Рандолевый катран - Сергей Буянов

Никита разозлено поднял трубку телефона. Ему было недосуг. Никита организовывал первый турпоход для любителей экстрима по пути Золотой орды.

– Никита Иванович Демидов? – спросил сухой казённый голос, заставивший Никиту разом подобреть.

– Да, это я! – откликнулся Никита тоном дипломата. Так он говорил с потенциальными донорами его финансовых проектов.

– Вас беспокоят из аппарата президента Российской Федерации! – продолжал Волконский дожимать клиента.

– Я, я готов оказать любую помощь и поддержку!

– Никита Иванович! – укоризненно сказал Волконский. – Разве президент нуждается в вашей поддержке?

– Извините, вы не так меня поняли.

– Опять двойка по русской словесности! Как можно понять "не так"? Или понять, или не понять, не так ли?

– Я, я совсем не то хотел сказать, – путался Никита, недоумевая, за какие грешки до него докопался сам Кремль?

– Вам предписывается срочно, в течение трёх суток появиться на Черноморском побережье, в известном вам и любимом, надеюсь, пансионате "Катран"!

– Но у меня с налогами всё в порядке, – промямлил Никита.

– Ой-ой-ой, Никита! Мало того, что ты непонятлив, так ещё и не любопытен! – отчитал бизнесмена Волконский. – Хоть бы спросил, с кем разговариваешь. А если звонят из соседней юрты?

– С кем я разговариваю?

– Волконский Александр Андреевич. Сотрудник аналитического аппарата президента. Короче, советник. А чтобы ты не ломал голову, муж небезызвестной тебе Нины Петровны. Ароновой, в девичестве.

– А что, что она хочет?

– Я хочу, чтобы ты немедленно оставив все дела, примчался в пансионат, тебе же и принадлежащий! В гости навязываюсь, понял? – Волконский повысил голос.

– Понял! Будет сделано, Александр Андреевич! – отрапортовал Никита. Он тотчас принялся распоряжаться, поручать дело толковым ребятам. Заодно попрощаться с родителями, пообещав, что не надолго.

Нина Петровна появляется в самые благоприятные моменты жизни, и упускать такие возможности преступно!

К тому же, Никита хотел бы организовать закупки абхазского вина на постоянной основе. Трёхкратная оплата, по мнению Никиты, достаточная цена за спасение его жизни и свободы. Абхазские долгожители с благодарностью подпишут выгодный для непризнанной республики контракт.

– Иван Ильич! Как живётся-можется? – следующим Волконский решил побеспокоить старинного приятеля, губернатора из глубинки.

– Понимаете, Александр Андреевич, временные трудности, но я уже почти решил вопрос. Скоро ваш счёт пополнится…

– Я по делу! – перебил Волконский.

Губернатор часто задышал в трубку.

– Как поживает твой Цербер?

– Замечательно.

– Я имею в виду Чугуева.

– Отказывает всем ненужным людям. Практически без сбоев! – похвастался губернатор.

– Премируешь, поощряешь?

– Да, конечно! – соврал губернатор, немедленно взяв на заметку знакомство Лёни с Волконским.

– Не пора ли ему прокатиться к Чёрному морю?

– Леонид Аркадьевич летом побывал на Мальдивах с семьёй.

– А зимой пусть едет в пансионат Катран! Через три дня он должен распаковать чемодан в номере "люкс"!

– Ясно.

– Без жены, один. Причину подобного поощрения придумай сам. Только, ни в коем случае, не обидную!

– И на сколько его послать?

– Выдай путёвку на неделю, а там, как захочет. Раньше пожелает вернуться, не препятствуй!

– Хорошо, хорошо, – торопливо согласился Иван Ильич и добавил, – за наш долг не извольте беспокоиться, Александр Андреевич, я немедленно…

Волконский положил трубку. Прощать долги он не намеревался, но и выбивать их не по чину!

– Ну, Нина Петровна, как быть с людьми попроще? – спросил Волконский, подмигнув жене.

Нина Петровна сидела в инвалидной коляске. Она не могла разговаривать.

Волконский увидел некое подобие улыбки. Он чуть не подпрыгнул от радости, обнял жену. Её руки обвили мужа в первичном порыве, но сразу же повисли.

– Прогресс налицо! – сказал Волконский, зная, что жена понимает его.

Нина Петровна прикрыла веки.

– Позвоню-ка я Гавриле!

Гаврила Михайлович, ничего не спрашивая, тотчас объявил, что вызывает со сборов в Новороссийске игрока Буракова.

Никола выслушал незнакомца, представившегося Волконским, помолчал.

– Николай! – позвал его Волконский. Князь понятия не имел, как разговаривать с крестьянином. "Не сметь командовать середняком!" – крутилась в голове фраза бессмертно вождя революции. Но и заигрывать с рядовым фермером не гоже!

Никола продолжал молчать, раздумывая. Опять к морю, опять нырять в пучину, не умея плавать. Теперь ему было что терять.

Волконский представил себя сидящим с Николаем Сидорковым за одним столом. Явственно почувствовал луковый запах, пар от картошки в мундире и бутыль мутной самогонки.

– Никола! – сказал он. – Помнишь, кто подбил вас купаться в море?

– Нина Петровна!

– Так вот, она сейчас разбита параличом. И если все участники того купания вновь повторят свой номер, возможно, моей жене вернётся здоровье! А если нет, тогда вряд ли.

– И вы, конечно, сделаете всё, чтобы она очухалась?

– Безусловно. Но давить на тебя не стану! Скажу только одно, все участники зимнего купания согласились!

– Дак вы со всеми перетёрли?

– Да.

Никола почесал затылок. Выходит, он на десерт остался. Как самый сговорчивый. Или, наоборот?

– Николай! Вы согласны?

– А куда бедному крестьянину податься?

– Это добрый разговор. Собирайтесь в дорогу!

– Я разумею, опять к Крещению надо быть там?