Хемлок, или Яды - Габриэль Витткоп

Служивший в силах резерва инспектор Смит не спеша направился к лейтенанту Кларку - расспросить о взломщиках.

— А где вы находились в ночь с 17-го на 18 ноября, мистер Кларк?

— По обыкновению ужинал у подруги - миссис Фулхэм. А затем отправился на вокзал, где должен был встретить своего старого знакомого мистера Мензиса...

Уткнувшись носом в блокнот, Смит старательно записал.

— А куда следовал мистер Мензис, проезжая через Агру?

— Из Бомбея в Каунпур: он проезжал через Агру на делийском экспрессе... Без десяти час... Сам я пришел слишком рано, и до прибытия поезда мы беседовали с помощником начальника вокзала, который может это подтвердить.

— Ясно... Не показался ли вам мистер Мензис встревоженным или подавленным?

— Нисколько. Да и с какой стати?

— Да, разумеется... Удалось ли вам опознать похищенные грабителями предметы?

— Пока нет... Точнее... Пропала только простыня с моей кровати. Но, кажется, прислуга нашла ее в углу - свернутую в комок.

— Гм... В котором часу вы вернулись домой?

— В два.

— А... Вы посмотрели на часы?

— Да... Совершенно случайно.

— Можете рассказать, как все произошло?

— Меня удивило, что дверь заперта на ключ. Я крикнул, и мне открыла дочь. Она была вся в слезах и сказала, что в дом проникли грабители и напали на мою жену. Она полусидела в кровати, с проломленным черепом... Кошмар...

— Когда вы вернулись, собака была дома?

— Конечно... Как всегда... Жюли обычно такая бдительная -ума не приложу, почему именно в этот раз...

— К тому же вы звали?

— Не помню... Я был так потрясен... Затем пошел в отель «Лорис» за майором Бьюкененом.

— Гм... Как вы думаете, у миссис Кларк были враги?

— Не знаю... Но должен признаться, у моей жены был трудный, придирчивый характер... Она без конца осыпала упреками прислугу, распекала за каждую мелочь...

— Дело житейское, - сконфуженно вздохнул инспектор Смит, прежде чем попрощаться.

В тот же день он сел в поезд до Мирута и наведался в госпиталь, хотя заранее был уверен, что не найдет там искомого. В самом деле, все бюллетени Эдварда Фулхэма словно испарились - инспектор обнаружил лишь карточку с расплывчатыми диетическими предписаниями. Это не явилось для него неожиданностью, к тому же его агенты недавно разыскали Абдула Латифа, прятавшегося в одной из окрестных деревень.

Отчаянно скучавший профессор Сафдар Нахар смачно облизался и поправил очки, чтобы лучше видеть, что происходит на другой стороне улицы. Отбрасывая короткие тени (уже было начало двенадцатого) по аллее прошагали инспектор Смит в костюме цвета хаки, констебль Хусейн и два сержанта. Пожалев, что нет подзорной трубы, профессор все же сумел рассмотреть бледную, как полотно, миссис Фулхэм, следившую за их приближением. Затем они кратко переговорили и все вместе вошли внутрь.

Августа знала, что все уже решено, но по-прежнему отказывалась в это верить и, не в силах что-либо придумать, задыхалась от собственного бессилия. Она всегда черпала мужество лишь в отчаянной смелости слабых.

— Гм... Миссис Фулхэм... Не хочу причинять вам беспокойство. .. но... гм... У меня ордер на обыск... Если позволите...

Его помощники тотчас засуетились, стали открывать стенные шкафы, рыться в ящиках стола, листать бумаги. Смит рассеянно наблюдал большими голубыми глазами, словно это не имело ровным счетом никакого значения. Они вошли в комнату Августы, где сквозь закрытые жалюзи просачивался сине-зеленый свет, и, приподняв белое пикейное покрывало, Смит сам наклонился и заглянул под кровать.

— Что это там, миссис Фулхэм?..

— А, пустяки... Просто сундучок, к тому же он не мой.

— Чей же?

— Мистера Кларка.

— Ясно... Что ж... гм... Придется его открыть.

— Нет!... Ни в коем случае... Он заперт на ключ!

— Сейчас посмотрим.

— Нет, нет!... Не трогайте его до завтра... Пока не сходят за ключом к мистеру Кларку...

— В этом нет нужды. Мистер Кларк арестован... Сержант, взломайте замок.

Перед глазами повисла черная пелена, ноги подкосились, но Августа успела добраться до диванчика и грузно рухнула на него. Инспектор взглянул на связки писем, и ему показалось, что конверты подписаны одной рукой.

— Нам придется все это отнести суперинтенданту полиции, миссис Фулхэм, и я попрошу вас пойти вместе с нами... Хотя бы для того, чтобы проследить за соблюдением законности, хорошо?

Она с трудом встала и машинально последовала за ним.

— Не забудьте свой шлем, миссис Фулхэм, - напомнил Смит, едва они дошли до двери.

«Я поймал ее в ловушку, - подумал инспектор, - но с какой досадной легкостью! Надеюсь, судьи примерно ее накажут, дабы другим женам было неповадно... Ведь почем знать... Каждый муж должен внимательно следить за тем, чем его кормят».

Их уже поджидала машина, а соседи подглядывали в просветы между пластинками жалюзи.

— Я догадывался: у меня было видение, - заявил профессор Сафдар Нахар, посадив на колени младшего сына - того самого, без ушной раковины.

Вся британская община ликовала, но вместе с тем скорбела: увы, увы, увы. Нечасто можно получить столько пищи для перессудов. Один лишь мраморщик, считавший весь мир обустроенным кладбищем, недоумевал: выходит, ему никто не заплатит за неоготическое надгробие из розового песчаника?

— Упакуй вещи мисс Кэтлин, - сказал слуга Букш айе, - я отвезу ее к учительницам.

— Может, не надо?.. Что скажет мемсахиб, когда вернется?

— Мемсахиб вернется еще не скоро, уж поверь мне... Делай, как я сказал.

Кэтлин смотрела на них, прислонившись к зеркальной колонне из красного дерева. Новую опору своей независимости она обретет в любви, в которой ей так долго отказывали.

— Делай, как сказал Букш, айя. И не забудь положить в мой чемодан почтовой бумаги.

Из бильярдной доносился приглушенный стук шаров, в отдалении чей-то голос монотонно рассказывал историю, а поблизости шуршала скрипучая панкха.

Товарищ прокурора Ормрод взболтнул виски на дне бокала, после чего повернулся к майору Бьюкенену, сидевшему на углу стойки.

— Судя по ходу расследования, нас ожидает показательный процесс. Все уже в сущности доказано, не считая нескольких чисто психологических загадок. Правда, отдельные мне представляются неразрешимыми... Наивность Кларка просто непостижима!.. Как он мог впутать в свою затею столько народу?.. И главное: как мог забыть, что туземцы из низших каст обычно практикуют шантаж?.. Такое чувство, что он намеренно отсек любые шансы на успех.