Последний пророк - Барбара Вуд

Возбужденные голоса, крики, топающие над головой шаги, затем в киву спустили веревочную лестницу, и голос Джо Кэндлуэлла прокричал:

— Хватайся, Моргана! Мы нашли тебя!

Крепко прижав к себе дневник и рисунки, Моргана ухватилась за веревку и укрепила ступни ног в петлях. Минуту спустя она уже была наверху, на благословенном свежем воздухе, в объятиях Джо Кэндлуэлла.

— Слава богу, с тобой все в порядке, — сказал он, и Этель бросилась к ней, чтобы тут же завернуть ее в теплое одеяло.

— Ты нас так напугала! Мы думали, с тобой случилось что-то ужасное.

— Сколько я пробыла внизу? — спросила Моргана, сев на большой камень и приняв из рук Этель чашку горячего кофе. От резкого солнечного света у нее болели глаза.

— Полагаю, со вчерашнего дня. Ты же вчера уехала из города.

Моргана моргнула. Прошло меньше суток!

— Почему же вы меня искали? Я же сказала Сюзи, что вернусь завтра.

— Это все Роберт. Прошлой ночью, когда Сюзи сказала, что ты уехала сама…

— Роберт!

— Правильно, — послышался знакомый голос, и улыбающийся Роберт сел рядом с ней. Роберт в военной форме и на костылях. — Когда Сюзи Нэпп сказала мне, что ты уехала в пустыню одна, я решил сделать тебе сюрприз прямо там. Но когда я нашел твой грузовик со всем лагерным снаряжением и стояла глубокая ночь, я понял, что ты попала в беду. Я вернулся в город за помощью.

Она бросилась ему на грудь и крепко прижалась к Роберту, чтобы еще раз удостовериться, что он настоящий.

— Я не знала, что ты вернулся домой, — всхлипывая у него на плече, сказала Моргана.

— Разве ты не получила мое письмо, где я сообщал, что меня демобилизовали?

Она подняла голову и посмотрела на него.

— Роберт, я думала, что ты умер!

— Я чуть не умер, — тихо сказал он, и, когда он начал нежно вытирать слезы с ее щек, она увидела темные круги под глазами и морщины, болью и страданием запечатленные на его лице. — Я выжил благодаря тебе, моя любовь. Ты всегда была со мной в мыслях и в сердце, и в воспоминаниях о тех днях, когда мы были вместе, смеялись и плакали…

— Кольцо на дереве джошуа, — сказала она и осеклась.

— Все эти вещи и твое письмо, что я постоянно перечитывал, и фотография нашего сына, — все это спасло меня. Я должен был вернуться к тебе, любовь моя, и к Николасу.

Она снова прильнула к его плечу и зарыдала с новой силой, от счастья и радости. Роберт заглянул ей в глаза и спросил:

— Но почему ты думала, что я умер?

— Потому что Гидеон умер! — закричала она.

— Я знаю. Мне сказали. О, любимая, мне так жаль.

— А потом пришло твое письмо… с фотографиями…

— Я послал его много недель назад. Прости, если оно напугало тебя. Я был не в себе, когда писал. Это все, что ты получила от меня с тех пор? Должно было прийти еще три письма. — Он нежно поцеловал ее в губы, потом заглянул в ее глаза и добавил: — Я был болен, но теперь я поправился. И я приехал домой навсегда.

Он поцеловал ее снова, и она обвила его шею руками, крепко прижалась к нему, словно боялась, что он снова покинет ее. Джо Кэндлуэлл и другие обследовали дымовое отверстие кивы, предупреждая друг друга об опасности и заглядывая в нее с фонариками в руках, Моргана и Роберт сидели на камне, прижавшись друг к другу. Наконец Роберт ослабил объятия и огляделся вокруг, тревожно нахмурив брови. Пустыня была залита слепящим утренним светом, от которого даже болели глаза: золотые горы, зеленые кактусы и коричневая юкка на фоне ярко-голубого неба выделялись четким цветным рельефом.

— Что здесь произошло?

— Я нашла его, — прошептала она, плотнее закутавшись в одеяло, — я нашла своего отца. Он там, внизу. — Она рукой указала на киву. — Вот где я была. Я думала, что никогда не выберусь оттуда.

— Спасибо Господу за твой дымовой сигнал.

— Я сожгла все, мою одежду, все.

— Мы не искали вокруг этой территории. Мы искали на другой стороне Скалы-Черепа, удаляясь отсюда.