Утопия-авеню - Дэвид Митчелл

– Так… узнаю Дина по недавним фотографиям в газетах. Эльф – единственная девушка. Джаспер – ну да, волосы. Кто там остался? Грифф – и Левон. Тут понятно, кто есть кто. Добро пожаловать на мой летний бал.

– Нам очень лестно ваше приглашение, мистер Херши, – говорит Левон.

– Зовите меня Тони, – настаивает режиссер. – Мы тут особо не церемонимся. Жена сказала мне, что ее звонок застал вас в студии. Умоляю, только не говорите, что я – ваш человек из Порлока. Я себе этого в жизни не прощу.

– Ваш звонок предотвратил убийство, – говорит Грифф. – Из-за соло на клавишах.

– А это те самые вестибюль и лестница, где снимали эпизод «Колыбели для кошки»? – спрашивает Джаспер.

– Точно! К тому времени бюджет был полностью израсходован, так что пришлось экономить на декорациях. Эй, Тифф! – Он машет рукой золотоволосой женщине с пышной прической. – Посмотри, кто пришел!

– «Утопия-авеню»! – На ней длинная блуза без рукавов, в розовых и голубых разводах, и брюки клеш. – И мистер Фрэнкленд, – улыбается она. – Я так рада, что вы нашли для нас время!

«Она лет на пятнадцать младше мужа», – думает Джаспер.

– Мы бы ни за что не упустили такую возможность, Тиффани, – говорит Эльф. – А ваш дом – просто сказка.

– Финансовый консультант посоветовал Тони вложить в недвижимость деньги, вырученные за «Батлшип-Хилл», иначе их пришлось бы отдать налоговой. Здесь хорошо устраивать вечеринки, но содержать этот дом – чистый кошмар.

– Тиффани дала мне послушать «Рай – это дорога в Рай», – говорит режиссер. – Еще до ваших итальянских гастролей. Великолепный альбом.

«Комплимент», – думает Джаспер и говорит:

– Спасибо. – «Добавь еще что-нибудь полезное». – Мы тоже так считаем.

Все смотрят на него.

«Я что-то не то сказал…»

– Но самое замечательное, что, сколько его ни слушай, невозможно определить любимую песню, – говорит Тиффани Херши. – Я каждый раз выбираю новую.

– И какая у вас сейчас любимая? – спрашивает Дин.

– Ох, даже не знаю, с чего начать. «Неожиданно» – очень прочувствованная. От «Темной комнаты» просто мурашки по коже… Однако если бы меня под пыткой заставили выбрать одну-единственную… – Она смотрит на Дина. – «Пурпурное пламя».

Дин молчит. Джаспер предполагает, что он доволен.

– Тиффани, не сочтите за нахальство… – Эльф вытаскивает из сумочки альбом для автографов. – Вы не подпишете?

– Ой, как мило с вашей стороны… – Тиффани берет авторучку. – Я уже сто лет ничего не подписывала. Кроме чеков.

– Мама повела нас с сестрами в ричмондский кинотеатр «Одеон», на «Пух чертополоха». После этого моя младшая сестра, Беа, заявила: «Когда вырасту, стану актрисой». А сейчас она студентка Королевской академии драматического искусства.

– Какая очаровательная история! – говорит Тиффани.

– Вот видишь, твои поклонники тебя не забывают, – говорит Херши.

Тиффани Херши пишет в альбом: «Беа Холлоуэй, моей сестре-актрисе. Тиффани Сибрук».

– Спасибо! – говорит Эльф. – Она вставит страницу в рамку и будет хранить вечно.

– А о чем ваш новый фильм, Тони? – спрашивает Джаспер.

– В Голливуде такие называют «фильм-путешествие». Знаменитому поп-вокалисту из Лондона говорят, что ему осталось жить месяц, и он отправляется автостопом на остров Скай, чтобы уладить незавершенное дело. Его сопровождает призрак умершей сестры, Пайпер. В пути их ждут всевозможные приключения и откровения. Эмоциональная кульминация. И затем – совершенно неожиданная развязка. Конец. «Оскары» гарантированы.

