Стремнина - Галина Шкавронская

Марина мыла посуду после завтрака. Под ногами, как всегда, крутилась и щебетала Марьяша. Раздался телефонный звонок. В трубке Марина услышала голос однокурсницы Нинки:

— Маришка, привет! Давно я тебя не слыхала. Как дела?

— Спасибо, всё хорошо, слава богу! А ты как?

— Слушай, чего звоню? Ты знаешь, кто приехал? Светка Хомяченко! Она ведь с тех пор, как диплом защитила, уехала по распределению и не объявлялась больше. А тут оказалась в Алма-Ате проездом ненадолго, остановилась у меня. Через два дня уезжает. Вы же дружили в институтские годы. Хочешь повидаться? Она тоже горит желанием тебя увидеть.

— Ой… конечно же, хочу!

— Так в чём дело? Прямо сейчас бери ноги в руки и дуй ко мне.

— Но у меня Марьяшка. Режим и всё такое…

— Ой, какая печаль? Бери её с собой. Уложим тут её спать ближе к обеду, а сами посидим душевно с коньячком, вспомним, «как молоды мы были, как искренно любили, как верили в себя…» — напела она в трубку. — Ну, так что? Идёт?

— Идёт! Сейчас соберёмся и приедем. Только напомни мне адрес, я сто лет у тебя не была.

— Микрорайон «Аксай», дом-то, наверное, помнишь — девятиэтажка, там ещё парикмахерская, — и Нинка назвала номер дома и квартиры. — Всё, ждём!

Через полтора часа Марина звонила в дверь Нинкиной квартиры. На пороге возникла никогда не унывающая Нинка, а за ней стояла, широко улыбаясь, пожилая женщина отдалённо похожая на студентку Свету Хомяченко. Шум, гам, смех, объятия, поцелуи… Наконец Светлана обратила внимание на Марьяшу:

— А это кто там? Что за красавица? Просто фея из сказки! Как тебя зовут, принцесса? А знаешь, Маринка, внучка твоя чем-то на восточную принцессу похожа. Это в кого же она у вас такая? Хотя постой… попытаюсь угадать.

— О-о, ни за что не догадаешься. У меня зять — пакистанец.

— Ты что?! Где же дочка твоя его нашла?

— Да вот так мы с ней сильно постарались, откопали совершенно эксклюзивного жениха, всё время живём, как на вулкане, зато не скучно! — засмеялась Марина.

— Ладно, девчонки, соловья баснями… Руки моем и — за стол. — скомандовала Нинка. — И потекли в её уютной кухне разговоры «за жизнь». Светлана рассказала о своей семье, о том, что сын женатый, у неё двое внуков.

— Ой, девчонки, мы и не заметили, как бабушками стали! А вот ведь, кажется, совсем недавно сессии сдавали. А сколько курьёзов вспомнить можно! Свет, помнишь, ты электротехнику Турсунбаеву сдавала? Представляешь, Нин, — стала рассказывать Марина, — Светка тогда последняя села к нему, все уже «отстрелялись», а она всё не решалась. Начала отвечать, что-то бекала-мекала. А он вдруг подаёт ей зачётку и говорит: “Вы очень плохо подготовились, почитайте ещё материал, а вечером, в шесть, придёте сюда и пересдадите». Все нормально сдали, народ в хорошем настроении, в общаге собрались отмечать конец сессии, поскольку это был последний экзамен. У стола суетимся, радостные и счастливые. А она, одна, лежит на кровати, учит, учит и шикает на нас: «Тише вы! Не даёте сосредоточиться!». Когда уже всё было готово, чтобы за столом рассесться, мы отправили Светку пересдавать экзамен. Она ушла, а мы сидим, ждём её, не начинаем. Наконец, минут через сорок, она приходит вся в слезах и говорит: « Представляете, он меня на фонарь посадил! Не явился! Я его подождала, потом поняла, что не будет его — всё закрыто! И что мне теперь делать? Ну почему я такая невезучая? ». Она рассеянно крутила зачётку и со словами: «И как я теперь пересдавать буду?» уставилась на страницу, где стояли оценки предыдущих экзаменов. И вдруг как завопит: «Урра! Ура!» — и протянула нам зачётку. Все с любопытством уставились в неё, а там написано « Электротехника — Отлично»!