Что создано под Луной? - Николай Удальцов

– Когда как…

– Чего испугался корчмарь? – спросил Крайста Риоль.

Он уже понял, что вопросы – это все.

Ответы – это все, тоже.

– Остальные испугались не меньше. Просто некоторые из них были пьяны.

– А пьяные ничего не боятся?

– Они боятся. Только потом.

– Так чего же они все бояться?

– Князя.

– Почему?

– Их так с детства учили – бояться князя.

– Больше чем Бога?

– Небояться Бога они учились потом, когда росли.

– Почему?

– Потому, что князь – это для них ежедневный и князь и Бог.

– Не понимаю: как можно быть Богом, не будучи им?

Искариот, что-то шептавший двум девушкам, при этом, довольно ехидно улыбаясь, казалось, не слушал их разговора, но после последних слов Крайста, обернулся и тихо проговорил: «Для забитых, суеверных, неграмотных людей, Богом может быть кто угодно…»

– Скажи, Крайст, суеверия – тоже от дьявола? – спросил Риоль, задумавшись, словно еще не задавая вопроса, а только подходя к нему.

– Суеверия от страха и глупости, и это, конечно, зло, – ответил Крайст, но потом, вздохнув, добавил:

– Только что это была бы за человеческая цивилизация, если б не было суеверий…

– Почему люди боятся Бога больше, чем Дьявола? – это и был главный вопрос, который в этот момент хотел задать Риоль Крайсту, но Крайст ответил не задумываясь, как будто, отвечать на этот вопрос ему приходилось уже не раз:

– Но ведь люди рассчитывают на помощь именно Бога, а не Дьявола. – Для того, чтобы рассчитывать на помощь Бога, нужно для начала найти с Ним общий язык…

– Но ведь Бог помогает людям? – проговорил Риоль, но в его голосе не было уверенности. Крайст заметил это и, покачав головой, улыбнулся: – Только в том случае, если цели Бога и цели людей совпадают…

– И все-таки, много лет, надежда на Бога – была единственной надеждой людей.

– Надежда на бога – это только прикладная часть веры, Риоль.

Ошибка людей заключается в том, что они просят у Бога невозможное.

– Но разве для Бога есть что-нибудь невозможное?

– Что же может ограничить область дел Бога?

– Область дел Дьявола.

– Почему?

– Но, в конце концов, для защиты людей от дьявольских несправедливостей, Бог создал адвоката. После этого, по крайней мере, в оценке людских поступков, дьявол оказался бессильным? – услышав эти слова Риоля, Крайст откровенно рассмеялся: – Нет. Дьявол просто создал второго адвоката…

– Скажи, Крайст, в древние времена историю было делать легче и интересней? – Нет. Просто это обходилось дешевле…

* * *

– Кстати, мы так и не пообедали, – конкретизировала девушка, нарисованная акварелью, поправляя свои белокурые волосы и делая вид, что не замечает того, что мужчины любуются ей.

– Да, а если учесть, что мы и не позавтракали, то проблема удваивается.

Голод – не теща, из дома не выгонишь.

Только теперь уж харчевню выберу я, – сказал Искариот. Крайст посмотрел на него с сомнением, но согласился:

– Посмотрим, что у тебя получится.

– Доверьтесь моей интуиции.

– Доверяя интуиции, не стоит забывать того, что интуиция – это результат эволюции непонимания…

Искариот осмотрелся и исчез в кустах, сквозь которые несколько тропинок вели к асфальту шоссе, находившегося сразу за не высокими деревьями, над которыми возвышались мачты ЛЭП.

По одной из этих тропинок Крайст, Риоль и девушки вышли на дорогу, покрытую свежей разметкой из непрерывных и прерывистых линий.

Шоссе было таким прямым, что стометровые столбики в белую и красную полоску виднелись на несколько километров вперед, и лишь где-то у горизонта, сведенный в одну тоску асфальт делал поворот у темневшей группы деревьев.

Вдоль гравийной насыпи, как раз с той стороны, откуда они вышли на дорогу, стояли фонарные столбы, обвешанные шарообразными плафонами гелиевых ламп.

Было светло, но лампы почему-то горели.

И от этого, дорожные знаки, прикрепленные к столбам, слегка фосфоресцировали.

Риоль, почти автоматически, подчиняясь старой привычке опытного астролетчика, одним взглядом оценивать показания приборов на панелях управления и замечать все аномалии от ожидаемого, отметил, что среди знаков: «Только прямо», «Ограничение скорости 90», «Осторожно. Возможен выход животных на дорогу» и даже надписи «Самовольная порубка леса запрещена!», – указателя «Пункт питания» не было.

Не смотря на то, что шоссе было совершенно пустым, оно выглядело таким ухоженным и эксплуатируемым, что не вызывало сомнения в том, что машины ездят по нему часто. К тому же, в нескольких сотнях метров от того места, где стояли Риоль, Крайст и девушки, виднелась автобусная остановка, украшенная полуметровой красной буквой «А» на белом фоне.

– Ты когда-нибудь ездила на автобусе? – спросил Риоль девушку нарисованную углем.

– Нет, но однажды мимо дома, в котором я жила, шестерка лошадей тащила осадную катапульту. Так, что того, что большой телеги я не испугаюсь.

– Тогда все нормально. Только лошадей в той телеге, на которой мы, наверное, поедем, будет штук пятьдесят. Не меньше.

– Если лошадей больше трех, это уже не имеет значения – без конюха, знающего, как с ними обращать, все равно не обойтись.

В этот момент, у них за спиной раздался звук клаксона, и оглянувшийся Риоль увидел автомобиль, за рулем которого сидел Искариот.

– Ты где взял машину?

– Как, где – в пункте проката.

– И не было проблем?

– Нет. Не считая того, что мои права оказались старого образца.

– А почему же ты не получил новые права? – усмехнулся Риоль.

– Не успел.

– Ладно, хватит разговаривать. Садитесь, и поедем, – Искариот широким жестом мелкого собственника распахнул двери машины.

– Куда?

– Обедать.

– Где же ты собираешься нас накормить на пустой дороге?

– Если есть дорога – значит, есть и «Макдональдс».

Только у меня зреет ощущение, что наши неприятности еще не закончились.