Руби - Вирджиния Клео Эндрюс

– Давай, действуй! – бросил он, не поворачиваясь. – Делай, как я сказал.

Я подошла к смотрительнице и сообщила, что мне нужно в туалет.

– Я покажу вам, где это, – сказала она.

– Спасибо, я знаю, – быстро ответила я.

Она пожала плечами и позволила мне войти в здание клиники в одиночестве.

Следуя инструкции Лайла, я сбежала по лестнице, дернула ручку двери и оказалась в прачечной – просторной комнате с бетонным полом и стенами, вдоль которых стояли стиральные машины, сушилки и корзины для белья. Окна, как и обещал Лайл, были без решеток, но они находились слишком высоко.

– Быстрей! – раздался у меня за спиной его голос.

Оказывается, Лайл пошел со мной.

– То окно, что слева, можно открыть. Оно не заперто.

– Откуда ты это знаешь? – спросила я, с подозрением взглянув на него.

– Знаю, и все, – замялся он. – Видишь ли, иногда мне тоже приходит мысль о побеге. Несколько раз я спускался сюда, даже пробовал вылезти в окно… но потом возвращался… Я еще не готов уйти отсюда.

– Надеюсь, когда-нибудь ты все же примешь решение, – вздохнула я.

– Не теряй времени, а то тебя хватятся. Давай я тебя подсажу.

Он переплел руки, сделав из них подобие ступеньки.

– Жаль, что ты не хочешь бежать вместе со мной, – сказала я, опираясь на эту ступеньку ногой.

Лайл подсадил меня, и я уселась на подоконник. Окно слева, как и сказал Лайл, с легкостью открылось. Я взглянула вниз.

– Давай быстрее! – торопил Лайл.

– Спасибо, Лайл. Я понимаю, как тяжело тебе было решиться.

– Вовсе нет, – признался он. – Я хотел тебе помочь.

Я высунула голову в окно и огляделась по сторонам. Нигде ни души. За лужайкой начиналась небольшая рощица, а дальше – дорога. Я снова оглянулась на Лайла.

– Ты знаешь, в какую сторону идти? – спросил он.

– Нет. Соображу по ходу дела.

– Двигайся на юг. Там недалеко автобусная остановка. Сядешь на автобус и приедешь в Новый Орлеан. На, возьми. – Он сунул руку в карман брюк и вытащил несколько смятых купюр. – Мне они здесь не нужны.

– Спасибо, Лайл. – Я протянула руку и взяла деньги.

– Будь осторожна. Старайся не возбуждать подозрений. Не шарахайся от людей, а, наоборот, улыбайся им. Веди себя так, словно вышла немного прогуляться после обеда, – напутствовал он.

Несомненно, все эти советы он мысленно повторял себе множество раз, строя планы побега, которые так и не решился осуществить.

– Я обязательно приеду тебя навестить, – пообещала я. – Если только ты не выйдешь отсюда раньше, на что я очень надеюсь. Когда окажешься на свободе, позвони мне.

– Я с семи лет не пользовался телефоном, – признался он.

Глядя на него сверху вниз, я ощутила острый при ступ жалости. Лайл, загнанный в ловушку собственной неуверенности, казался таким маленьким и одиноким.

– Но если я все-таки выйду отсюда, то тебе позвоню, – улыбнулся он.

– Отлично.

– Не теряй времени! – поторопил он. – И помни, главное – не возбуждать подозрений.

Лайл повернулся и пошел к дверям. Я вылезла в окно, спрыгнула на землю и пустилась бегом. Отбежав футов на тридцать, я оглянулась и увидела чей-то силуэт у окна на третьем этаже. Солнечный свет, отражаясь от стекол, не давал мне разглядеть, кто это. Но вот набежавшая туча бросила тень на здание, и я увидела: у окна – дядя Жан.

Он смотрел прямо на меня. И улыбался. Он медленно поднял правую руку. Я помахала в ответ, повернулась и побежала прочь со всех ног. Во второй раз я обернулась, лишь когда оказалась среди деревьев. Все было спокойно. Кажется, благодаря Лайлу мне действительно удалось убежать! Я попыталась отыскать глазами комнату дяди Жана, но его уже не было у окна. Повернувшись, я пустилась через рощу к шоссе, вышла на него и пошла на юг, как советовал Лайл.

Вскоре я вышла на автобусную остановку. Рядом был магазинчик, где торговали жевательной резинкой, леденцами, печеньем и лимонадом. На мою удачу, следующий автобус на Новый Орлеан должен был прийти всего через двадцать минут. Я взяла билет и осталась в магазине, листая иллюстрированные журналы. Один я даже купила и принялась читать, прикрыв таким образом лицо. Если бы в клинике меня хватились и отправились на поиски, от подобной маскировки было бы мало проку, но ничего другого я придумать не могла.

К счастью, автобус прибыл минута в минуту. Я вздохнула с облегчением. Следуя совету Лайла, я пыталась вести себя как можно более спокойно и непринужденно. Неспешно вошла, села на свободное сиденье и открыла свой журнал. Автобус тронулся и через несколько минут проехал мимо главных ворот клиники. Сердце у меня ушло в пятки. Но вот клиника скрылась из виду, и я поняла, что свободна! От счастья я заплакала и ничего не могла с этим поделать. Оставалось лишь незаметно всхлипывать, прячась за журналом.

Немного успокоившись, я откинулась на спинку сиденья и закрыла глаза. Внезапно в памяти у меня всплыло бормотание дяди Жана: «Кливер… кливер…» Слова эти звучали у меня в ушах, я слышала их в шуме мотора, в шуршании колес автобуса. «Кливер… кливер… кливер»… Что он пытался сказать? Я ломала над этим голову, пока впереди не показались очертания Нового Орлеана. Тогда мне пришлось решать другой вопрос: что делать дальше?

Честно говоря, больше всего мне хотелось, не заходя в дом Дюма, вернуться в бухту. Перспектива встречи с Дафной меня ничуть не радовала. Но все же я была истинной каджункой, внучкой бабушки Кэтрин, и гордость, бурлившая в моей крови, не позволяла мне отступить и смириться со своим поражением. В конце концов, я тоже принадлежу к семье Дюма. Отец любит меня, а я – его. Дафна не имеет права выживать меня из дома.

Подбадривая себя подобными рассуждениями, я пересела на городской автобус, затем на трамвай и вскоре оказалась у ворот нашего особняка. Можно было не сомневаться: доктор Черил уже позвонил Дафне и сообщил о моем побеге. Испуганный взгляд Эдгара, открывшего мне дверь, подтвердил мои предположения.

– Мадам Дюма ждет вас, – сообщил он, отведя глаза. – Она в гостиной.

– А где отец, Эдгар?

Он покачал головой и ответил чуть слышно:

– Наверху, мадемуазель.

– Прежде всего я поднимусь к нему. Так и скажите мадам Дюма.

У Эдгара глаза на лоб полезли. Он никак не ожидал, что я выйду из повиновения.

– Ты к нему не пойдешь! – раздался за моей спиной резкий голос.

Я обернулась. В дверях гостиной стояла Дафна.

– Немедленно иди сюда! – скомандовала она, повелительным жестом указав на дверь.

Эдгар тихонько проскользнул в столовую. Оттуда он наверняка отправился в кухню, доложить Нине о последних событиях.