У кромки воды - Сара Груэн

Через четыре часа двадцать минут невыносимой тошнотворной муки, когда наш водитель закладывал крутые виражи, несмотря на то – или, может быть, как раз поэтому, – что ему пришлось по меньшей мере шесть раз остановиться, чтобы я могла высунуться из задней двери и излить душу, машина остановилась, и он объявил, что мы прибыли в пункт назначения.

– Вот мы и на месте, – весело произнес он, заглушив мотор. – Дом, милый дом.

Я выглянула наружу. И не смогла понять, приехали мы куда-то или нет.

Желудок снова начало крутить, я дождаться не могла, пока водитель меня выпустит, хотя он явно не торопился ничего делать. Я повозилась с ручкой, дергая ее взад-вперед, потом поняла, что она поворачивается. Распахнула дверь и, вывалившись следом за ней, приземлилась на колени на гравий.

– Мэдди! – вскрикнул Эллис.

– Я цела, – ответила я, все еще цепляясь за ручку двери.

Я посмотрела вверх сквозь пряди волос, свалившиеся мне на глаза. Облака расступились, открыв луну, и при ее свете я увидела наше место назначения.

То было приземистое серое строение, отделанное грубой штукатуркой, окна обоих этажей были забраны тяжелыми черными ставнями. Над входом, поскрипывая на ветру, качалась деревянная вывеска:

Герб Фрейзеров

Владелец Э.У. Росс

Имеет лицензию на продажу пива и спиртного

Хорошая кухня, номера

Осн. 1547

Дурнота поднялась во мне требовательной волной, и я, не веря, что во мне осталось что-то, что могло проситься наружу, поднялась и нетвердыми ногами двинулась к половине бочки с побитыми морозом анютиными глазками, стоявшей у входной двери. Вместо этого я врезалась в стену, ударившись сперва поднятыми ладонями, а потом левой щекой. Так я на мгновение и застыла, лицом в каменную крошку.

– Мэдди, ты как?

– Жива, – снова ответила я.

Я смотрела, как Эллис и Хэнк выбираются из машины, наблюдая за ними с чем-то вроде отвращения.

Эллис сделал несколько шагов к зданию и прочел вывеску. Поднял брови и взглянул на Хэнка.

– Это здесь мы остановимся?

– Похоже на то, – ответил Хэнк.

– Похоже на кучу щебенки, – сказал Эллис. – Или на глинобитный молельный дом. Где-нибудь, знаешь, в Аризоне.

– А ты чего ждал, «Уолдорф-Асторию»? – спросил Хэнк. – Ты же знал, что мы не на курорт едем. Считай это полевым лагерем.

Эллис хмыкнул:

– Это мягко говоря.

– Где твоя жажда приключений?

– Где-то в корабельном гальюне, полагаю, – ответил Эллис. – Думаю, эту дыру выбрал Фредди.

– Конечно.

– Мог бы нас сразу в пещеру отправить.

Эллис вышел вперед и постучал в дверь. Подождал, должно быть, с полминуты, и снова постучал. Потом, почти сразу, начал молотить в дверь кулаком.

Дверь распахнулась, и Эллис отпрыгнул в сторону, когда наружу выскочил огромный мужчина в полосатых синих пижамных штанах и нижней рубашке. Он был высоким, мощным, с крепкими мышцами. Его черные волосы торчали клочьями, борода росла буйно, и он был босиком. Мужчина остановился, оглядел Эллиса и Хэнка, потом заглянул им за спину, чтобы рассмотреть машину.

– И чего это вы хотите в такой час? – сурово спросил он.

– Переночевать, – ответил Хэнк, держа во рту незажженную сигарету.

Он откинул крышку зажигалки, но, прежде чем успел прикурить, мужчина шагнул вперед и захлопнул ее.

– На улице нельзя курить! – произнес он, словно сам себе не веря.

Потрясенно помолчав – чужая рука оказалась в паре дюймов от его лица, – Хэнк спросил:

– Почему?

– Затемнение. Дураки, что ли?

Хэнк сунул зажигалку и сигарету в карман.

– Американцы, да? – продолжал мужчина.

– Это да, – ответил Хэнк.

– Где ваш старший офицер?

– Мы не расквартированы. Мы частные лица. Гражданские, – сказал Хэнк.

– В таком случае можете отправляться в другое место.

Мужчина отвернулся и сплюнул. Если бы он повернулся в нужную сторону, то увидел бы меня.