Страсти Христовы - Илья Стогов

Пилат согласился принять дело к рассмотрению. По его приказу воины увели Иисуса во внутренний двор.

Толпа обвинителей осталась стоять у входа в резиденцию Пилата. Строгие ритуальные предписания гласили, что тот, кто входил в дом язычника (а римляне для иудеев были однозначными язычниками), считался потом ритуально нечистым и отмечать священный праздник Пасхи не мог.

Предварительным следствием у римлян ведали чиновники в должности квесторов. Однако наместники Иудеи были настолько второразрядными правителями, что собственного квестора у Пилата не было. За рассмотрение дела он берется сам.

Пилат вернулся во дворец и позвал Иисуса.

— Ты «еврейский царь»? — спросил он.

— Ты сам это решил или тебе рассказали обо Мне другие? — спросил Иисус.

— Я что — еврей? — возразил Пилат. — Это Твои соотечественники и старшие священники выдали мне Тебя. Что Ты такого сделал?

— Царство Мое не из этого мира, — сказал Иисус. — Если бы царство Мое было из этого мира, Мои подданные стали бы сражаться, чтобы Меня не выдали еврейским властям. Нет, царство Мое не отсюда.

— Так, значит, Ты все-таки царь? — спросил Его тогда Пилат.

— Это ты говоришь, что Я царь, — ответил Иисус. — Я для того родился и для того пришел в мир, чтобы быть свидетелем истины. И кто принадлежит истине, слушает голос Мой.

— А что такое истина? — спросил Его Пилат. И с этими словами он снова вышел к ним.

— Я нахожу, что этот человек ни в чем не виновен, — сказал он им. — У вас есть обычай: я отпускаю вам на Пасху одного заключенного. Хотите, отпущу «еврейского царя»?

— Не Его! Бар-аббу! — закричали они в ответ. Этот Бар-абба был мятежник.

Тогда Пилат велел Иисуса бичевать.