Справочник по уходу и возвращению - Марта Кетро

Не люблю, когда обижают девочек. Я не имею в виду взрослых теток, вплетающих в седины бантик с целью подчеркнуть свою вечную мумифицированную девочковость. Речь о действительно юных – все эти восемнадцати-двадцатилетние, необстрелянные воробышки, круглощекие пионы. Мир спрашивает с них по взрослому счету, и они уверены в собственной крутости, но ранимы, как голые хохлатые собачки, – нет крепкой шкуры, нет мозолей, нет пробега. И вот, когда я вижу, как вся эта нежность огребает по-взрослому, хочется взять бейсбольную биту и раздать обоим: и обидчику, и жертве – добить уж заодно, чтоб не мучилась. Не лезу по двум причинам: от строгого воспитания и потому что со стороны не всегда можно отличить чужое горе от чужого счастья.

Сегодня в метро наблюдала. Она, бедная, нарядилась: волосы завила горячими щипцами, туфельки надела, костюмчик красный (юбочка, маечка, кофточка). А он в мятой рубашке навыпуск – «не жарко тебе в этой хрени?». Но это ладно, а разговоры… Он ей пятнадцать минут рассказывал про сайты с машинками и великами, про компьютеры важное вещал (и даже мне было ясно, как мало он сам в них понимает), а она только потуплялась и юбочку одергивала. И вот я гневно думаю: «Если девушка тебе дала, это не значит, что ее не нужно развлекать! А ты, горе луковое, чего мучаешься? Я отсюда вижу, что эта штука у него не того размера, за который стоит цепляться». И тут девушка поднимает лапку и отвратительным бабушкиным жестом поправляет мальчику короткую челку. Раз, другой, третий зализывает прядь, а он терпит. Только через полминуты отводит ее руку, но сигнал понимает, переключается и говорит понятное – про свою беременную аквариумную рыбку. Девушка выдыхает, начинает улыбаться, в глаза смотреть. Такое уж их нехитрое счастье, полная взаимность и равновесие.

Или недавно с одной девочкой познакомилась. Ласковая, доброжелательная, пугливая, прозрачная. Часто прикасается к собеседнику, не от сексуальности особой, просто льнет, как маленькая непоглаженная зверюшка. Замужем за самодовольным типом раза в два старше, который наделал ей детей, а теперь воспитывает – ее. Она робеет, лишний раз вопрос боится ему задать, тянется на мысочках – конечно, такой взрослый и умный. И он, видать, сильно распоясался – и кто бы устоял, потому что нет ничего слаще власти над любящим существом. Когда видишь, как от простого твоего слова другой человек меняется в лице, башню-то сносит.

И я рассказываю о них подруге – обижает девочку, паразит, – а она утешает:

– Не переживай, она же вырастет. Лет через десять – пятнадцать она станет взрослой, красивой и свободной женщиной и бросит его, дурака.

И я думаю – да-да-да, отольются кошке мышкины слезки и мелкое сварливое тиранство, девочка окрепнет, сначала будет стервой, потом шелуха отпадет и выйдет просто сильный человек.

Но сейчас ее жалко.

Впрочем, мальчиков жаль не меньше. На улице обогнала бабушку с внуком лет пяти, но притормозила, потому что услышала:

– Ты тРус! Ты жалкий тРус, – вот так, с нажимом, – подлый трус! Не мужик!

Мне, конечно, интересно стало, в чем эта яростно осуждаемая трусость выразилась – у пятилетки-то.

– Мне страаашно, – хнычет потихоньку.

– Надо тебя в военное училище отдать, чтоб пороли по заднице, трусость выбили и мужика из тебя сделали.

В ходе дальнейшего подслушивания выяснилось, что мальчик боится сходить с эскалатора.

Да идите к черту, дама, – если человек способен признаться, что ему страшно (да еще такой грозной бодливой корове, как вы), он достаточно смелый. И не надо проецировать ваши личные эротические мечты на ребенка, порка с участием крепких военных не поможет, просто спуститесь с ним вечерком, когда народу мало, в метро и прокатитесь на эскалаторе разок-другой.

Но я, конечно же, не лезу в воспитательный процесс, просто думаю.

Взрослый, ребенок – неважно, главное, власть над материалом, возможность лепить, воспитывать, мучить. Да, мучить. Чужие эмоции соблазнительно близко, так легко причинять боль, вызывать слезы. Когда-нибудь он освободится и всем покажет, но пока до чего просто, до чего же сладко пушить хвост и обижать тех, кто нежнее…