Бабочка на ладони - Катажина Грохоля

Сегодня у него выходной.

Он может забыть обо всем, что связано с болью, муками, долгом, однообразными манипуляциями, повторяющимися по многу раз изо дня в день, чуть ли не ежеминутно, бывает, даже Розе некогда позвонить.

Пятница снимает с него все обязанности.

Какая радость!

* * *

Никто ее не предупредил, что такое может произойти. Она сидела в ванне, намочила волосы, нанесла шампунь, потом погрузилась с головой, только груди торчали, и немножко полежала. Она любила нежиться под водой, слушать таинственные звуки ниоткуда, глухое неземное эхо, колеблющее трубы, в такие секунды она была сразу рыбой и дельфином, чей слух воспринимает частоты, недоступные для людей. Вынырнув, она набирала в грудь побольше воздуха и вновь скрывалась под водой либо погружала только уши и вслушивалась в подводную симфонию, постукивала по дну ванны ногтями, на мгновение затыкала пяткой слив, — сама себе оркестр и композитор. Но вот она подняла голову — надо было нанести питательную маску, — включила душ и смыла шампунь. Так было написано в инструкции: нанести тонким слоем на тщательно промытые волосы. И тут ее пронизало ощущение, что к шее и груди что-то прилипло. Глаза у нее были закрыты, остатки шампуня стекали по лбу и щекам, она только провела рукой по животу и содрогнулась от омерзения — все тело было облеплено какой-то гадостью, неизвестно откуда взявшейся скверной.

Она разжмурилась — и не поверила своим глазам.

Это были ее волосы, вода смыла их с головы, будто им не на чем было держаться. Никто ее не предупредил.

* * *

Бася пришла к Розе раньше всех. Ей хотелось покалякать с Розой с глазу на глаз. Кое о чем при всех говорить не след.

Бледная Бася сидела на диване и грела руки о кружку с дымящимся чаем. Роза обнимала ее за плечи.

— Ты звонила Петру?

— Да, сказала, что задержусь на работе и сразу приеду к тебе.

— Может быть, ты просто делаешь из мухи слона?

— Роза, я ведь не идиотка! Говорю тебе, у него кто-то есть… Я это чувствую… просто чувствую… Раньше все было по-другому… Мы даже… — Бася проглотила слюну, до того нелегко давалось ей столь смелое признание, — редко стали спать друг с другом, вот! Он уходит из дома и не говорит, когда вернется. А если я его спрашиваю, отделывается пустыми фразами. — Теперь слова хлынули потоком. — Я не могу так жить, он ни о чем меня не спрашивает, мы не разговариваем, его постоянно нет, а если он дома, то его как бы все равно нет, сидит и пялится в свой дурацкий компьютер, а сегодня…

— А я тебя спрашиваю, — Роза привстала и долила себе чаю, — не даешь ли ты волю фантазии? Это точно была машина Петра? Или только похожая?

— Дело не в машине, а в женщине, понимаешь?

— Так спроси его по-человечески.

— Если между ним и этой сучкой что-то есть, он просто отопрется.

— А если он скажет, что подвозил знакомую по работе, ты ведь не поверишь. Что в лоб, что по лбу.

— Знакомую по работе? Которую я не знаю? И что он делал в Матечном, если у него фотосессия в Новой Хуте?

Бася вытерла глаза. Роза с облегчением вздохнула. Будучи прагматиком, она не понимала, как себя вести, когда кто-то плачется тебе в жилетку.

— Пусть он тебе все объяснит. А то ты напридумываешь небывальщины. Баська, на холодную голову все это тебе самой покажется чепухой.

— Ты так считаешь? — Бася с надеждой посмотрела на подругу. — Что я все выдумала?

— Ну наверное, не все. Но у тебя талант сочинять продолжение к каждому событию. Сочинишь — и сама веришь. Просто спроси его насчет той женщины, и все. Только заранее настройся, что он скажет тебе правду. Какой бы горькой она ни была. Баська, ревность в состоянии разрушить любые отношения.

— Я дурочка, да? — Баська шмыгнула носом и улыбнулась Розе.

Какое счастье, что ее окружают доброжелательные люди и ей есть с кем поделиться своими горестями! Разумеется, она спросит, что он делал в Матечном с этой расфуфыренной рыжей девицей, может, это все случайность. Главное — не врать друг другу.

— Розочка, давай откроем вино, вот поговорила с тобой, и мне так хорошо!

Бася и Роза улыбаются друг другу. Роза ловко вкручивает штопор в пробку и разливает вино по двум из семи подготовленных бокалов, все уже в порядке, и Бася не одна на всем белом свете со своими подозрениями, напряжение ослабло, и Роза ей улыбается, не станет она Петра ни о чем спрашивать, еще подумает, что она за ним следит, нет, она просто примет к сведению, что все хорошо. Бася залпом выпивает вино, и на душе делается радостно. Какие у нее замечательные друзья!

На какое-то время Бася забывает о том, что больше не верит в случайности.

* * *

В пятницу никому ни от кого ничего не нужно. Можно расслабиться.

* * *

Кшиштоф изо всех сил крутил педали. По спине у него стекали тоненькие струйки пота, но его это ничуть не смущало.

— Давай, давай, старик! — Роман сосредоточенно смотрел на спидометр. — Ты уже на Рыцарской улице.

— Закурить бы, — простонал Кшиштоф и наддал. Прибор показал сорок шесть километров в час.

— На Рыцарской одна лавочка работает допоздна, — сообщила Буба, — притормози и купи трубку.

— Пульс — сто пятьдесят, — объявил Себастьян и глотнул пива.

— В нашем возрасте такие подвиги противопоказаны, — простонала Бася.

— Какие еще подвиги? — Петр стоял у Романа за спиной и с интересом наблюдал за состязанием наперегонки со временем.

— Ну как же? Домчаться отсюда до Рыцарской. В марте.

— Да еще и ночью, — добавила Роза.

— И уж особенно на велотренажере, — заключила Буба. — Вы — психически больные.

— Знаешь что, Буба? — Кшиштоф сполз с тренажера и вытер пот со лба. Сердце стучало как бешеное, но прилив энергии был налицо. Может, это не так уж и глупо, потренироваться время от времени. — Ты мне напоминаешь Idolomantis diabolica.

— Какую-какую дьяволицу?

— Вредную, — промычал Петр и смолк под укоризненным взглядом Баси.

— Семейство Empusidae. Живет в Африке. Очень хорошо маскируется среди листьев, поскольку цветом и формой тела напоминает цветок.

— Кшисек, ты уж точно хватил лишнего, если я в твоих глазах похожа на цветок, — фыркнула Буба и убрала ноги со столика.

— На цветок охотно садятся бабочки…

— Ну, тебе до бабочки далеко…

— И цветок их съедает. Idolomantis diabolica — один из видов богомола.

— Один — ноль в пользу Кшиштофа, Буба! — крикнул Роман.

— А теперь прошу к столу, дамы и господа. — Роза беспомощно оглядела комнату. Порядок, где ты? Свитера и рубахи кучей валялись на диване, банки из-под пива выстроились вокруг тренажера. — Убрать хлам — и за стол!