Подозреваемый - Юрий Азаров

Я пытался работать, но ничего не получалось. Не выходила из головы смерть двух сестер.

Вдруг я услышал, как в окно настойчиво постучали. Я сбежал вниз, приоткрыл занавеску и увидел мужчину в кожаном пальто.

— Из прокуратуры, — сказал незнакомец, помахивая перед моим носом красненькой книжечкой. — Щеглов Евгений Павлович. А вы кто будете?

— Теплов Виктор Иванович. Я здесь квартиру снимаю.

— Знаю, — сказал незнакомец. — Я осмотрю дом. Вы не находите странным эти два смертельных… — он точно подбирал слова, а сам всматривался в меня и одновременно изучал обстановку, я даже подумал, интересно, какое же он слово подберет, почему он вдруг застрял на этом страшном слове "смертельный". Он, словно чувствуя мое ожидание, еще раза два повторил это словечко, а потом совершенно определенно уточнил для меня, — эти два смертельных исхода. Не случая, — подчеркнул он, что означало, так сказать, как бы законченность явления, он специально ввернул это слово "исход", будто смерть случилась не сразу, а как бы происходила в развитии и имела некоторую подготовленность, вообще слово "исход" он произнес, я это точно подметил, с определенным нажимом и при этом на меня в упор посмотрел, точно я был в какой-то мере причастен к данному событию.

— Была и третья смерть, — заметил я.

— Вы имеете в виду собаку?

— Да. Именно Шарика имею в виду.

— Дворняга?

— Нет. Настоящая московская сторожевая.

Щеглов взял со стола ножик и рукояткой стал простукивать стенки.

— Труха, — сказал я. — Дом построен лет тридцать назад из щитов. Сбивался на скорую руку. А потом уже, рассказывала мне Анна Дмитриевна, ремонтировался, обшивался снаружи и изнутри, так что немудрено, что все сыплется.

На втором этаже Щеглов сразу бросился к плите.

— Значит, говорите, разворотили? Искали что-то? Нашли, как вы думаете?

— Не знаю. Ничего не знаю.

— Так-так. Сделайте одолжение — найдите веревку и что-нибудь тяжелое, гирьку или молоток.

Я принес веревку и молоток. Щеглов привязал молоток к веревке и опустил ее в печной ход.

— Так. Понятно. Система соединена, должно быть, с голландкой.

Мы сошли вниз. Снова Щеглов стал постукивать рукояткой ножа по голландке.

— Вы не могли бы оказать мне еще одно одолжение? — сказал вдруг Щеглов.

— Да, пожалуйста, — ответил я.

— Я жду машину и не могу отлучиться. Не смогли бы вы позвонить по этому номеру, — и он написал на клочке бумаги номер телефона. — Сколько времени займет у вас пробежка до телефонной будки и обратно?

— Минут сорок, — ответил я. — Если очереди не будет.

— Прекрасно. Наберете этот номер и попросите к телефону капитана Нефедова. Скажете, что я его жду по этому адресу.

Сам факт, что я оставил в чужом доме незнакомого человека, меня стал беспокоить по мере того, как я все дальше и дальше отходил от дома. Какое-то подозрение интуитивно зародилось во мне. И вместе с тем я успокаивал себя: как-никак человек из органов.

В нетерпении я набирал нужный номер в надежде в одно мгновение разрешить все сомнения. Номер, который я набирал, сначала не отвечал, а потом мне сказали, что никаких Нефедовых по этому телефону не существует.