36 рассказов - Джеффри Арчер

Хэйзел появилась через несколько минут с букетом цветов в руке, за ней шел запыхавшийся личный секретарь.

— Что за спешка, Тед? Почему паника?

— К нам приезжает Маунтбеттен.

— Когда? — тихо спросила она.

— Завтра в четыре часа дня.

— Да, тут есть причина для паники, — согласилась жена. Она поставила цветы в вазу на подоконнике и села напротив мужа перед его столом. — Возможно, не самый удачный день, для того чтобы узнать, что миссис Роджерс опять заболела.

— Будь рада, что она придерживается хоть какого-то расписания, — сказал Тед. — Что же, придется пустить пыль в глаза.

— Что ты имеешь в виду, говоря «пустить пыль в глаза»?

— Ну, не забывай, что Маунтбеттен — член королевской семьи, бывший начальник генерального штаба и адмирал флота. Последний пост, который он занимал в колониях, — вице-король Индии с тремя полками под командованием, а его личный аппарат превышал тысячу человек. Так что я и представить себе не могу, что он ожидает здесь увидеть.

— Давайте начнем с того, что составим список вещей, которые надо будет сделать немедленно, — быстро сказала Хэйзел.

Чарльз вынул ручку из внутреннего кармана пиджака и раскрыл блокнот в ожидании указаний своего босса.

— Раз он прибывает в аэропорт, то первое, что он ожидает увидеть, — это красная ковровая дорожка, — сказала Хэйзел.

— Но у нас нет красной ковровой дорожки!

— А вот и есть. Она лежит в коридоре между столовой и гостиной. Мы можем воспользоваться ею и, надеюсь, успеем вернуть ее на место к тому моменту, когда он окажется в этой части дома. Чарльз, проследите за тем, чтобы ее свернули и доставили в аэропорт… — Хейзел сделала паузу. — А потом вернули назад.

Чарльз нахмурился и начал яростно писать.

— Да, Чарльз, проследите также и за тем, чтобы ковер почистили, — вмешался губернатор. — Я и не знал, что он — красный. Так, теперь что с почетным караулом?

— У нас нет почетного караула, — сказала Хэйзел. — Если помнишь, нас встречали премьер-министр, верховный судья и шесть свободных от службы полицейских.

— Верно, — сказал Тед. — Нам придется воспользоваться территориальной армией.

— Ты имеешь в виду полковника Ходжеса и группу его вояк? У них нет даже одинаковых мундиров. А что касается их винтовок…

— Ходжесу придется к четырем часам завтрашнего дня привести их в какой-то порядок. Оставь это мне, — сказал Тед, делая пометку в своем блокноте. — Я позвоню ему чуть позже. Так, а что насчет оркестра?

— У нас есть городской оркестр, — подсказал Чарльз. — И, конечно же, оркестр полиции.

— По этому случаю нам придется объединить их, — сказала Хэйзел, — чтобы не обидеть никого.

— Но вместе они могут исполнять только три мелодии, — сказал Тед.

— А нужна только одна, — воскликнула Хэйзел, — национальный гимн.

— Правильно, — подтвердил губернатор. — Поскольку тут придется согласовать кое-какие музыкальные моменты, я оставлю этот вопрос себе, Хэйзел. Теперь следующая проблема: как доставить его из аэропорта в резиденцию.

— Уж конечно, не в старом «ровере», — сказала Хэйзел. — За прошлый месяц он трижды ломался, а внутри он воняет, как собачья конура.

— У Генри Бендалла есть «роллс-ройс», — сказал Тед, — придется реквизировать его.

— Надо только, чтобы никто не сказал Маунтбеттену, что машина принадлежит похоронному бюро и использовалась по назначению за день до его прибытия.

— У Мика Флагерти есть «роллс», — вспомнил Чарльз. — «Сильвер Спирит», если я не ошибаюсь.

— Но он ненавидит англичан, — сказала Хэйзел.

— Точно, — кивнул Тед, — но не откажется же он от приглашения в резиденцию губернатора, когда узнает, что ужин устраивается в честь члена королевской семьи.

— Ужин? — спросила Хэйзел в ужасе.

— Конечно, должны же мы дать ужин в его честь, — сказал Тед. — И, что еще хуже, любой, кто добился хоть малейшего успеха, будет предполагать, что его пригласят. Сколько человек поместится в столовой? — Они с Хэйзел повернулись к личному секретарю.

— Шестьдесят, если потесниться, — ответил Чарльз, поднимая глаза от блокнота.

— А мы и находимся в стесненных обстоятельствах.

— Конечно, — сказала Хэйзел, — поскольку у нас нет шестидесяти тарелок, не говоря уже о шестидесяти кофейных чашечках, шестидесяти чайных ложках, шестидесяти…

— Но у нас же есть тот королевский вустерширский сервиз, который подарил покойный король во время визита в 1947 году, — вспомнил Тед. — Сколько предметов из него еще годны к употреблению?

— По последним данным, достаточно, чтобы накрыть на четырнадцать кувертов, — сказала Хэйзел.

— Отлично, значит, столько человек и будет сидеть за главным столом.

— А что насчет меню? — спросил Чарльз.

— И — что еще важнее — кто будет готовить? — добавил Тед.

— Надо будет спросить Дотти Катберт, сможет ли она на вечер отпустить к нам миссис Тревис, — сказала Хэйзел. — Ни у кого на острове нет кухарки лучше.

— Нам понадобится дворецкий, не говоря уже о других слугах.

Чарльз заполнял третью страницу.

— Ты поговори с леди Катберт, — попросил Тед, — а я попробую уговорить Мика Флагерти.

— Следующая проблема — напитки, — продолжила Хэйзел. — Не забывай, что последний губернатор опустошил винный погреб за несколько дней до отъезда.

— А Министерство иностранных дел отказывается его пополнить, — напомнил ей Тед. — У Джонатана Флетчера лучший погреб на острове…

— Благослови его бог, но мы не можем посадить его за главный стол.

— Если мы ограничимся четырнадцатью кувертами, то главный стол и так уже переполнен, — сказал Тед.

— Дотти Катберт, Бендаллы, супруги Флагерти, Ходжесы, — говорила Хэйзел, записывая имена. — Не говоря уже о премьер-министре, верховном судье, мэре, начальнике полиции и их женах. Будем надеяться, что кто-то из них окажется нездоров или в отъезде. — В ее голосе послышались нотки отчаяния.

— А где он будет спать? — невинно поинтересовался Чарльз.

— Боже, я и забыл, что он спит, — сказал Тед.

— Придется отдать ему нашу спальню. Только там есть непродавленная кровать, — сообщила Хэйзел.

— А мы на ночь переедем в комнату Нельсона с кроватью, изъеденной червями, и матрасом, набитым конским волосом.

— Хорошо, — сказала Хэйзел. — Я прослежу, чтобы наши вещи вынесли из комнаты королевы Виктории к вечеру.

— Да, Чарльз, — вспомнил губернатор, — позвоните в Министерство иностранных дел и выясните, что любит и чего не любит Маунтбеттен. Еда, напитки, эксцентричные привычки — все, что сможете разузнать. У них наверняка есть целое досье на него. Мне бы не хотелось ударить в грязь лицом перед этим джентльменом.