Девушка из дома на набережной - Ольга Кентон

Раздался звонок в дверь. Юля успела открыть дверь и тут же, потеряв сознание, упала.

Костя поспешно укладывал вещи в чемодан. Рядом на столе стояла початая бутылка водки, лежали нарезанный белый хлеб и колбаса. Костя, выпив стакан, закусил, и продолжил собираться.

В дверь позвонили. Костя не двинулся с места. В дверь продолжали звонить.

– Уходи! – закричал Костя. – Все твои тряпки я выбросил в окно!

– Это я! – послышался голос Фиолета. – Открывай!

Костя положил рубашку, которую держал в руках, в чемодан. И подойдя к двери, открыл её.

Увидев Костю, такого расстроенного, Фиолет удивился. Потом глянул ему через плечо, заметил бутылку водки.

– Гм, с утра уже… – Фиолет улыбнулся.

– Заходи. Она уже обзвонила всех и сообщила хорошую новость?

– Не понимаю, о чём ты. – Фиолет подошёл к дивану, потом сходил на кухню, нашёл там чистый стакан, вернулся, налил себе водки.

– Я думал, ты уже знаешь, что Юля предпочла Лёву Штейна, а не меня. – Костя сел на диван, не глядя на друга, налил в стакан водки и выпил залпом. Неожиданно ему вспомнился разговор с Денисом три месяца назад, когда Костя только приехал в Москву. Он почувствовал злость на друга. – А ты что пришёл? Чтобы посмеяться надо мной и сказать, что ты был прав?! – Костя встал и подошёл к окну, закурил. – Да, все вокруг оказались правы.

– Сядь, дурак! – сказал Фиолет, снова наливая водки. – Давай выпьем.

– Я не хочу с тобой пить, говори, зачем пришёл, и проваливай. Я сегодня же уезжаю.

– Куда?

– Обратно в Лондон.

– Ты полный дебил, – рассмеялся Фиолет. Он достал какой-то листок из кармана брюк. – Юлька вчера была не в себе. А ты стоишь тут, как индюк, и жалеешь себя, что она тебя бросила. А у неё, может, другого выхода не было.

– Как же не было? Она вчера мне сказала, что весь день с ним провела.

– На, если не веришь. – Фиолет протянул бумагу Косте. – Почитай. Может, поумнеешь.

– Что это? – Костя взял листок и начал читать. – Не понимаю, что за фигня, приговор по моему делу… Тебя, что ли, накрыли, а ты решил меня сдать? – Он чувствовал нарастающее презрение к другу.

– Ты ещё больший дебил, чем я думал. Этот листок Юля вчера забыла в гримёрке. Я нашёл его под столом. Я же говорил тебе, что Штейн – дядя непростой. Уверен, это его рук дело.

– Не понимаю… – Костя обхватил голову руками, сжимая волосы. – Зачем?

– Он не хочет, чтобы девушка уходила. Наверняка ей так и сказал: выбирай – либо Костя на свободе, а ты со мной, либо…

– Вот сволочь! – закричал Костя, вскочив. – Как он так может?

– Может, значит.

Костя умолк. Он смотрел на свои вещи, уложенные в чемодан, вспомнил вчерашний разговор с Ларой, и улыбка проступила на его лице. «Значит, Юля меня любит… Надо бежать к ней, нестись, и забирать с собой, сегодня же! Сейчас же!»

– Послушай, Фиолет. Набери ей со своего телефона. Она мне не ответить. Узнай, где она.

Костя начал поспешно собирать вещи, обдумывая, что нужно делать дальше. Как только узнает, где Юля, поедет к ней – заберет её, и они сейчас же уедут из Москвы, куда не столь важно, главное, чтобы Штейн их не смог найти.

– Ну что там? – спросил Костя, заметив какое-то странное испуганное выражение лица друга.

– Она в больнице, Костя. Ей срочную операцию делают, кровотечение, мне медсестра ответила.

Костя уставился на друга. Он молчал, чувствуя противный неожиданный озноб во всём теле.

Через два часа вместе с Фиолетом, Костя приехал в больницу, куда забрали Юлю. По дороге Фиолет несколько раз пытался его остановить, напоминая, что там, возможно, будет Штейн, но Костя ничего не слушал. Ему было всё равно, даже если Штейн выставит там наряд охраны.

Их долго не хотели пускать, напоминая, что больной плохо, она только что перенесла операцию. Но в итоге пустили одного Костю. Фиолет остался сидеть в коридоре.

Постучав в дверь палаты, Костя вошёл. Юля лежала на кровати и спала. Её лицо было бледным. Костя подошёл к ней, погладил по волосам. И снова почувствовал невыносимую жалость к ней, тоску по её поцелуям и ласкам. Ему захотелось прямо сейчас поднять её на руки и унести отсюда.

Костя присел на стул рядом с кроватью, продолжая гладить её волосы. Цветы, которые всё время держал в руках, он положил на тумбочку, стоявшую возле кровати.

Вздрогнув, Юля проснулась.

– Костя… – улыбнулась она и, как будто осознав, что он действительно здесь, спросила: – Что ты здесь делаешь? Я же сказала тебе: между нами всё кончено. Я остаюсь со Штейном, я не люблю тебя.

– Любишь, – сказал Костя.

– Нет, я только так думала. Это было ошибкой.

– Поклянись!

Юля отвернулась, сдерживая слёзы.

– Уходи. Уходи, Костя.

– Я знаю, что ты врёшь. – Костя протянул ей листок с приговором.

– Где ты это взял?

– Ты вчера забыла в институте. Расскажи мне, что произошло.

– Ах, Костя… – Юля закрыла лицо руками. – Не спрашивай лучше. Всё ужасно, ужасно! Уходи, прошу тебя. Я не хочу, чтобы он что-то сделал с тобой.

– Он ничего со мной не сделает. – Костя поцеловал Юлю в губы. – Как это произошло? – Костя дотронулся рукой до Юлиного живота.

– Я упала, – тихо ответила Юля, накрыв ладонью Костину руку. Потом поднесла его ладонь к губам и поцеловала.

В этот момент Юля поняла, что это должна быть последняя жертва, которую она принесла. И Костя ни в коем случае не должен пострадать от того, что связал свою судьбу с нею. Ей было страшно за него и жалко одновременно. Она поняла, что когда-то допустила ошибку, повлёкшую такое развитие событий. И что всё это нужно непременно остановить, но так, чтобы Костя не пострадал.

– Сама упала или это он? – злясь, спросил Костя. Он чувствовал, что скажи она сейчас «это он», он тут же пойдёт его искать и обязательно убьет. Да, потом он наверняка сядет в тюрьму, но это будет уже неважно. По крайней мере, он поступит так, как поступил бы любой нормальный мужчина, узнав, что обидели его любимую женщину.

– Сама, – уверенным голосом ответила Юля.

– Юля… – Костя взял её за руку. – Я тебя не оставлю. Давай уедём. Он же не будет искать нас? Позлиться – и забудет.

– Наверное, ты прав, – согласилась Юля. Но она чувствовала, как её охватывает страх при мысли, что Штейн узнает об их плане и Костю могут схватить прямо в аэропорту. – Только дай мне поправиться, я быстро, не переживай.

– Конечно. Но потом сразу же уедем, обещаешь?

– Да, обещаю.

Костя не мог поверить тому, как счастье снова вернулось к нему. И, поцеловав Юлю, он ушёл, пообещав навестить на следующий день с утра.