Абиссаль - Стейс Крамер

– А можно еще что-то сделать? – робко спросила я, не поднимая взгляд на врача.

Я никак не могла сказать слово «аборт». Только при мысли о нем я чувствовала, как в животе что-то нервно съеживается. Темнокожая женщина, кажется доктор Уиллис, стала буравить меня своими глазищами.

– Что ты имеешь в виду?

Доктор Уиллис прямо-таки издевалась надо мной, хотела, чтобы мне было стыдно, сказав это слово вслух. Я взглянула на нее. Наверное, мой взгляд тогда был печальнее взгляда пса, которого ведут на кастрацию.

– Да, срок небольшой. Но… Я могу предложить тебе другой вариант. Ты знаешь, сколько людей отчаянно хотят завести детей, но у них ничего не выходит? Ты можешь сделать великое дело.

– Отдать ребенка? А перед этим вынашивать его девять месяцев под сердцем, чувствовать, как он растет, толкается. Вы бы сами решились на такое?

– Арес, когда я родила своего первенца, я была младше тебя на год. Мне тоже было очень страшно. Я так боялась рассказать обо всем родителям. Тогда ведь и время другое было, все гораздо сложнее. Но я все-таки решила родить. И я клянусь, что ни разу об этом не пожалела. Да, было тяжело, но со всем можно справиться. Есть специальные фонды для молодых мам и…

– Хватит! – не выдержала я.

Живот все ныл, щеки горели, было так душно в ее кабинете, так еще и матки, смотрящие со всех сторон, сводили меня с ума.

– Какое право вы имеете меня переубеждать?! Это мой ребенок, моя проблема и мое решение!

* * *

Я зашла домой, в прихожей тут же появились три безумно счастливые фигуры.

– Привет, – сказал Джей с улыбкой до ушей.

– Привет, Джей, давно не виделись.

Из ванной доносился аромат лимона и какого-то цветка, меня затошнило. Внезапно Джей подбежал ко мне, взял на руки, стал кружить.

– Что…Что происходит? – спросила я, чувствуя, что вот-вот заблюю всю прихожею.

– Я стану дядей!!! Поздравляю, солнышко!

Джей, наконец, отпустил меня, я еле стояла на ногах, так он еще умудрился поцеловать меня в щеку.

– Извини, я не удержалась и все им рассказала.

– Миди, кто тебя просил?!

Я была вне себя. Я не хотела ничего рассказывать парням. Во-первых, я все еще наивно надеялась, что это ошибка, до того как пошла к врачу, а уж когда все подтвердилось, я решила, что по-тихому избавлюсь от нежелательной беременности. Я не хотела тревожить Стива, ему бы наверняка эта новость поперек горла встала, так же как и мне, плюс ко всему мы ведь до сих пор не разговаривали из-за той ссоры.

– А я-то думал, че ее так разнесло, – сказал Джей.

Я сделала злобную гримасу, посмотрела на Джея, никак не комментируя его слова.

– Да я пошутил.

– Пошли вон.

– Ладно. Гормончики взяли верх над мозгом, мы все понимаем, – сказал напоследок Джей, и затем вместе с Миди он покинул наш дом.

Я выдохнула с облегчением, но это было только начало. Впереди стоял Стив. Впервые я видела его таким: розовощеким, с безумными, сверкающими глазами, дрожащими руками.

– Глория… Это правда?

Я не успела ничего ответить, он подлетел ко мне, рухнул на колени, поцеловал живот, а после прижался к нему лбом.

– Что сказал врач? Все в порядке? – вдруг он встал, решительно повел меня в гостиную. – Так, ты присядь, тебе сейчас нужно больше отдыхать.

Стив усадил меня, а сам стал ходить взад-вперед, подставив переплетенные, дрожащие пальцы к губам. Он меня пугал.

– Господи!.. Неужели мы станем родителями?! Как ты себя чувствуешь? Я так счастлив! А почему ты не взяла меня с собой к врачу? Стоп, а почему ты сразу ничего не рассказала? И…

Такой реакции я точно никак не ожидала. Он был взволнован, захлебывался от потока вопросов, еще больше раскраснелся.

– Стив, успокойся.

– Хорошо…

Он сел на пол напротив меня.

– Хорошо, я постараюсь успокоиться… Боже, я стану отцом!

– Стив, я не буду рожать, – холодным тоном произнесла я.

– Что ты такое говоришь?

– Я записалась на аборт. Завтра.

Все-таки мне удалось набраться смелости и произнести это слово. Я покрылась мурашками, мне было не по себе от той внезапной тишины, что возникла после моих страшных слов.

– Зачем?.. Господи, зачем ты это сделала, Глория?!

– Это единственное правильное решение.

– Глория, ты сейчас просто в шоке. Я, конечно, не девушка, не могу понять то, что ты чувствуешь, но я тоже был в шоке, когда Миди мне обо всем рассказала. Но потом я все обдумал и понял… Какое же это счастье! У нас будет ребенок… – последние слова он завороженно прошептал.

– Да, у нас будет ребенок, но не сейчас.

Весь восторг Стива исчез восвояси. Теперь я видела контрастную картину: поникший взгляд, побледневшее лицо, опущенные руки. Стив встал, подошел к стене, дотронулся до нее и, не смотря на меня, задал вопрос:

– Объясни мне, почему ты не хочешь?

Я вдохнула как можно больше воздуха, пальцами зарылась в волосах.

– Что ж… Когда я смотрела на маму и папу, наблюдала за тем кошмаром, в который превратилась наша семья, я дала себе обещание, что, если когда-нибудь стану матерью, я буду в тысячу, нет, в миллионы раз лучше, чем мои родители. Я никогда не причиню боль своему ребенку. Он никогда не будет плакать из-за меня, заперевшись в комнате, он никогда не… подумает о смерти.

– Ты что, думала о смерти? – вдруг спросил Стив, развернувшись ко мне.

– Да, Стив. Я хотела покончить жизнь самоубийством. Я выделила себе пятьдесят дней, чтобы окончательно принять решение. В тот день, когда я инсценировала свою смерть и сбежала, я должна была умереть по-настоящему.

– То есть… Когда мы путешествовали, ты все это время…

– Я все это время отсчитывала дни до смерти.

– Почему ты мне не рассказала?

– Об этом знал только Алекс.

– Алекс?!

– Я рассказала это ему, после того как мы попали в аварию. Я истекала кровью, он хотел найти врача, но я умоляла его дать мне умереть.

Стив в ужасе провел по волосам, широко распахнутыми глазами он смотрел на меня, не отрываясь.

– То, что я сейчас услышал, просто ужас какой-то… И мне, конечно, нужно время, чтобы все это обдумать. Но, Глория, с чего ты взяла, что наш ребенок будет страдать? Мы не твои родители. Мы адекватные люди, у нас с тобой любовь! И этот ребенок – результат нашей огромной любви.

– Стив, я не закончила.

Мне пришлось встать, потому что его напуганный взгляд стал меня напрягать. Бордовые стены казались мне в тот момент кровавыми, жуткими. Я обняла себя, пытаясь собраться с мыслями. Сейчас необходимо раскрыть очередную, не очень приятную тайну.