– А кто будет играть вокалиста? – спрашивает Левон. – Если это не секрет, конечно.

– Очень важный вопрос, который пока еще не решен. Альберт Финни или Патрик Макгуэн? Или все-таки лучше пригласить настоящего певца, который все испытал на себе?

– Настоящее всегда лучше, – заявляет Дин. – Тут без вопросов. Вот я, например. В ближайшие месяцы у меня будет много свободного времени, правда, Левон?

Дин произносит это совершенно искренне, но все вокруг улыбаются, поэтому Джаспер подозревает, что он шутит. Джаспер тоже изображает улыбку и спрашивает:

– А как будет называться фильм?

– «По тропинкам Севера», – отвечает Тиффани.

– Очень выразительно, – говорит Эльф. – Мне нравится.

– Это из Басё, – поясняет Джаспер. – Был такой японский поэт.

– Ого, среди нас начитанные люди, – говорит Тиффани.

– Когда я был моложе, у меня было очень много свободного времени для чтения.

– О да, сейчас ты – член клуба старперов, – с улыбкой говорит режиссер, но Джаспер не понимает, в чем тут шутка.

– Тиффани сыграет роль Пайпер, – продолжает Херши. – Вернется на большой экран после четырехлетнего перерыва.

– Пятилетнего, – поправляет его Тиффани. – А к выходу фильма будет все шесть. Кстати, Джаспер, твоя песня, «Приз», чем-то напоминает «Tomorrow Never Knows»^[145]. Так было задумано?

– Не совсем, – отвечает Джаспер.

Все молчат. «Надо еще что-то сказать?»

– Между прочим, Джон здесь, – говорит Энтони Херши.

– Фигассе! – восклицает Грифф. – Леннон? Здесь?

– Был в гостиной, – говорит хозяин дома. – У чаши с пуншем. Тиффани, ты не представишь наших новых гостей? Меня Роджер Мур попросил раздобыть оливок…

– Три факта. – У чаши с пуншем стоит не Джон Леннон, а какой-то тип постарше, с плохими зубами, ожерельем из акульих зубов и глазами евангелиста.

Тиффани и остальные идут дальше, но Джаспер любит факты, поэтому задерживается.

– Факт первый: космические пришельцы посещали Землю еще в период неолита. Факт второй: лей-линии – их навигационные системы. Факт третий: там, где лей-линии сходятся, – посадочная площадка. Стоунхендж был аэропортом Хитроу прероманской Англии.

– Настоящий археолог сказал бы, что факт становится фактом, только если он подкреплен доказательствами, – говорит австралийка.

– O, сегодня нас осчастливила своим присутствием Афра Бут собственной персоной, – говорит уфолог. – И как только анархисты обходятся без нее? Да, обитатели башен из слоновой кости дружно заблеяли мою книгу, но я ответил им то же самое, что сейчас отвечу вам, мисс Бут: в моей книге шестьсот страниц доказательств – идите и читайте. – Он выдерживает паузу, наслаждаясь смехом. – И как вы думаете, они послушались моего совета? Нет, конечно. Полиция мысли контролирует умы ученых с колыбели и до самой смерти. За годы, потерянные в Оксфорде, я посетил множество конференций и везде задавал один вопрос: как вышло, что общества, географически удаленные друг от друга – в долине Нила, в Китае, в Америке, в Афинах, в Атлантиде, в Индии и так далее, – практически одновременно начинают изобретать металлургию, сельское хозяйство, законодательство и математику. Знаете, что мне отвечали? – Уфолог имитирует кого-то с болезнью Паркинсона. – «Дайте мне свериться с научной литературой… – Он переворачивает воображаемую страницу. – Ах да, вот здесь написано: это совпадение». Совпадение! Последнее прибежище несостоятельных интеллектуалов.