мере возможности отсрочить разговор: долго находилась в ванной, затем прошла на кухню, где так же долго готовила чай. Рашид сидел в комнате, выкуривая сигарету за сигаретой. Июньское солнце, не покидающее небосвод Петербурга дольше, чем на два часа в сутки, проникало меж оконных занавесок и обволакивало Рашида столбом света, наполненным дымом.

– Садись и не вставай, – приказал он.

Лейла поставила поднос на стол и села напротив. Рашида окружал густой дым, который смешивался со светом, и казалось, будто это дымится бушевавший внутри него огонь.

– Я сегодня был в Москве. – Она покачала головой и не ответила. – Встречался с Андреем. Я должен был поговорить с ним. Не беспокойся, ничего страшного между нами не произошло, – сказал он, хотя Лейла не выказала ни удивления, ни беспокойства, а слушала холодно, словно ей было все равно. Ему же стоило больших усилий сохранять хладнокровие. – Я попытался объяснить ему важные детали, которых он не понимает, но которые, очевидно, понимаешь ты, но не придаешь им значения, о чем, думаю, будешь сожалеть в дальнейшем. Я пытался воззвать к его уму и напомнить, что его любовь к тебе может в будущем пройти, и что тогда станется с тобой? Ты останешься одна в чужой стране, твои родные, как я полагаю, не согласятся на этот брак, и если ты пойдешь против их воли, они тебя не простят. Андрей сейчас не думает об этом и тем самым совершает против тебя преступление. Но он не понял меня, потому что рассуждает, как эгоист. Поэтому я настаиваю на разговоре с тобой, настаиваю, чтобы ты выслушала меня. Лейла, я хорошо знаю Андрея, – намного лучше, чем знаешь его ты. Я пять лет жил с ним в одной комнате. За все эти годы ни одна из его многочисленных любовных историй не длилась больше нескольких месяцев. Все быстро надоедали ему. И он говорил «прощай». Возможно, это «прощай» не представляет большой трагедии для местных девушек, но для тебя это жизненно важно. Ты это понимаешь? Ты думала об этом? Я много думал. Потому что люблю тебя и беспокоюсь о тебе. Потому что не хочу, чтобы ты раскаивалась. Андрей не будет верен тебе до конца жизни, я уверен. Вероятно, его любовь проживет два года, три или даже десять лет, но в итоге ты ему надоешь, он бросит тебя, и ты останешься одна. И тогда раскаяние не поможет тебе ничем. Ты сейчас должна обо всем подумать, потому что упущенный однажды шанс не повторяется.

Она слушала его спокойно и, когда он закончил, молчала по-прежнему.

– Почему ты ничего не отвечаешь? – спросил Рашид с недоумением.

– Если я правильно понимаю, ты меня простил?

– Да. Да, Лейла! – произнес он с волнением. – Я простил, потому что люблю тебя – честно и искренно, на всю жизнь. Пожалуйста, поверь мне!

– А если бы не появился Андрей, разве ты простил бы меня с такой легкостью?

– Да. Поверь мне, – вновь ответил он взволнованно, нисколько не сомневаясь в искренности своих слов, поскольку в тот момент был действительно искренен.

– Сомневаюсь.

– Не сомневайся, Лейла! Клянусь тебе, я честен перед тобой. Клянусь, я забуду все, и обещаю, что никогда больше не коснусь этой темы. Ты не услышишь от меня ни слова по этому поводу, и если хочешь, мы поженимся сразу, завтра утром!

– А мои родные? – с усмешкой и недоверчиво спросила она. – С тобой мне позволено пренебречь их мнением?

– Я просто… – он запнулся. – Я уверен, они не откажут, и я могу позвонить твоему отцу сегодня же и попросить твоей руки.

Она молчала, глядя на него отсутствующим взглядом. Он поднялся и, встав рядом с ней, спросил голосом, полным решимости и надежды:

– Что скажешь, Лейла?

– Скажу: забудем об этом, – ответила она все с тем же отсутствующим выражением глаз.

– Что?! – в голосе его слышались боль и разочарование.

– Что слышал, Рашид.

– Почему?! Из-за него?! Я думал, мои слова дошли до тебя, и ты поняла, что с Андреем пускаешься в авантюру, которая тебе дорого обойдется!

– Нет, не из-за Андрея. Даже если бы я его не встретила, и ты пришел бы ко мне с прощением и засыпал обещаниями, – хотя я сомневаюсь, что такое могло произойти, не появись Андрей, – я все равно не согласилась бы. Наверное, ты помнишь, что таков был мой ответ и до появления Андрея. Еще до твоего отъезда я предложила остаться друзьями.

– Но перед этим ты сказала, что если мы попытаемся понять друг друга, то у нас может получиться. Ты сама сказала это, Лейла!

– Я ошибалась.

– Нет! Ты не ошибалась. Ты была абсолютно права. Я много думал об этом и вот теперь пытаюсь понять тебя.

«Пытаешься? – повторила про себя Лейла. – Не ты ли заявлял недавно, что простил меня, и обещал никогда больше не касаться этой темы?» И хотя она не произнесла вопросы вслух, уверенная в их бесполезности, Рашид прочитал их в ее удивленных глазах.

– Я имею в виду – попытался, и у меня получилось. Меня больше ничего не волнует. И никто. Когда я был далеко от тебя, я понял, что мы должны быть вместе. Понял, что не могу жить без тебя.

– Тебе только кажется так. Ты можешь жить без меня, как жил раньше. Давай закончим разговор. Я очень устала и хочу спать. Пожалуйста, иди домой.

Рашид отошел к окну и повернулся к ней спиной. Несколько минут стоял там, окутанный столбом света и дыма. Затем взял пачку сигарет, засунул ее в карман и произнес:

– Хорошо, я уйду. Отдохни. Но, надеюсь, мы продолжим разговор завтра.

– Мне очень жаль, Рашид, но я вынуждена сказать, что мой ответ не изменится, – ни завтра, ни послезавтра.