Блабериды - Артем Краснов

Скафандры задвигались. Я заметил, что они работают по колено в воде. Первый месил мутную жижу маленькой лопатой, второй светил, держа индикатор на длинной рукояти.

— Место не точно указал, — буркнул мне Скрипка. — Долго искали.

Скоро скафандры извлекли предмет, издалека похожий на комок грязи, и быстро погрузили в ящик, который перед этим с грохотом вытащили из «Урала» два скучающих плаща, а потом гораздо тише погрузили обратно.

Скрипка отлучился, но скоро снова возник рядом с нами.

— Толя, что там? — спросил Братерский

— Ну что там… Дело Халтурина живет. Ещё один РИТЭГ. Вернее, то что от него осталось. Какие суки: корпус сдали в металлолом, а капсулу со стронцием выкинули. Протечка случилась. Вся вода грязная.

РИТЭГи — термоэлектрические генераторы на ядерном топливе вроде вечных батареек. Их использовали в основном в северных широтах для питания маяков. Вандалы нередко разбирали их на металлолом. Но я не слышал, чтобы РИТЭГи применяли у нас.

— Проморгали у себя под забором, — с досадой сказал Братерский.

— Чё ты начинаешь-то? — завёлся Скрипка. — Я тебе говорю: внутри периметра никаких фонов. Проморгали… Приехал дед на мопеде и бросил. Дело-то нехитрое. Тут знаешь сколько грибников да любознательных ходит, вроде нашего Максима Леонидовича. Ведомственная охрана контролирует территорию и ближний периметр. А за каждой ёлкой в лесу не уследишь.

— И откуда здесь РИТЭГи?

— Ты меня спрашиваешь? Серёжа, если бы знал, кто их тырит, я бы тому оленю колени прострелил.

— Я спрашиваю, откуда на «Заре» РИТЭГи? Резервное питание?

— На «Заре» нет и не было резервного питания от изотопных источников. Ты в своём уме? Это же не полярная станция.

— Откуда они тогда? Халтурин нашёл РИТЭГ, второй лежит в луже. Совпадение? — голос Братерского стал жёстче. — А сколько их ещё?

— Да с чего ты взял, что они с «Зари»? Ну может, с 69-ой дивизии приволокли, я не знаю. Будем разбираться. Что ты от меня хочешь? Медаль хочешь? Выпишем вам обоим.

Вдруг Скрипка посерьёзнел.

— Серёжа, тут грунт сейчас вывозить будут, уже не интересно. Ты иди пока. Мне с Максимом Леонидовичем потолковать надо.

Братерский кивнул, и я поймал его короткий взгляд.

Резко газовал «Урал». Его фары разгорались синхронно с воем турбины. Скоро он двинулся с места и загромыхал по полю в сторону насыпи.

— То, что ты нас дожал — тебе плюс, — сказал Скрипка. — Видишь, скоро народу приехало на бенефис твой. Только запомни: рассказывать об этом запрещено. Журналисткой славы не получишь, извини. Панику нагонять незачем. Люди и так накручены. Капсулу раскопали, виновных закопаем — всё. Без истерик.

— И откуда тут РИТЭГ? — спросил я. — 69-ая ракетная дивизия использовала такие источники?

Скрипка пожал плечами:

— Может, 69-ая использовала… Есть другая версия, — он помолчал. — В 1989 году, в июне, под Уфой случилась железнодорожная катастрофа. Очень тяжелая. Два поезда взорвались. Остановили движение. В тот день от Мурманска шёл поезд, который перевозил в том числе контейнеры с отработавшими РИТЭГами, четыре штуки. Может быть, я подчеркиваю, может быть, после остановки движения опасный груз скинули здесь, на «Заре». Временно, конечно. А потом или забыли, или забрали не полностью. Ну а местные растащили всё по глупости, металл же.

— Не понимаю, зачем оставлять опасный груз там, где хранится продовольствие?

