Ангел за правым плечом - Дмитрий Лекух

– Слушай, Илюх, – морщусь, – давно тебя спросить хотел, а ты что, исключительно этот сорт сигарет куришь? Нравятся?

– Да нет, – смущается, – не очень. Просто дешевые они, а мы с мамой вдвоем живем, непросто это по деньгам получается, понимаешь…

– Ну так поговорил бы с парнями, – злюсь. – Да хоть с тем же Мажором! Или еще с кем. Помогли бы с работой нормальной, не один ты такой в бригаде, другие-то обращаются. Мне тоже, кстати, Али с Гарри в свое время жизнь устраивали, ничего тут особо сверхъестественного нет и быть не может, просто по определению. И матери бы помог заодно…

– Да не получается у меня, понимаешь, – смущается еще больше, – у меня курс последний, дипломный. А в Бауманском нагрузки такие, что я после занятий вообще думать не могу, только кулаками махать. Особенно у нас, на информатике и системах управления. Крыша едет. Самому, блин, знаешь, как неудобно?! Ничего, последний год остался, потерплю…

Я аж икаю и, естественно, затыкаюсь.

Бауманский?

Информатика и системы управления?!

Представляю.

У меня б вообще мозги давно на хрен завернулись…

Ну и кто, спрашивается, после всего этого из нас мудак?!

Мне стыдно.

– Извини, – бурчу, – не знал…

– Да ничего, – жмет своими саженными плечищами, – не ты первый спрашиваешь.

К счастью, именно в этот момент мы свернули с Третьего кольца на Звенигородку, и нужно было потихоньку начинать сосредотачивать мозг на предстоящих событиях.

Иначе б точно со стыда сгорел на фиг.

Совсем уже нюх потерял от собственной крутости, придурок.

Даже тех, кто рядом по жизни движется, разглядывать перестал.

Стыдно, блин, ой как стыдно…

Надо что-то в этой жизни менять, видимо, а то скоро совсем в животное превращусь.

Навидался ведь таких «перевертышей», даже на своем не таком уж и длинном веку.

Причем, сколько раз сам, глядя на эту трансформацию, себе зарок давал не становиться таким, как эти, а – все одно туда же.

А ведь дорога в тысячу ли начинается с одного маленького шага, правы китайцы.

Причем – куда бы эта дорога ни вела.

В том числе – и в дерьмо…

Надо будет как-нибудь на досуге к себе повнимательней присмотреться, а то симптомчик-то ой какой неприятный…

У Али ведь тоже все вот с такой вот херни, мне так помнится, начиналось.

И где теперь прежний Али?

Гкхм…

Вопрос, что называется, – риторический.

…Я увидел скопление мигалок, сбросил газ, очистил, по мере возможности, мозг от рефлексии и начал внимательно всматриваться в сторону обочины, выглядывая высокую, чуть сутуловатую фигуру Мажора.

Ага.

Вот он стоит.

Руками размахивает.

Я аккуратно припарковался чуть подальше от места аварии, вышел из тачки и, не торопясь, двинулся в его сторону.

Сейчас главное – спокойствие и собранность.

Все остальное, по идее, должно приложиться.

Не я один над этой темой работаю.

…Гарри общался с каким-то неприметным мужичком в коричневом гражданском костюмчике со сдвинутым в сторону галстуком. От мужчинки, несмотря на всю внешнюю неуклюжесть, разобранность и неприметность, за версту несло опытным, битым, матерым и опасным ментярой.

Разговаривали вроде вполне доброжелательно, но тут все звиздец как обманчиво может случиться, уж я-то знаю.

Такие, как этот неприметный мент, – умеют мягко стелить, ох умеют, сцуки…

Хотя и Мажор тоже в общем-то не мальчик.

Только в «топах» уже, почитай, почти что пятилетку ходит, а это даром пока что никому не давалось.

Но лучше – все равно быть как можно осторожнее.

…Гарри наконец-то заметил меня и еле заметным кивком пригласил присоединяться к разговору.

Я подошел.

Илюха со вторым молодым устроились метрах в пятидесяти от нас, неподалеку от безучастно сидящей на бордюре Инги.

Настороженные, ощеренные и никого близко не подпускающие.

Все правильно, думаю.

Молодцы парни.

Точнее, – Мажор молодец, наверняка его команду выполняют.

Гарри пожал мне руку, протянул сигареты и представил мужичку в коричневом:

– Это Дэн, от Глеба.

Мы пожали друг другу руки, мужчинка кивнул и заулыбался.

– Олег, – представляется. – Следователь. Пойдем-ка покурим…

Ладонь у него оказалась маленькой, теплой, как будто выточенной из очень твердой породы дерева.

Да и осторожность пожатия вызывала определенное уважение.

Этот мент не просто реально знает свою силу, но и очень хорошо умеет ею пользоваться.

Я уважительно поднес дрожащий на ветру огонек зажигалки к его давно уже зажатой в уголке рта дешевой обмусоленной сигарете.

Он, кажется, оценил.

А вот взгляд мне его – ну совершенно не понравился.

Ледяной, острый, цепкий.

Такой обыкновенно бывает у «правильных ментов».

У тех, с кем фактически невозможно ни о чем договориться, если они в свои личные понятия по каким-то только им самим ведомым причинам неожиданно упираются.

Это – плохо, думаю.

Очень плохо.

Ну да ладно.

Нужно сначала человека послушать, а потом уже выводы делать.

А то, как всегда, несусь со своим «пониманием жизни» впереди паровоза…

Может, все еще совсем по-другому обернется.

И вправду…

– Значит, так, – говорит, – Дэн. Сразу точки над «и»: я играю на вашей стороне, меня об этом очень хорошо попросили. Попросили люди, которым я серьезно обязан по жизни, а ни разу никакое не начальство. Это чтоб ты четко понимал, что я здесь работаю не из-за денег, а потому что так надо. А то вижу, как трепыхаешься. Перезванивать Глебу должен был именно я, но делать это пока еще рано, а может быть, и совсем не придется. Потому что, если говорить совсем уж по жизни – девчонка в случившемся совершенно ни разу не виновата. Но! Если мы с тобой не сделаем все правильно, так, как надо, – то в тюрьму пойдет именно она. Все понятно?

Я киваю.

– Время, – спрашиваю, – у нас есть?

– Старший, – жмет плечами, – здесь я. Так что – располагайся…

Я киваю.

– Мне бы, – говорю, – только две вещи понять: что здесь реально произошло и что мне конкретно делать нужно? Ну, и с Ингой переговорить, естественно. Успокоить ее чуть-чуть, то-се. В остальном – я полностью в твоем распоряжении…