Жизнь в мелкий цветочек - Марта Кетро

Было у меня старенькое эссе, в котором я, застеснявшись, заменила это выражение перед публикацией. Текст обеднел, потому что подходящего синонима нет.

Раз уж в этой книжке я пустилась во все тяжкие, то эссе я тоже сюда включила, в первозданном виде. С него и начнём.

«Когда твоя девушка больна», или Как пережить игру в Блядского Клоуна

В середине ноября, пока снег ещё не лёг окончательно и навсегда, женская психика особенно ранима и подвержена всякого рода заразам, и девочке легко подхватить синдром Блядского Клоуна. Если вашей даме лет двадцать, она, конечно, не застрахована от этой гадости, но легко перенесёт её на ногах, а в качестве лечения вполне достаточно процедуры «по попе мухобойкой». А вот если дома у вас живёт девочка лет тридцати-сорока, то дело плохо.

Синдром Блядского Клоуна может накрыть её совершенно неожиданно. В метро ей скажут «подвиньтесь, женщина», или взвесится случайно, или, проходя очередной тест, обнаружит, что она, оказывается, выбыла из референтной группы «25–30 лет» и перебралась в позорную категорию «от 30 и старше» — неважно, из-за чего. Достаточно мелочи, и вот…

Представьте, вы возвращаетесь вечером с работы, открываете дверь и обнаруживаете, что квартира темна и только возле зеркала, сбоку, горит маленький огонёк. Перед зеркалом стоит ваша девочка и делает странное: левой рукой она прижимает кожу на лбу и подтягивает кверху так, что брови становятся домиком; уголки губ, напротив, опущены вниз; а правая её рука, изломанная в плече и локте, болтается, как у Пугачёвой в клипе «Арлекино» семидесятых годов. Вы замираете у порога, а она, обратив к вам глаза, полные отчаяния, говорит: я, говорит, Блядский Клоун…

Можно, конечно, посмеяться (потому что зрелище и вправду забавное) и сразу пройти в кухню, чтобы, как обычно, поздороваться с холодильником.

В таком случае на сегодня, вполне возможно, концерт окончен, но на ближайшие три недели культурная программа вам обеспечена, и совсем не такая, как хотелось бы, а со слезами, ссорами и разными неприятными сюрпризами.

Поэтому я советую следующее.

Незаметно снимая ботинки, участливо спросите: «Детка, что случилось?!»

Сначала она помолчит немного, бессильно уронит руки и потупится. Потом поднимет голову, прикроет глаза и исполнит выходную арию Блядского Клоуна:

Ааааааааааааа, запоёт она, я постарела. Я чувствую себя такой усталой и древней, как будто ноги мои превратились в корни, а кожа — в кору. Я стала некрасивой! (И толстой.)

/тут она приоткроет один глаз и покосится на вас, — но помолчите, ещё не время./

Ааааааааааааа, меня никто не любит! («И я, и я никого не люблю! И на улице на меня смотрят одни дети гор и пикаперы! И секса хочется, только пока тебя нет дома, а когда ты приходишь, сразу клонит в сон» — этого она, конечно, не скажет, но подумает.)

И у меня творческий кризис! Я двух слов не могу связать! («Написать страницу текста, нарисовать зайчика, нарядить ёлочку так, чтобы дети при её виде не начинали заикаться», — неважно, что середина ноября, — в общем, если у вашей девочки билась хоть маленькая творческая жилка, то вот теперь она зачахла.)

Я устала прикидываться девочкой, на самом деле я — Блядский Клоун, который не может никого рассмешить и обрадовать, все меня ненавидят и кидаются огрызками, я ни на что не гожусь. И даже ты меня бросишь, в конце концов, я чувствую. И я, как старая кляча, лягу в борозде и умру, умру.

И я так несчастна.

/тут она вполне может заплакать/

А вы тогда подойдите сзади и обнимите, возьмите за подбородок, поверните её несчастное лицо к зеркалу (только аккуратно — вывихнутая челюсть её, конечно, отвлечёт, но не развеселит) и скажите:

«Посмотри, ты у меня самая красивая девочка в мире, самая молодая и талантливая. Кто не видит, тот дурак, но на самом деле все об этом знают, просто стесняются тебе говорить слишком часто. И я тебя люблю».

И всё такое. И немедленно докажите делом.

Но этого недостаточно, как минимум на неделю вам придётся забросить любовниц и прочие развлечения и заняться успокоением вашей девочки. Выгуливайте, кормите, балуйте. И о себе не забывайте, держитесь в тонусе, вполне вероятно, что существенная часть её скорби вызвана тем, что прельстилась каким-нибудь красавчиком, который даже не смотрит, а дома у неё только это замшелое чудовище (и я не про кота)…

А к концу ноября выпадет снег, девочка переоденется в шубку, начнёт готовиться к Новому году, покупать подарки, и ей станет не до цирка. Тогда можно будет выдохнуть и вернуться к прежней жизни.

Что, если вы этого не сделаете? В смысле, позволите ей заиграться в Блядского Клоуна? Поначалу ничего страшного — ну, впадёт она в лёгкий запой, потратит лишнего, соблазнит сгоряча какого-нибудь бедного мальчика — не ужас-ужас, в общем. Ужас в том, что она постепенно убедит, сначала себя, а потом и вас, что так оно и есть — и старая, и некрасивая, и бездарная. И однажды вы проснётесь и подумаете: «Ну и на кой мне этот мрачный блядский клоун вместо девочки?!» И уйдёте. И будете, как дурак, без жены. Разве хорошо?

Ах, бляди

Начну издалека. Я терпеливо отношусь к мужьям моих подруг. Более того, все эти парни, проходящие под названиями машинмуж, катинмуж, танинмуж, не подлежат критике. Главное, девочку нашу любит и защищает, за это прощается и глупость, и скверный нрав, и прочие странности. Даже нет, не «прощается» — просто не берётся в расчёт. Но к малознакомым мужьям малознакомых женщин я иногда могу нечаянно подойти со слишком длинной линейкой. А потом раскаиваюсь.

Валеру и Наденьку я встречала несколько раз в жизни, они всюду появлялись вместе и производили впечатление любящих людей. Поэтому, когда на очередную вечеринку Валера пришел один, я решила поинтересоваться здоровьем его жены.

Валера сидел на низком диванчике, зажав руки между колен. Он не повернул головы, когда я подошла, и что-то бормотал, покачиваясь взад-вперёд.

— Наденька блядь, наденька блядь, наденькаблядь, наденькаблядь, наденькаблядь-наденькаблядь, — повторял сквозь зубы до тех пор, пока я не сунула ему под нос стакан виски.

Голос был придушенный, будто его крепко подержали за кадык. На днях кто-то из друзей не поленился сообщить Валере несколько любопытных фактов о сексуальных подвигах дорогой супруги. Я выслушала отрывистый рассказ, и чёрт меня дёрнул сказать:

— В этой истории точно есть одна блядь, которая влезла в чужие дела. И, как минимум, один дурак, который после десяти лет брака узнаёт о жене такие новости. Ты не знал, с кем живёшь? Или ничто не предвещало беды, но ты немедленно поверил?..