Не время для человечности - Павел Бондарь

– Что? Какого…

– Ладно, приколы в сторону. Дело у меня к тебе важное, а времени все рассказывать по порядку, как рассказали мне, нет в наличии. Так что к делу: я хочу, чтобы ты изменил концовку своего рассказа. Нужно перевести время.

– И чего это значит?

– Я все подробно объясню, что написать. Это все, что мне нужно, и я правда буду очень благодарен, если ты сделаешь это. Получишь назад свой химический эксперимент и… И полтос.

Этот тип предлагает полтос за изменения никому не известного рассказа? Он действительно читает мои мысли? И почему он кажется нереальным? Твою мать, а теперь улыбается, будто опять знает…

– Не сказал бы, что читаю увлеченно или нахожу их интересными, однако – да. Так и есть. Можешь вообще рот не открывать.

Ладно, я не знаю, что это за эффект, но он наверняка психоактивный. Этот человек – галлюцинация. Или я все время говорю вслух и не всегда замечаю это.

– Это скорее ты галлюцинация или тусклый образ, а я – на порядок реальнее тебя, и намеренно дереализовался на твой уровень, спустился к простой форме. Могу дать по уху, если хочешь проверить. Тебе в любом случае будет больно, будь я реален или видение, в существование которого полностью верит мозг. Так что просто достань телефон, вот тебе пауэрбанк, открой свой рассказ и допиши то, что я попрошу. Ладно?

Окей, я почти уверен, что это все-таки глюк. Я уже давно понял, что зачастую лучший способ бороться с настойчивыми, но физически безопасными глюками – подыграть им в какой-то момент.

– Как скажешь. Мне пофигу, кем ты меня считаешь, просто врубай телефон.

Интересно будет узнать, что мое подсознание хочет изменить в книге – довольно редко представляется такой случай. Я “подключил” телефон к “пауэрбанку”, и экран загорелся. Убедительно. Хм, а что будет, если я, например, поищу в сети информацию о чем-то, чего не помню? Допустим, о Семилетней войне. С помощью подсознания я вспомню все то, что читал о ней лет десять назад? Круто, а если поищу что-то, о чем ничего не знаю, что мой мозг подсунет мне тогда?

– Сначала открой книгу, потом страдай какой хочешь херней.

Ладно, ладно, сейчас открою. Боже мой, каким я могу быть неприятным типом. Никакого уважения и вежливости.

– Хорошо, сейчас я на два уровня ниже. Теперь открой последнюю главу.

Каких еще два уровня? О чем это я?

– Меньше вопросов, чувак. Открыл, ага. Так, теперь сцена под балконом.

Я хочу что-то дописать, изменить концовку. Ха, любопытно. Я был совершенно уверен, что такой финал идеальный и правильный. Хорошо, что дальше?

– А дальше напиши вот что…

Галлюцинация наклонилась ко мне и тихо проговорила основные тезисы новой концовки. С каждой минутой этого объяснения у меня все больше расширялись глаза от удивления. Черт, это же и правда неплохо! Может даже изменить концовку на самом деле, когда остаточные эффекты от трипа пройдут?

– Ты все понял?

Да, да, понял я. Красивый поворот, признаю. Такое и правда можно записать – и обязательно запомнить. Будет над чем подумать позже.

– Ага, ты подумай. Раз уж это из-за твоего падения в воду столько всего пошло не так, то тебе и исправлять.

Хм, а при чем тут мое падение? Разве это не было тоже глюком? Хотя тогда все логично, во время галлюцинаций сознание живет в немного другом мире, и эти эпизоды могут быть сюжетно связаны. Как сны. А если вся жизнь может быть сном, то и глюком может вполне…

– Харэ философствовать, солипсизм ни к чему хорошему не приводит. Так, погоди, ты скоро насмерть замерзнешь, хотя и не чувствуешь этого. Дай-ка я сменю обстановку.

