Как любят мертвые - Чарльз Буковски

class="p1">- черт побери! - заорал старик, - ЕБАНАЯ ЕБЛИВАЯ МАШИНА! - он подскочил к полированному ящику, на стенке которого печатными буквами значилось ТАНЯ. оттуда торчали разноцветные проводки; виднелись шкалы с дрожавшими стрелками множества разных цветов, огоньки, мигавшие то и дело, что-то тикало... я никогда не сталкивался с более ненормальным сутенером, чем Фон Б. он по-прежнему забавлялся со своими шкалами, потом взглянул на Таню:

- 25 ЛЕТ! почти всю жизнь тебя строил! даже от ГИТЛЕРА тебя прятать пришлось! а теперь... пытаешься превратиться в обычную заурядную блядь!

- мне не 25, - сказала Таня, - мне 24.

- видите? видите? как простая сука!

и он вернулся к своим шкалам.

- ты другой помадой накрасилась, - сказал я Тане.

- тебе нравится?

- о, да!

она перегнулась и поцеловала меня.

Фон Б. все так же играл со своими манометрами. я чувствовал, что он выиграет.

Фон Брашлии повернулся к Индейцу Майку:

- это просто незначительный каприз техники, верьте мне. через минуту я все исправлю, я?

- надеюсь, - произнес Индеец Майк. - у меня тут 14 дюймов ждут, и я на 20 баксов обеднел.

- я люблю тебя, - говорила мне Таня. - я никогда ни с одним человеком ебаться больше не буду. если ты не сможешь быть со мной, то никого другого у меня не будет.

- я прошу тебя, Таня, что бы ты ни сделала.

проф уже злился, он крутил ручки, но ничего не происходило:

-ТАНЯ! тебе уже пора ЕБАТЬ ВТОРОГО человека! я уже... устал... наверное, шнапс... спать... Таня...

- ах, - сказала Таня, - ты гнилой старый ебила! со своим шнапсом а потом за сиськи меня всю ночь кусаешь, заснуть мне не даешь! сам даже поднять его по-человечески не можешь! блевать тянет!

- ВАС?

- Я СКАЗАЛА, "ТЫ ДАЖЕ ПОДНЯТЬ ЕГО ПО-ЧЕЛОВЕЧЕСКИ НЕ МОЖЕШЬ!"

- ты, Таня, ты за это заплатишь! ты - моё творение, а не я твоё!

он продолжал вертеть свои волшебные рукоятки. я имею в виду, на своей машине. он уже довольно сильно рассердился, это было хорошо заметно. видно было и то, что гнев придал ему какое-то сияние превыше его самого.

- ты подожди, Майк, мне просто надо электронику подрегулировать! подожди!

короткое замыкание! я его вижу!

потом он подскочил. этот парень, которого спасли от русских.

он посмотрел на Индейца Майка:

- всё исправлено! машина в порядке! наслаждайся!

и он отошел к своей бутылке шнапса, налил себе хорошенько, сел смотреть.

Таня встала у меня с коленей и подошла к Индейцу Майку. я наблюдал, как они обнимаются.

Таня расстегнула Майку молнию, вытащила его хуй - чуваки, хуя же у него было до хуя! он сказал 14 дюймов, а больше походило на все 20.

тут Таня обвила этот хуй всеми своими пальцами.

Майк застонал от благости.

затем она вырвала весь этот хуй прямо из тела. и отбросила его в сторону.

я видел, как эта штука покатилась по ковру обезумевшей сосиской, оставляя за собой печальныи след из капелек крови, докатилась до стены. и осталась там - с головкой, но без ножек, да и пойти некуда... что, в обшем-то, было похоже на правду.

за ним последовали ЯЙЦА - полетели прямо по воздуху. тяжелой кривой дугой. они просто шлепнулись на середину ковра, не зная, что бы еше такого сделать - кроме как капать на него кровью.

вот они и капали.

Фон Брашлиц, герой русско-американского вторжения, пристально посмотрел на то, что осталось от Индейца Майка, моего старого кореша и собутыльника, что ярко краснело на полу, расползаясь от центра, - и выбрал прямой путь, вниз по лестнице...

комната 69 предпочла все, что угодно, только не это.

а затем я спросил ее:

- Таня, легавые прискачут сюда очень быстро, не посвятить ли нам номер этой комнаты нашей любви?

- конечно, любовь моя!

мы управились - как раз вовремя, и тут ворвались глупые мусора.

один из грамотеев затем объявил, что Индеец Майк мертв.

а поскольку Фон Б. был чем-то вроде продукта Правительства США, вокруг собралось чертовски много народу - разные ссыкливые чинуши - пожарники, репортеры, менты, изобретатель, ЦРУ, ФБР и иные разнообразные формы человеческого говна.

Таня подошла и села ко мне на колени.

- они меня сейчас убьют, пожалуйста, попробуй не грустить.

я ничего не ответил.

потом Фон Брашлиц завопил, тыча в Таню:

- ГОВОРЮ ВАМ, ДЖЕНТЛЬМЕНЫ, У НЕЕ НЕТ ЧУВСТВ! Я СПАС ЭТУ ПРОКЛЯТУЮ ДРЯНЬ ОТ ГИТЛЕРА! говорю вам, она просто МАШИНА и ничего больше!

те просто толпились вокруг. Фон Б. никто не верил.

очевидно, что это была самая прекрасная машина, да еше и так называемая женщина, которую они встречали в жизни.

- ох блядь! да вы идиоты! каждая женщина - просто ебливая машина, неужели вы не видите? они подыгрывают тому, кто больше всех ставит! НЕТ ТАКОЙ ВЕШИ - ЛЮБВИ! ЭТО СКАЗОЧНЫЙ МИРАЖ, КАК РОЖДЕСТВО!

они ему по-прежнему не верили.

- ЭТО - всего лишь машина! не БОЙТЕСЬ! СМОТРИТЕ!

Фон Брашлиц схватил Таню за руку.

полностью оторвал ее от тела.

а внутри - в дыре ее плеча - и хорошо видно - не было ничего, кроме проводов и трубок - свернутых, по ним что-то бежало - плюс какая-то фигня, слабо напоминавшая кровь.

я смотрел, как Таня стоит посередине, а из плеча у нее свисает кольцо провода - оттуда, где раньше была рука. она посмотрела на меня:

- прошу тебя, и ради меня тоже! я же просила тебя не сильно грустить.

я смотрел, как они всем скопом накинулись на нее, и вгрызались, и насиловали, и рвали ее на части.

я ничего не мог с собой поделать. я засунул голову себе между колен и плакал...

к тому же, Индеец Майк так и не получил того, что ему причиталось за 20 баксов.

прошло несколько месяцев. я ни разу больше не заходил в бар. состоялся суд, но правительство оправдало Фон Б. и его машину, я переехал в другой город,