— В 89-ом «Заря» у оборонщиков была.

Словно почувствовав моё возбуждение, Скрипка опередил:

— Да ты не радуйся, боеголовок тут не хранилось. Обычные военные грузы. Ничего радиоактивного. Может быть, только эти РИТЭГи, да и то в силу форс-мажора. В пробах с озера тоже есть стронций, так что будем считать, что один РИТЭГ утопили в Красноглинном. Искать его сейчас никто не будет. Считай, что он уже растворился.

— А что ещё в пробах?

— Что в пробах? — Скрипка смотрел на меня, точно поражаясь нахальству. Потом он усмехнулся и ответил: — Грязин, ты не ту профессию выбрал, чтобы вопросы задавать. Что в пробах… Букет целый в пробах.

— Я это и так знал. В Красноглинном не РИТЭГ. Там что-то ещё.

— Если на тебя снизойдёт прозрение, ты мне расскажи сначала, хорошо? А домыслы и сплетни распространять не надо. А лучше семьёй занимайся. Без тебя разберутся.

Скоро на место «Урала» подъехал другой грузовик, вроде КамАЗа. Из его кузова начали опускать небольшой экскаватор.

Скрипка хлопнул меня в плечо, и мы пошли обратно. Взбираясь на склон, он отдувался и часто харкал.

— Как дело было… — задыхаясь, сказал он, когда мы были на вершине. — Полгода назад звонит мне сотрудник из второго отдела и спрашивает, что за комбинат у нас тут в районе Филино. Я ему: с чем связан интерес? Он мне докладывает, что редактор такого-то сайта запрашивает у него информацию. Можно писать, нельзя?.. Я сразу говорю: пусть забудут и не лезут. Режимный объект. Всё. Тема закрыта. Ну ваши-то обычно сразу понимают, с полуслова. Я забыл про это. Потом снова звонят. Так и так, журналюги продолжают копать, информацию собирают. Я говорю: найди мне телефон самого рьяного, я с ним напрямую решу вопрос. Звоню тебе. По голосу слышу, что поняли друг друга. Я опять спокоен. У меня дел до загривка. В общем, я опять забыл. Проходит две недели, наверное, мне снова докладывают, что главред чуть ли не статью выпускать собрался. Ну ни хрена себе — статью. Мы лицензии ведомственным охранникам по семь-восемь месяцев выдаем, а вы статью печатать собрались.

Он закурил съёженную сигарету и продолжил:

— А у нас один диггер есть, пишет под псевдонимом Guillo, ну ты его знаешь. Мы по другим делам с ним работали. Он про тебя тоже рассказывал, что интересуешься, мол. Я тогда попросил его написать тебе. Спровоцировать. Посмотреть реакцию. Предложить сталк на комбинат. Мне как раз на «Зарю» нужно было, ну и назначали тебе на этот день, чтобы проверить. И что ты думаешь? Подъезжаем: стоит Максим Леонидович в своих модных кедах, готовый «Зарю» покорять. Ну ты с кем лезть-то собирался? Ты этого Guillo хоть раз видел?

Я помотал головой. Братерский прогревал машину, ожидая в стороне. Скрипка нервно курил.

— Я с себя ответственности не снимаю, — сказал он. — Не надо было тебя туда тащить. Скандал потом был. Я психанул тогда. Думал, хоть так угомонишься. А ты свою говностатью выпустил. Ерунду такую написал… Ну хуже только сделал. Сам теперь видишь.

— Не ерунду.

— Да ерунду. Свалил всё в кучу: и Филино, и смертность, и Виктор Цой жив. Кладбище какое-то приплёл. Близняшек этих… А дело-то в двух РИТЭГах. Ну в трёх. Нельзя людей накручивать. Тем более, если сам не уверен.

— РИТЭГи — это частность. Есть что-то ещё. Я прав был по сути. В деталях ошибался.