Москва, я не люблю тебя - Сергей Минаев

Ездим по району, стрижем капусту.

Летом народу полно, зимой не густо,

План поимки преступников всегда выполняем:

Если кого не досчитаемся, прохожими добираем.

Вася Обломов.

Кто хочет стать милиционером?

Десять часов пятнадцать минут. Остоженка

— Слышь? Стоять! Э, а ну стоять! — окрикнули сзади. — Слышь?!

Вася и Фархад синхронно начали разворачиваться. Фархад, увидев милицейскую машину, от страха исполнил еще один лишний оборот, сделавшись, со своим унитазом в руках, похожим на игрушечного деревянного медведя с барабаном, вращающегося вокруг своей оси.

— Чё, оглохли? Стоять, я сказал! — крикнул практически по пояс высунувшийся из окна машины старшина.

— Та-а-ак. И кто мы такие? — Из второй дверцы на землю уже вальяжно ступал лейтенант. Он оправил китель, слегка сдвинул назад фуражку, несколько раз надул щеки, сделал глубокий выдох. — Регистрация есть?

При слове «регистрация» Фархад бросился бежать.

«Пиздец, приплыли», — подумал Вася и зачем-то поставил кейс на землю.

— Стрелять буду! — выпучив глаза, заорал выпрыгнувший из машины старшина и нервно захлопал себя по бокам. Поняв, что стрелять, собственно, не из чего, выругался, нырнул обратно в салон, достал кобуру, снова выругался, снова нырнул и показался уже в фуражке. — Стой, урод! Стреляю в воздух!

Старшина бросился за Фархадом, тот добежал до угла, споткнулся, уронил унитаз и ничком упал на асфальт, закрыв голову руками, как это следует делать при бомбардировке.

— Я не терарыст, я не терарыст! — заплакал Фархад, когда подскочивший старшина принялся выкручивать ему руки.

«Теперь точно терроризм пришьют». Вася уныло посмотрел на блеснувшие на поясе лейтенанта наручники.

— Регистрация есть? — прищурился лейтенант.

— Есть… то есть нет. — Вася вспомнил про отобранный Трифоновым паспорт. — То есть была…

— Понятно. — Лейтенант остановился в метре от Васи. — Чего в чемодане?

— Инструменты, — неуверенно ответил Василий.

— Понятно.

— Со стройки мы. Работаем там, — махнул Вася рукой в сторону забора.

— Вот, товарищ лейтенант, — старшина отдышался и врезал Фархаду подзатыльник. — Бегать он, сука, надумал, а? Бегать он от меня решил, козел!

Лейтенант вопросительно посмотрел на старшину.

— А унитаз того. — Старшина поправил фуражку. — Этот, об асфальт расколол.

— Ми иво на ситройка нашли, на ситройка, ай-яй-яй-ай-ай! Ай! — завизжал Фархад, получив от старшины очередной удар.

— Да ясен хуй. — Лейтенант посмотрел поверх Васиной головы. — Чемодан открой.

— Там инструменты, — тихо протянул Вася.

— Чемодан открой, мудила! — все таким же лишенным оттенков тоном бросил лейтенант.

Вася присел, открыл кейс.

— Нихуя себе! — крякнул старшина. — Ой, то есть… извините, товарищ лейтенант.

— Я не терарыст, я не терарыст, — завел свою волынку Фархад.

— Успокой его, старшина. — Лейтенант присел перед кейсом, снял фуражку, вытер рукавом лицо. — Да, дела… Вы, мужики, знаете, сколько за такие бабки дадут?

Вася попятился.

— Стоять! — рявкнул лейтенант. — Знаете, нет?

— Нет, — дружно ответили гастарбайтеры.

— Это… это, пожалуй, высшая мера… это, в общем, расстрел, да, старшина?

— Так точно, товарищ лейтенант!

— Сейчас поедем на дознание. Кого убили, куда труп дели, да, старшина? — почти шепотом продолжил лейтенант.

— Так точно, товарищ лейтенант.

— Мы не убивали никого, — буркнул Вася. — Мы его на стройке нашли.

— Как же не убивали, когда убивали! — Лейтенант впервые поднял на Васю глаза. — При таких деньгах всегда труп есть. Обязательно.

— Не убивали мы, — упрямо твердил Вася.

— Может, ты и не убивал, а вот по другу твоему есть вопросы. — Мечтательно посмотрел на Фархада лейтенант.

— А-А-А-А-А! — В ужасе закричал Фархад, за что тут же схлопотал по почкам.

— Он тоже не убивал. — Вася закашлялся.

— Да? — Лейтенант надел фуражку, встал. — И почему я тебе верить должен? Вы тут ходите, баб наших насилуете, воруете. Может, тебя кончить прямо тут, и все дела?

— Ну и кончай! — Вася сплюнул и злобно зыркнул на лейтенанта.

— А глаза у тебя хорошие. — Лейтенант расстегнул китель. — Душно-то как, ёпта. Как же душно! И что мне с вами делать-то, с убийцами?

— Мы не убийцы, — повторил Вася.

— Правда? Значит, вас отпустить?

— Вроде того, — кивнул Вася.

— Ну ладно, — пожал плечами лейтенант. — Отпускаю.

— Как это? — Вася широко раскрыл глаза.

— А вот так. — Лейтенант подошел к Васе на расстояние указательного пальца. — Просто.

— Просто?

— А еще раз увижу в этом районе — тупо пристрелю, ясно?

Вася кивнул.

— Не слышу, бля! Ясно?! — рявкнул лейтенант.

— Ясно, — громко ответил Вася.

— Карманы выворачивай.

Вася расстегнул нагрудный карман и вынул две смятые пятисотрублевые купюры.

— А у тебя чего?

Фархад послушно достал из кармана пачку смятых полтинников и передал старшине.

— Это штраф, за регистрацию… Ну, вы поняли. — Лейтенант убрал деньги в карман. — А теперь ноги в руки и рысью отсюда!

Работяги попятились, потом резко развернулись, и, как ездовые собаки, вприпрыжку, понеслись вперед.

— Это… товарищ лейтенант, зачем же мы их отпустили? — Старшина подобострастно заглянул в глаза лейтенанту, когда гастрики скрылись из виду. — Они же унитаз разбили… и вот… человека за бабки убили, наверняка… Может, надо было их это, — старшина два раза согнул указательный палец, — того?

— Степень вины определяет суд, старшина. Мы просто порядок охраняем. И мирный сон граждан. Банкуй, — лейтенант расстегнул еще одну пуговицу на кителе. — Чего стоишь? Тащи кейс в машину! Блядь, как же душно-то… как же душно… щас бы пивком освежиться, да, старшина?