Хлопок, и я вдруг сижу в кресле-мешке в своем подвале-логове. Шикарно, вот бы в реале так уметь – бросаешь пафосную фразу и оказываешься в парке километров оттуда, где только что был. Так, это получается, что тут я все время и был, и Новый Год встретил тоже тут, нанюхавшись прахом и видя странные сны. Что ж, не самое худшее место. Уж точно лучше скучных классических вариантов. А, и этот тоже тут.

– Ясен пень, ты же еще ничего не дописал. Давай, скорее, тогда я уйду и дам тебе спокойно поразмышлять над всем произошедшим и, быть может, задуматься о том, чтобы уменьшить дозу. Пиши.

Пишу я, пишу. Ну, как бы это завернуть…

* * *

Когда я переписал концовку и поставил точку, галлюцинация одобрительно кивнула. Пару секунд я просто сидел в кресле и ждал, пока морок хлопал себя по карманам и оглядывался вокруг в поисках чего-то (как будто он тут что-то мог оставить). Затем вдруг в голове мелькнул образ – скорее даже воспоминание. Отголосок недавнего “сна”. Что-то там было такое, тревожное и беспокоящее, неуловимое для цельного восприятия. Я мог уловить только отдельные звуковые образы: кто-то куда-то шагает, и грохот этих шагов заглушает все вокруг. Скрежет и хохот. Всплеск воды, а затем – гул приближающейся бури. Шуршание бумаги в конверте. Приглушенный разговор высоко над землей. Эхо осторожных шагов по огромному залу. Звон и смешок. Шелест листвы, после него – раскаты грома вдалеке. Треск огня, пожар растет. Скрип и треск огромного механизма. И вновь скрежет и грохот. Так, подожди-ка. Неужели? В тот же миг, что эта мысль промелькнула в моей голове, морок обернулся и окинул меня таким взглядом, что пальцы, протянувшиеся было к экрану телефона, вздрогнули и замерли.

– Неожиданно быстро ты догадался. Но давай-ка без вот этих вот порывов, ладно?

Экран телефона вдруг погас – он будто моментально разрядился. Что я только что сделал, переписав концовку?

– Ты все сделал правильно, и будь у меня на своем уровне лишнее время – поверь, я бы все объяснил. Но его нет, как у тебя нет права теперь что-то менять.

А Питер? А Мэри-Кейт? Как такое вообще возможно? Что с ними после этого будет?

– Со временем все станет на свои места, ты все поймешь, увидишь это как небольшую, но связующую деталь огромного узора. Дальше от тебя уже ничего не зависит, но ты сделал кое-что очень важное – поймал нужный ход событий в петлю, и нам осталось ее только затянуть. Твой цикл на четырнадцатый раз по какой-то причине пошел не по плану, с ошибками, и нужно было им противодействовать, а самая простая методика работы со временем – создание петли размером с весь конкретный универсум.

Это же все еще трип, так? Я порядком охренею, если это не так. Но какого черта, неужели мое подсознание сумело придумать такую сложную концепцию? Да, это идеально объясняет желание изменить концовку таким образом. Вообще-то я уже довольно долго поддаюсь на собственную провокацию, которую делаю с целью, которой не осознаю. Вдруг эта цель мне не понравилась бы? Стоит попробовать бороться с этим видением и его желаниями.

– И как же, позволь узнать, ты это сделаешь?

Я бросил взгляд на телефон. Да, пожалуй, я смогу убедить себя во многом. И еще не факт, что реальное редактирование текста имело место. Все это происходит внутри сознания, и на самом деле с моим телом может быть вообще что угодно. Быть может, я сейчас как раз почти уже замерз насмерть, и это предсмертные видения, вызванные выбросом разных биологических веществ в мозг через кровь. Если так, как мне очнуться, рвануться к жизни последний раз, чтобы суметь спастись? А может все это просто хреновый сон? Во сне почти всегда думаешь, что все по-настоящему. В любом случае, бороться нужно на своем поле. Не в созданных подсознанием условиях и декорациях, а в этом вот мозгу, которым я сейчас все это думаю. Сейчас я очень постараюсь заснуть…