Опрокинутый горизонт - Марк Леви

– Как вам удается оплачивать такие хоромы? – спросила Хоуп.

– Как видишь, мы экономим на еде, – объяснил Джош с полным ртом.

– Выбиваемся из сил, – добавил Люк, чтобы Джош еще чего-нибудь не ляпнул.

– Она в курсе, – не унимался Джош.

– В курсе чего? – осведомился Люк, кладя свои палочки на ящик, служивший друзьям журнальным столиком.

– Удовлетворите мое любопытство! – взмолилась Хоуп. – Вы помните, что здесь есть еще я?

– Что мы вкалываем на одну контору, финансирующую нашу учебу и это гнездышко площадью тридцать восемь квадратных метров, – ответил Люку Джош.

– А в курсе ли Хоуп, что ей следует держать эту информацию при себе? – спросил Люк.

– Хоуп обожает, когда о ней говорят в третьем лице. Еще Хоуп посылает тебя ко всем чертям, потому что она не доносчица, в чем у тебя уже были возможности убедиться. Хоуп также полагает, что Люк и Джош имеют право делать со своей жизнью все, что они хотят, и заниматься ночью тем, чем им вздумается… А что, даже забавно, можно продолжать разговор в таком стиле или вообще друг с другом не разговаривать из опасения разболтать важные секреты, – добавила она издевательски.

Люк взял свои палочки и принялся молча есть.

– Хорошо, не стану вам навязываться. Я тебя не потревожу, Люк, и не останусь ночевать. Спасибо за приглашение на ужин, в следующий раз моя очередь вас угощать.

– Да что это с вами обоими? – не выдержал Джош. – Прекратите препираться!

Люк вздохнул и примирительно протянул Хоуп руку.

– Прошу прощения, я иногда бываю бестактным.

– Извинения приняты. Только можно мне не пожимать твою руку? Она в соевом соусе.

– В общем, так… – Люк вытер губы. – Хватит ходить вокруг да около. Или ты присоединяешься к нам, или соглашаешься – независимо от ваших с Джошем отношений – держаться подальше от нашей работы.

– Иногда ты меня пугаешь, Люк. Что там у вас за темные делишки высокой секретности?

– Мы не делаем ничего незаконного. Просто в этом мире конкуренции мы не можем допустить, чтобы из-за чьей-то оплошности плодами наших усилий воспользовались другие.

– Я умею держать язык за зубами.

– Это будет получаться у тебя гораздо лучше, если ты вообще ничего не будешь знать.

Хоуп встала и распахнула окно, потому что ароматы китайской кухни вызывали у нее тошноту.

– Вы заподозрите меня в паранойе, – прошептала она, – но мотоциклист, ошивавшийся вокруг твоей машины, снова здесь. Он на улице.

Джош подошел к ней.

– На таких мотоциклах кто только ни ездит, – сказал он. – Но я согласен, это любопытно. Взгляни, Люк.

– На что глядеть? Я, в отличие от вас, навидался мотоциклов. Можете дальше играть в шпионов, а мне надо работать. Я пойду к себе.

Джош и Хоуп провели еще немного времени на наблюдательном посту, а потом закрыли окно, почти разочарованные. На кампусе хватало мощных мотоциклов, и мотоциклист, за которым они наблюдали, мог оказаться просто новым жильцом.

* * *

Хоуп нырнула под одеяло и прижалась к Джошу.

– Он ревнует. Перешел в такую глухую оборону, что это можно объяснить только ревностью, – сказала она.

– Вряд ли Люк в меня влюблен, если тебе любопытен этот вопрос, – отозвался Джош со смехом.

– Я вторгаюсь в его пространство, вмешиваюсь в вашу дружбу. Он не вполне понимает, как это объяснить, – зашептала она. – Скажи, почему он один?

– У Люка бывали приключения, но он всегда был один, такая уж у него натура.

– Натура здесь ни при чем, все дело в удачном знакомстве, у тебя тоже случались приключения, и ты тоже был один, пока не встретил меня.

– Не так, как он, и не всегда. У меня однажды были длительные отношения.

– Напрасно я здесь осталась, – проворчала Хоуп, насупившись.

– Вовсе не напрасно, это была замечательная идея, – возразил он, целуя одну ее грудь, потом другую.

Его язык поиграл с ее пупком, пробежался по лобку и по бедрам, а потом и вовсе осмелел.

– Замечательная идея! – простонала Хоуп. – Это были правильные слова.

* * *

Следующим вечером Джош и Хоуп отправились в кино. Люк возвращался домой один, когда рядом с ним затормозил мотоциклист и протянул ему шлем. Люк устроился у него за спиной, и ездок пришпорил своего железного коня.

Целью двадцатиминутной поездки оказался шикарный ресторан на другом конце города. Люк сошел с мотоцикла, отдал шлем хозяину и направился в зал. Узнав человека, сидевшего у стойки, он взгромоздился на соседний табурет.

Флинч щелкнул пальцами и велел бармену обслужить его гостя.

– Вашему курьеру надо действовать аккуратнее, – тихо сказал Люк.

– Судя по тому, что вы рассказываете, это не я нуждаюсь в советах относительно осторожности. Не нравится мне эта история. Сами знаете, какое значение я придаю преданности членов моей команды и их благоразумию.

– Как еще я мог поступить? У них любовь. Никогда еще не видел Джоша таким слабым.

– Слабым?

– Он полностью в ее власти.

– По вашему виду не скажешь, что она запала вам в душу, скорее наоборот… Но у меня есть дела поважнее любовных страданий студентов, – проворчал Флинч, потягивая белый мартини.

– Я хотел выждать несколько дней, прежде чем к вам обратиться, но у нас наметился… заметный прогресс.

– Забавно, как резко вы меняете тему разговора! С чего вы взяли, что можете самостоятельно решать, докладывать или нет о продвижении в вашей работе и когда это делать? Вам напомнить об обязательствах, которые вы на себя приняли?

Бармен поставил перед Люком бокал, но тот к нему не притронулся.

– Я вас слушаю! – с нажимом произнес Флинч, у которого любопытство взяло верх над снисходительностью.

Люк спокойным, даже чересчур спокойным голосом стал рассказывать, как нейроны, которые он взял из мозга крысы и разъединил, сами по себе снова соединились на кремниевых микрочипах.

– Интересно! – не удержался от восклицания Флинч.

– Завтра нейронная сеть так уплотнится, что мы сможем приступить к обучению ее командам.

Флинч постучал ногтем по пустому бокалу, чтобы бармен подал ему новый, – видимо, полагал, что это больше соответствует его высокому положению, чем обычная вежливая просьба.

– Если это получится, то вы сможете проучиться у нас еще год.

– Если это получится, то вы должны будете гарантировать нам обоим прохождение всего университетского курса.

– Я знал, что вы самонадеянны, но чтобы настолько…