Чаша страдания - Владимир Голяховский

Эффектно выйдя на сцену вместе с аккомпаниатором, она подождала, пока смолкнут аплодисменты, попросила тишины и сказала:

— Я посвящаю этот вечер Анне Андреевне Ахматовой, — и глубоко поклонилась статной седой женщине, сидевшей в первом ряду. Та встала, и зал устроил ей овацию еще более бурную, чем при встрече певицы. Когда овация стихла, Шульженко сказала Ахматовой:

— Анна Андреевна, вы гордость нашего народа, наша самая великая поэтесса. Поверьте, я была очень занята, но, когда директор сказал, что вы отдыхаете здесь и хотели бы меня послушать, я бросила все и с радостью приехала петь для вас. Я буду петь все, что вы захотите.

Лиля обожала стихи Ахматовой и, когда увидала ее, в экстазе ткнула Римму локтем:

— Это Ахматова, это же сама Ахматова!

Невозможно себе представить более трагической жизни, чем выпала великой русской поэтессе Ахматовой. Она стала знаменита рано, еще задолго до революции. В молодости она полюбила офицера царской армии и известного уже тогда поэта Николая Гумилева и вышла за него замуж.

У них родился сын. Казалось, что ее жизненный путь будет усыпан цветами. Но получилось все наоборот. С Гумилевым они разошлись, а вскоре после революции большевики его расстреляли. Она вышла замуж за профессора-востоковеда, его тоже арестовали. Потом арестовали ее юного сына и начались гонения на нее саму. Ее не печатали. Во время войны она бедствовала и голодала в эвакуации в Ташкенте. Многих ее друзей-поэтов тоже арестовали, некоторых расстреляли. В 1943 году ее исключили из Союза писателей и постановлением Центрального комитета партии запретили к печати ее книги. Она влачила почти нищенское существование, но продолжала писать. Ее знаменитая поэма «Реквием» воплотила в себе всю трагедию эпохи. Стихи ходили по рукам в самиздате, переписанные от руки и перепечатанные на машинке. Их выучивали наизусть, над ними задумывались и плакали: